Эволюционер из трущоб. Том 17 - Антон Панарин
А потом на горизонте появилась она. Гигантская волна, чёрная, высотой с многоэтажное здание, несущаяся к берегу с невероятной скоростью. Волна подошла к городу за считаные секунды, вздыбилась ещё выше, нависла над Адлером тёмной стеной и обрушилась с такой силой, что даже камера задрожала, хотя находилась на приличном расстоянии от эпицентра.
Вода смывала всё на своём пути, здания рушились, будто были сделаны из игральных карт, а не из бетона. Деревья вырывало с корнями, машины безвольно плыли по бурлящему течению, врезаясь в руины зданий. Люди исчезали в мутной воде без шанса на спасение.
Запись продолжалась ещё несколько секунд, показывая, как вода стоит на месте, затопляя всё вокруг, а затем начинает отступать, возвращаясь в море, унося с собой обломки и тела. И тут я увидел его. Посреди того места, где когда-то был пляж, стоял чернокожий мужчина с платком на голове, сухой и невредимый, словно волна его вообще не коснулась.
Он медленно осматривался по сторонам, и даже через экран планшета я чувствовал, что он опасен.
— Останови! — резко сказал я, и Артём нажал на паузу, заморозив изображение. — Приблизь вот этот участок. Кто это?
Артём выполнил мою просьбу без вопросов. Лицо чернокожего стало отчётливо видно. Высокие скулы, узкий нос, тонкие губы, сжатые в прямую линию, и чёрные глаза, в которых даже на статичном изображении можно было разглядеть что-то неестественное, словно в них плясали молнии.
— Твою мать, — прошептал я, сжимая кулаки так сильно, что побелели костяшки. — А вот и Валет Бубнов пожаловал.
— Ты уверен? — спросил Артём, нахмурив брови.
— А у тебя есть другие версии? — ответил я вопросом на вопрос, и в зале наступила тишина.
Артём нажал на кнопку воспроизведения, и запись продолжилась. Чернокожий поднял руки вверх, и между его ладонями материализовался светящийся бубен, сотканный из энергии, синий с красным. Он начал бить в него, пританцовывая. Вокруг него поднялся ветер, мощный, ураганный, создавший воронку, которая подхватила шамана и унесла его из кадра, оставив после себя лишь пустоту и разрушения.
Запись закончилась, экран погас. Мы пытались переварить увиденное, пытались осознать масштаб катастрофы и понять, что делать дальше. Артём первым пришёл в себя, резко повернулся к советнику и рявкнул:
— Немедленно перебросить войска на южную границу! Все доступные силы, включая артиллерию! Если этот ублюдок движется на север, нужно остановить его любой ценой, не дать ему добраться до крупных городов!
Я положил руку на плечо Артёма, останавливая его, и покачал головой, глядя брату прямо в глаза.
— Так ты погубишь кучу народа, а остановить этого выродка не выйдет, — спокойно сказал я. — Мы можем справиться с ним своими силами, без привлечения армии. Дай мне всех доступных абсолютов, и мы прикончим его.
Артём несколько секунд смотрел на меня, взвешивая мои слова, после он медленно кивнул:
— Хорошо. Бери Трубецкого, Шереметева, Пожарского, Водопьянова, Юрия, Артура, Серого, Лешего — и уничтожь эту угрозу. Хотя, знаешь что? Я иду с вами.
— Ага. Ещё чего, — хмыкнул я, от чего советник, стоящий рядом, напрягся. Видать, он не привык, чтобы кто-то перечил Императору. — Если мы подохнем, ты будешь единственным, кто сможет защитить мирное население. Так что мы сами справимся.
— Чёрт с тобой, — вздохнул Артём. — Но если что-то пойдёт не так. Если он окажется сильнее, чем ты ожидаешь, немедленно отступай. Я не хочу заниматься организаций похорон Великого Кашевара.
— Ничего страшного. Бабушка тебе поможет, — улыбнулся я, и мне тут же пришлось уворачиваться от куска хлеба, брошенного Маргаритой Львовной. — Ладно, мы выступаем. — Юра, оповести Шереметева, Трубецкого и Пожарского о том, что мы выступаем через полчаса. Водопьянову я сам наберу. Артур, позаботься о снаряжении для каждого. Берём только необходимое, оружие, артефакты, броню.
Александр поднялся из-за стола. Он всё ещё был бледен и не до конца оправился после освобождения от паразита, но в его глазах горел огонь решимости.
— Я тоже иду! — рявкнул он.
— Обязательно идёшь. Но в другой раз. Когда заново научишься контролировать ману и станешь абсолютом. Сейчас ты будешь для нас обузой, — честно сказал я, отчего лицо Александра скривилось в презрении к самому себе. — Не переживай, братишка. Способности непостоянны, и только сердце бойца вечно. Я поставлю тебя на ноги. Если не сдохну. — Я улыбнулся и подмигнул ему, а после направился к выходу, не тратя время на лишние разговоры.
Венера схватила меня за руку, задержав на мгновение. Слова были не нужны. Я и так понимал её беспокойство. Я наклонился, поцеловал её в лоб и тихо сказал:
— Всё будет хорошо. Обещаю.
Она кивнула, отпустила мою руку, и я направился к выходу из зала, чувствуя, как адреналин разливается по венам. Быстрым шагом я направился в арсенал, где выбрал для себя лишь пару вещиц. Лёгкий артефактный доспех с вмонтированными в него магическими барьерами. Такой запросто сдержит парочку мощных ударов. А ещё я взял тёмный плащ с капюшоном, защищающий от холода и ветра.
К поясу прикрепил ножны с мечом. Клинок по имени Скорбь давненько мною не использовался. Думаю, сегодня он покажет себя крайне эффективно. Активировал адаптивный доспех и направился в главный холл поместья.
Там уже собрались абсолюты. Пожарский, он же Огнёв, был в полном боевом облачении. Тяжёлая броня, двуручный меч за спиной, несколько артефактов на поясе. Юрий оделся полегче, он предпочёл мобильность защите и держал в руках длинное копьё с наконечником, который тускло светился синим светом.
Леший проверял дробовик, вставляя патроны, светящиеся изнутри. Серый в тяжелой броне и с топором, лежащим на плече. Трубецкой, как всегда, с недовольной мордой и двумя щитами. Артур взял с собой меч, впрочем, как и Шереметев.
Я осмотрел команду и кивнул. Лучшие бойцы Империи. По крайней мере, одни из лучших. Такой толпой мы точно мокрого места не оставим от этого Эфиопа. Не теряя времени, я перешел к постановке задачи:
— Валет Бубнов движется на север от Адлера. Судя по скорости, с которой он перемещался на записи, до Екатеринбурга он доберётся через несколько часов. Мы перехватим его на полпути. Выберем безлюдное место для засады и выбьем ему все зубы.
— А если он изменит маршрут? — стальным тоном спросил Юрий.
— Тогда мы изменим план, — пожал плечами я. — Но насколько мне известно, Валет Бубнов, как и его товарищи, ищет сосуд для своего господина. И так уж вышло, что Король Червей перед своим поражением сказал, что идеальный сосуд —
