Я тебя найду - Татьяна Огнева

— Думаю, я усвоила урок, — усмехнулась я, хотя в душе всё ещё бурлило раздражение. — Просто было так красиво… не хотелось, чтобы это заканчивалось.

Она понимающе кивнула.

— Я — госпожа Фатима Амирова. Мой дом недалеко. Можете остаться у меня на ночь. Не стоит искать приключений в такое время.

Я замерла на секунду. В нормальной ситуации я бы сто раз подумала, идти ли к незнакомым людям. Но эта женщина излучала такое тепло и спокойствие, что сомнений не осталось.

— Это очень щедро с вашей стороны, госпожа Амирова, — сказала я тихо. — Буду рада принять ваше приглашение.

Она улыбнулась, и мы продолжили путь. Где-то впереди в темноте замаячили силуэты роскошных вилл, и я вдруг поймала себя на мысли: кто вообще эта госпожа Амирова и почему у меня чувство, что эта ночь всё равно ещё подкинет сюрпризов?

Мы шли по узкой дорожке, подсвеченной низкими жёлтыми фонарями, и слышали, как вдалеке лениво шумит море. Песок на босых ногах уже остыл, и в кожу приятно впивалась прохладная плитка.

— Вы из России? — осторожно спросила я по-русски, хотя уже поняла это по мягкому акценту.

— Да, родилась там. В детстве жила в Ростове, — кивнула она, придерживая на поводке крошечную белую собачку. — Много лет назад приехала в Турцию просто отдохнуть. И вот… задержалась.

Она улыбнулась как-то устало, словно прокрутила в голове давние кадры.

— Тут я и познакомилась с Амаром, — продолжила она. — Высокий, смуглый, взгляд… такой, что кажется, видит тебя насквозь. Мы влюбились с первого взгляда. Он предложил остаться, и я… согласилась.

В её голосе мелькнула горькая насмешка.

— Вот только я тогда не знала, что у него уже есть жена. Второй быть я не хотела. Гордыня, я тебе скажу, — один из основных пороков. Не думая о последствиях, я собрала вещи и сбежала домой… прихватив под сердцем сына.

Я молча слушала, вдыхая тёплый аромат жасмина, который тянуло с садов по соседству. У женщины был протяжный голос. Да и рассказ её отчего-то отбивался приятными волнами в сердце. Словно это важно — что она говорит.

— Амар не простил мне побег, — продолжила она тише. — Мы не виделись больше трёх лет. А потом он просто ворвался в мою жизнь снова. Всё это время Амар жил с гордыней, в принципе, как и я. А потом… неожиданно, во время родов умерла его первая жена.

Она замолчала на пару шагов. Лишь мягко цокали каблуки по плитке. Я понимала, что ей было больно говорить. Даже сейчас, спустя годы. Но выговориться хотелось больше…

— И он наконец-то решился, — выдохнула она. — Вернул нас. Это было резко, агрессивно, немного жестоко. Но я злилась на него, пусть и любила. Он решил за двоих. И я приняла его выбор. Тогда я снова приехала сюда, но уже навсегда. Сейчас живу одна — сын давно отдельно, готовится к свадьбе. Ему уже тридцать. Амар умер пять лет назад от воспаления лёгких. И мне так одиноко без него. Так что твоя компания как никогда кстати.

Я кивнула. Внутри было странное ощущение — как будто мы обе понимали друг друга без слов. Потери, выборы, последствия, от которых никуда не деться. Она как будто рассказывала часть моей истории. Или знала что-то, чего пока не знаю я.

Сквозь листву уже проглядывал силуэт её дома — высокий, с широкой террасой и подсвеченными колоннами. Целый особняк. Одна женщина в нём… Конечно, она чувствовала себя одиноко.

Глава 5. Майя

Я замерла у кованых ворот, пока Фатима открывала их ключом. За ними открылся вид, от которого у меня чуть челюсть не отвисла.

Тёмно-зелёный сад, утопающий в аромате ночных цветов, подсвечивали аккуратно спрятанные в траве лампы. По дорожкам тянулись виноградные лозы, а где-то в глубине журчал маленький фонтан. И всё это выглядело так, будто мы случайно зашли в фильм о богатых шейхах.

— Проходи, — Фатима приглашающе махнула рукой, и мы подошли к дому.

Он был… не дом, а произведение искусства. Высокие арки, узорчатая плитка с синими и золотыми орнаментами, резные деревянные двери с медными вставками. Когда мы вошли внутрь, меня будто обдало волной тепла — не только от воздуха, но и от мягкого света десятков ламп в цветных стеклянных плафонах.

Я видела роскошные интерьеры у знакомых и даже в особняках на фотосессиях, но это… было другое. Тут всё дышало историей и любовью к деталям. Мягкие ковры с восточными узорами утопали под ногами, диваны с подушками, расшитыми золотой нитью, были расставлены в уютных нишах. На стенах — каллиграфия и тонкие росписи, а в воздухе витал пряный аромат корицы, кардамона и чего-то медового.

— Гостевая комната вот здесь, — Фатима распахнула дверь в светлое помещение. Здесь тоже был ковёр, но уже с бежево-бирюзовым рисунком, большая кровать с деревянным изголовьем, украшенным резьбой, и лёгкий балдахин, спадающий волнами.

— Только, — она чуть смущённо улыбнулась, — ванная здесь временно не работает. Кран сдался ещё на прошлой неделе, а мой сын всё никак мастера не вызовет. Так что, если захочешь принять ванну или душ, можешь сходить в соседнюю комнату. Это комната моего сына.

Я кивнула, с трудом удерживаясь, чтобы не разглядывать каждую деталь комнаты как музейный экспонат.

— А я пока накрою на стол, — добавила Фатима, поправляя лёгкий шёлковый платок на плечах. — Уверена, ты проголодалась. И сейчас поищу тебе какие-нибудь свои вещи. Не будешь же ты завтра уезжать в одном белье.

— Спасибо вам большое. Вы прямо моё спасение.

Как только за ней закрылась дверь, я медленно повернулась на месте, позволяя себе наконец-то выдохнуть. Боже… Да я попала в арабскую сказку. Даже в детстве, когда папа баловал меня чем угодно, у нас дома не было такой роскоши. Тут всё было не просто дорого — тут каждая вещь казалась на своём месте, словно веками хранила чью-то историю.

Мне хотелось коснуться каждой подушки, провести рукой по резьбе на стене, заглянуть за шёлковые занавески… И почему-то в этот момент я почувствовала, что спать этой ночью мне будет непривычно уютно.

Я не знала, что хочу больше — есть или наконец-то смыть с себя солёную морскую воду и запах костра, впитавшийся в волосы на пляже.

Фатима принесла мне шёлковый халат — тонкий, лёгкий, нежно-персикового цвета. Я