Бывшие. Ненавижу. Боюсь. Люблю? - Аелла Мэл

— Ну проходите, проходите, чего в дверях стоите? — махнула рукой мама.

Марат стоял не двигаясь. Я видела, как вздымается его грудь, как он делает глубокие вдохи, собираясь с духом. Все смотрели на него. Мама замерла, чувствуя неладное. Папа и подался вперёд. Брат Муслим напрягся, готовый к чему угодно.

— Я… — Марат сглотнул ком в горле, прикрыл глаза на мгновение, будто молясь или собирая последние силы.

Я шагнула к нему, взяла его за руку. Его ладонь была влажной и горячей. Он взглянул на меня, и в его глазах я увидела такую бездну боли, вины и одновременно решимости, что у меня перехватило дыхание. Я отрицательно покачала головой. Не надо. Не сейчас. Пожалуйста.

Глава 48

Он сбросил мою руку и вернул всё своё внимание семье. Словно почуяв неладное, брат Муслим поднялся с дивана и медленно приблизился к нам.

— Что случилось? — тихо спросил он, переводя взгляд с Марата на меня и обратно.

— Семь лет назад… — начал Марат, и его голос, такой обычно уверенный, сейчас дрожал. — После смерти сестры и отца я хотел отомстить человеку, который был причастен к их гибели. Я был не в себе, ослеплён горем и яростью. И я… украл девушку. Думал, что это сестра того человека. Но ошибся. Это была совсем другая. Та, кто не имела никакого отношения к той истории.

— Марат… — с ужасом прошептала тётя Тамила. Её глаза наполнились слезами, руки задрожали. А вот мои родные напряглись до предела. Отец побелел, мать замерла с полотенцем в руках.

— Я украл её. Провёл никах. И это была… — он сделал паузу, сглотнул, — это была Айнура.

Он только произнёс моё имя, как брат Муслим взорвался. Кулак врезался в лицо Марата с такой силой, что тот пошатнулся. Я вскрикнула, закрыв рот рукой. Но это не остановило брата — наоборот, он только разошёлся. Удар за ударом, безжалостно. Селим, мгновенно оценив ситуацию, присоединился к нему.

— Подонок! — орали братья, нанося удары по очереди. — Мерзавец! Как ты посмел после такого войти в наш дом? Ублюдок чертов!

— Брат, пожалуйста, прекратите! — я плакала, пытаясь прорваться к ним, но меня оттеснили. — Хватит!

На мои слова никто не реагировал. Ярость застилала им глаза.

— Отойди! — рявкнул Муслим, даже не глядя в мою сторону. Жена Муслима, подскочила ко мне и крепко обняла, удерживая. Я вырывалась, билась в её руках, но она не отпускала. Лицо Марата уже было залито кровью, а братья всё не прекращали. Били в корпус, в живот, снова по лицу. Он не сопротивлялся. Просто принимал удары, сжав зубы.

— Хватит! — кричала я в голос, захлёбываясь слезами. — Папа, останови их! Мама! Ну хватит же!

Отец наблюдал за всем с каменным, непроницаемым лицом. Только желваки ходили на скулах. Мама, прикрыв рот рукой, сидела на диване и беззвучно плакала. Залина, бледная как мел, стояла, вцепившись в спинку стула, и с ужасом смотрела на происходящее. А тётя Тамила… она словно подкошенная осела на пол, плечи её опустились, и она плакала молча, глядя, как избивают её сына, и не в силах пошевелиться.

Я рванулась из рук невестки, оттолкнула её и встала между братьями и Маратом, раскинув руки.

— Хватит! Прекратите уже!

— Айнура, отойди! — прорычал Муслим, тяжело дыша. Его кулаки были сжаты, глаза горели бешенством. — Я заставлю его ответить за всё! Мерзавец заявился в наш дом и посмел жениться после того, что натворил!

Он перевёл на меня пылающий взгляд.

— И ты хороша! Зачем скрыла? Почему не сказала, кто он такой? Зачем согласилась быть с ним? Зачем?

Он схватил меня за плечи, встряхнул, и его пальцы впились в мою кожу до боли.

— Она не виновата, не кричи на неё, — прохрипел Марат, шагнув вперёд и оттолкнув брата от меня. За этот жест он получил новый удар, но устоял. — Это я вынудил её. Шантажом. Угрозами. Я хотел быть рядом с дочерью, узнав, что она у меня есть…

— Дочь? Ни черта! — Муслим размахнулся и снова врезал ему по лицу. Марат рухнул на пол, как подкошенный. — Ты больше ни на шаг не приблизишься к моей сестре и племяннице! Слышишь? Никогда!

— Брат, прошу, успокойся, — я всхлипнула, умоляюще глядя на него. — Пожалуйста!

— Успокоиться? — он повернулся ко мне, и в его глазах плескалась такая ярость, что я отшатнулась. — Успокоиться? Я сейчас так зол, что и на тебя готов руку поднять за то, что прикрывала этого мерзавца! За то, что позволяла ему с собой такое творить!

— Брат…

— Молчи, Айнура! Молчи! — рявкнул он так, что стены задрожали.

— Не трогай его, — прошептала я.

— Я его убить готов! — выплюнул Муслим и, резко схватив Марата за воротник, потащил к выходу. Вышвырнул на крыльцо, как ненужную вещь. Я рванула за ним, но брат железной хваткой схватил меня за руку и захлопнул дверь перед моим носом.

— Брат, отпусти! — закричала я, вырываясь. — Отпусти меня!

— Заткнись! — он развернул меня к себе. — Я сейчас с трудом держусь, Айнура! Как? Как ты могла скрыть такое? Неужели мы не заслуживали знать правду? Сколько раз я спрашивал тебя, кто он, но ты молчала! Позволила ему войти в наш дом! Позволила нам улыбаться ему, принимать его как родного!

— Именно! — поддержал Селим, подходя ближе. — Зачем скрыла? Надо было сразу сказать нам, кто он такой!

— Я просто… — я шмыгнула носом, чувствуя, как слёзы текут по щекам. — Свадьба… У вас была свадьба. Я не хотела портить ваш праздник!

— Свадьба? — взревел Селим. — Да к чёрту свадьбу! Ты понимаешь, что этот человек сделал с тобой? С нашей семьёй?

Я заметила, как при его словах дёрнулась Залина. Её глаза наполнились слезами, она вся сжалась, будто ожидая удара. И мне стало так обидно за неё. Мой брат — придурок!

— Не смей так говорить, — сказала я ему, глядя прямо в глаза.

— Не говорить? — он усмехнулся горько. — Она — сестра этого мерзавца! А ты позволила мне жениться на ней, зная всё это!

— Не смей! — закричала я и, не думая, влепила ему пощёчину.