Идеальная для космического босса - Ксения Хоши

— Дэйн, стыковка состоится через тридцать секунд, — сообщает с привычной услужливостью машины.

— Спасибо, Алан, — отвечает Орвен и с улыбкой смотрит на меня. — Так лучше, Саша?

Я киваю, краснея до кончиков волос, но внутри довольна до чертиков.

— Я перенастроил ИИ, теперь он будет говорить мужским голосом, — мягко поясняет Орвен.

Я сдерживаюсь, чтобы не разулыбаться во весь рот. Но прямо сейчас я счастлива. Даже не тем, что теперь смогу не ревновать по пустякам, а тем, что Орвен прислушался ко мне, хотя я вовсе не просила чего-то менять.

Мы стыкуемся, и муж ведёт меня по стеклянному коридору вглубь. Люди в форме здороваются с ним, кто-то кивает, кто-то отводит взгляд. Я ощущаю, насколько он здесь — не гость, а хозяин. У него есть имя. Вес. Вес, которым он способен раздавить. Или защитить.

Мы поднимаемся на самый верх станции. Лифт прозрачный, и пока он скользит вверх, вниз уходит вся станция: технические, жилые секции, сады и оранжереи. Наверху — ресторан. Один из многих тут, но наверняка самый пафосный.

Ослепительный, стеклянный, с чернильным вакуумом за пределами огромных окон. Внутри тихо играет музыка. Всё залито тёплым светом. Мы проходим мимо официантов, которые мгновенно склоняют головы, будто ждали именно нас.

И здесь я не чувствую себя ненужным придатком Орвена. Здесь на меня смотрят как на равную ему. И это невероятно гладит эго.

Нас провожают в отдельную ложу — полузакрытое пространство с овальным столом, мерцающим светом и видом на сторону, обращённую к Ориссану, который там внизу — как игрушечный мячик фиолетового цвета.

Орвен жестом указывает мне на место. Я сажусь.

Через минуту появляются гости. Представительные. С голубыми короткими волосами. В строгих костюмах и с холодными, выжидающими взглядами. Я вспоминаю, что это вейны — делегация, с которой мы должны говорить. Но впервые вижу представителей этой расы. Хотя язык, конечно, изучала.

— Ксинты, — говорит Орвен на общем языке. — Разрешите представить вам моего личного переводчика, ксинту Орвен.

Я поднимаюсь, слегка киваю, медленно. Их взгляды холодные, но уважительные. Один — старший, по-видимому, — чуть наклоняет голову в ответ.

— Приятно видеть, что к переговорам вы подготовились, — замечает надменным тоном.

И начинаются переговоры, от которых, кажется, сейчас зависит моя дальнейшая судьба.

_______________

Привет, мои волшебные! Пока мы ждем развития ситуации, предлагаю заглянуть в еще одну книгу нашего космического литмоба «Во власти космических боссов» Евы Мир «Ассистентка для звёздных боссов» https:// /shrt/gDcV

15.

Саша

Ресторанной тишиной проплывают фразы на общем языке. Ровные, официозные, будто прописанные в протоколе. Стол между нами и Вейнами залит мягким светом, посуда безукоризненно отполирована, за стеклом станции — орбита и фиолетовая планета Ориссан.

Орвен как удав. Как всегда. Словно всё происходит по его сценарию. Он сидит в полоборота, пальцы на стакане с прозрачным напитком, взгляд ровный и опасно спокойный.

— Итак, — говорит старший из Вейнов, представившийся ксинтом Ринталом. Голос — как лёд по металлу. — Удивительно, что вы пришли на встречу лично, ксинт Орвен. Не ожидали, что вы всё ещё сами занимаетесь продажей… устройств.

Слово «устройств» он пренебрежительно тянет, будто это не высокая технология, а побочный продукт. Мусор, от которого Орвен из вежливости решил избавиться.

— Некоторые из них требуют особого отношения, — спокойно отвечает Орвен. — Особенно лерион.

На этом слове вейны переглядываются. Я замечаю, как у младшего из них подрагивает уголок губ.

— А. Лерион, — с ленцой повторяет тот, который помоложе, ксинт Сервин. — Вы про… контейнер с предиктивным ядром на временных резонансах, да?

— Это не «контейнер», — твёрдо говорит Орвен. — Это полевая нейроплатформа с адаптивным доступом к гравитонной памяти. Он запоминает не только действия, но и интенции.

— Звучит… забавно, — хмыкает Ринтал. — Впрочем, как вы знаете, большинству вейнианцев такие игрушки не слишком интересны. Наши соплеменники предпочитают прямое управление.

— Или прямые подарки? — с безупречной вежливостью парирует Орвен.

Тут уже и я чувствую, что атмосфера начинает звенеть. Пахнет конфликтом. Пахнет тем, что никто из них не уважает моего мужа. Они не хамят напрямую — но открыто демонстрируют пренебрежение к технологии, которую хотят купить. Сбивают цену? Или это расовая неприязнь к Вексам?

Мы переходим к обсуждению условий. Я перевожу. Если до этого они нарочно говорили на общем языке, словно я тут вообще не нужна, то сейчас используют его лишь частично. Как только речь заходит о характеристиках лериона, переходят на родной. И... там, между техническими терминами, вдруг проскальзывает личное оскорбление Орвену.

«…с ним говорить как с высокочастотным контроллером после перегрузки — разве что искры не летят от его сбитых контактов…»

Я замираю. Перевести — значит повторить эту мерзость вслух. Они только что высмеяли привычную строгую логичность вексианцев. Всего лишь потому что Орвен не уступает им по цене. И они это сделали открыто, Прямо за столом. В присутствии самого Орвена.

У меня вспыхивают щеки. Я стискиваю юбку в мокрых пальцах, не зная, что делать. Я оказалась между молотом и наковальней.

— Саша? — Орвен смотрит на меня. Вежливо. Внимательно. Но я уже вижу по его глазам — он понял.

Я качаю головой.

— Я… извините. Не могу это перевести.

С другой стороны стола проскакивает смешок.

— Ксинта Орвен, не знаете перевода? Вы переводчик или просто красивое дополнение? — тянет молодой Вейн.

Я хочу провалиться сквозь землю, космос, всю Вселенную. Я могу перевести те их слова, достаточно компетентна, но не могу из этических соображений. Эти заносчивые гады отлично понимают, в какое положение меня поставили.

— Что там было? — Орвен не отводит глаз от меня. В голосе сосредотачивается металл.

Я не отвечаю. Лишь качаю головой. В переносице