Минус на минус дает плюс - Хлоя Лиезе

На моих губах появляется улыбка.

— Спасибо.

— Но я хочу, чтобы ты выслушала меня, — вот он, этот строгий голос, который заставляет мои глаза устремиться на него, а сердце бешено колотиться. — Между нами нет ничего слишком долгого или слишком быстрого. Есть то, что нужно твоему телу и моему. Никто не имеет права утверждать обратное.

В уголках моих глаз появляются слёзы. Я быстро киваю.

Челюсти Джейми сжимаются.

— Кто бы ни заставил тебя так думать, их здесь нет. Есть я. И ты. Понятно? Только мы.

— Только мы, — слёзы текут по моим щекам.

Он вытирает их и снова поднимается вверх по моему телу, крепко прижимая меня к себе. Джейми смотрит мне в глаза, а его рука скользит вниз по моему животу, мягко раздвигая мои бёдра. Он нежно целует меня в губы, в то время как кончики его пальцев нежно исследуют растяжки на моей коже, обводя каждую тонкую линию. Мы целуемся, затем снова, в то время как его рука блуждает по моим бёдрам и животу, везде, кроме тех мест, где, я знаю, он собирается ласкать меня далее.

— Пожалуйста, — шепчу я.

Он улыбается в наш поцелуй. Его пальцы мягко раздвигают мои складочки, нежно накрывают, прикасаются ко мне такими ласковыми прикосновениями, что мне приходится проглотить ещё больше слёз. Джейми наблюдает за мной, водя мягкими, убаюкивающими кругами по моей влаге к клитору.

Другой рукой он обхватывает меня за шею, притягивает к себе, согревая своим телом. Я смотрю ему в глаза, когда он прикасается ко мне. Это так отличается от того, что было у меня с кем-то раньше. Как будто это не просто прикосновения, гормоны и надвигающаяся разрядка, но что-то глубоко внутри меня распознаёт что-то глубоко внутри него. Как будто наши тела продолжают совершать эти крошечные шажки навстречу друг другу, и когда больше некуда будет идти, это будет не просто сближение. Это будет та связь, которую я всегда ждала, но так и не находила; связь, которая идеально подходила бы мне.

— Покажи мне, милая, — тихо говорит Джейми, прежде чем завладеть моими губами в медленном поцелуе. — Покажи мне, где ноет. Что тебе нужно.

Я наблюдаю, как моя рука дрожащими движениями скользит по моему телу, пока не накрывает его ладонь, наши руки переплетаются, и я слегка поправляю его. Чуть легче, чуть быстрее. Я ввожу один из его пальцев, затем два, внутрь себя, чтобы погладить точку G.

Я теряю ощущение времени, пока Джейми прикасается ко мне, наблюдая за каждым признаком удовольствия, за каждым признаком того, что заставляет меня подниматься всё выше и выше.

— Такая красивая, — говорит он. Слова льются из него потоком, французский шёпот касается моей кожи. Глубокий и тихий, насыщенный и тёмный. Их смысл ускользает от меня, но это не имеет значения. От них по моему телу разливается жар, я таю в его объятиях.

Джейми стонет, чувствуя, как я сжимаюсь вокруг его пальцев, наблюдая, как я насаживаюсь на его руку.

Перед моими глазами расцветает красная роза наслаждения. Его прикосновение мягкое и тёплое, совершенно уверенное, и я отпускаю его ладонь, запрокидывая свою руку за голову. Свободная рука Джейми находит мою и переплетает наши пальцы, прижимая мою руку к матрасу.

Я стону, сдаваясь, удерживаемая, невесомая. Мои груди касаются мягких волосков на его груди. Мои щёки распаляются от его нежных поцелуев. Дышать становится труднее, когда внутри меня нарастает раскалённая ноющая боль, и я извиваюсь под его рукой. Губы Джейми снова встречаются с моими, сначала нежно, затем жёстко и властно, побуждая меня ещё сильнее. Боль становится острой и настойчивой, дрожащей и обжигающей.

Внутри меня нарастает разрядка. Пальцы ног поджимаются, ступни лихорадочно скользят по простыням.

— О боже, Джейми. О Боже, пожалуйста.

— Вот так, — хрипло говорит он, заставляя меня двигаться сильнее, целуя меня, прикусывая мою губу и нежно втягивая её зубами. — Отпусти себя.

— Джейми, — выдыхаю я, отчаянно прижимаясь к нему. И когда он произносит моё имя возле моего уха, я взрываюсь, волна за волной заставляет меня пульсировать под его рукой, вокруг его пальцев, которые растягивают мою разрядку до тех пор, пока я не могу больше терпеть ни секунды.

Я больше ни о чём не прошу, и всё же, как только его прикосновения прекращаются, и я наблюдаю, как он удерживает мой взгляд, засовывая в рот по одному длинному пальцу с узловатыми костяшками пальцев, пробуя меня на вкус и тяжело дыша, я не могу больше ждать его ни секунды.

— Я хочу тебя, — я глажу его член, который настойчиво упирается мне в бедро.

Он убирает мою руку и снова целует меня.

— А я хочу, чтобы ты подождала ещё немного.

— Почему? — стону я.

Он прокладывает дорожку из поцелуев вниз по моему телу.

— Ради ещё одной маленькой смерти, конечно же.

Я смеюсь, задыхаясь.

— Ты всё ещё должен мне одиннадцать…

Мои слова прерываются судорожным вздохом, когда Джейми обхватывает меня за бёдра и притягивает к себе.

Удовольствие прокатывается по мне рябью, как рябь на воде от брошенного камешка, когда он опускает свой рот туда, где я восхитительно нежна и влажна. Я задыхаюсь, когда он слегка касается языком моего клитора, мои руки скользят по его волосам, сминая их и дёргая.

— Это идеально, — шепчу я. — Вот так нежно.

Он что-то бормочет в ответ, и его поцелуи, которые и без того были нежными, становятся ещё нежнее. Его язык слегка обводит меня, но никогда не касается того места, к которому я с трудом переношу прикосновения, того места, которое настолько чувствительно, что у меня с ним отношения любви и ненависти.

Джейми дотягивается так далеко, что его руки легко скользят вверх по моим рёбрам и обхватывают мои груди, нежно сминая их.

Я растворяюсь в матрасе, в золотистом сиянии камина, превращающем его волосы в бронзовые отблески, в тихих звуках удовлетворения, которые вырываются из горла Джейми. Он позволяет мне управлять его ритмом, пока его язык осваивает движения, от которых мои бёдра сжимаются вокруг его плеч, а дыхание перехватывает.

Я стараюсь не паниковать из-за того, насколько приятны эти ощущения, как быстро они нарастают, потому что, кажется, я снова могу расплакаться. Потому что ко мне никогда не прикасались так бережно, ко мне никогда так не прислушивались, никогда... так не любили.

Оргазм выбивает из меня дух, сотрясая моё тело, а Джейми прижимает мои бёдра к матрасу и заставляет меня прочувствовать всё это.

— Джейми, — умоляюще говорю я, сжимая