Срок годности жены - Натаэль Зика
По крайней мере, начал яростно требовать, чтобы та не показывалась, когда он приходит в дом с кем-то из друзей.
Арина думала, что это временно, что любовь, ласка и забота помогут Игорю разобраться и вернут ей прежнего, открытого и любящего сына.
Но, кажется, просчиталась.
С Игнатом было одновременно и проще и сложнее.
Проще – мальчик был ещё в том возрасте, когда не забылись годы детства, когда мама была самым важным и нужным человеком. И отец со старшим братом ещё не успели внушить ему собственные представления о жизни, не успели превратить в бездушного потребителя.
А сложнее потому, что Игнат пока несовершеннолетний. И она не может просто его забрать.
Им с мужем предстоял тяжёлый судебный процесс по опеке над младшим. И хоть суд и поинтересуется, с кем мальчик хочет жить после развода родителей, хоть Гаранин уверяет, что подстраховался, где только можно, всё равно оставалась вероятность, что суд будет не на её стороне.
Арина вздохнула – уже несколько дней её мальчик там один, без поддержки и заботы! Вдруг за это время спятивший отец и предавший мать брат сумеют-таки сломать Игната? Оговорят её, выставят в негативном свете, и она потеряет и этого ребёнка?!
- Терпение, всё будет хорошо, - произнёс Владимир, правильно оценив её состояние после разговора с сыновьями. – Дай-ка мне свой сотовый.
- Зачем?
- Его надо отключить. Верну завтра, в это же время.
- А как же… Совсем недавно вы говорили другое – надо дать Вадиму возможность со мной связаться, - начала было она, но адвокат досадливо цыкнул.
- Во-первых, Арина, мы перешли на «ты». Пожалуйста, перестань мне выкать хотя бы дома! Во-вторых, ты сейчас не в том состоянии, чтобы спокойно выслушать претензии и обвинения своего бывшего, а он, поверь мне, щадить тебя не станет. Первое слушанье уже на следующей неделе – я надавил на все рычаги, и это дело поставили вне очереди. У Усольцева хорошо подгорает, понимаешь? Если раньше он легко пошёл на похищение, то теперь даже предположить страшно, чем он готов пожертвовать, чтобы развод не состоялся.
- Игорь ему доложит, что я звонила, - бесцветным голосом отреагировала она.
- Поэтому я и забираю сотовый. Отдохни, наберись сил – с завтрашнего дня придётся надолго забыть о покое.
И ушёл.
А она осталась переваривать, думать, искать внутренние резервы измученного сердца.
Легко сказать – отдохни. Как, если в голове всё время крутится разговор с сыновьями и варианты того, что предъявит ей муж?
Помогли работа и Верочка.
Целый день Арина белкой крутилась в роскошном доме Волошина, направляя и проверяя двух горничных, повара с подсобной работницей и садовника с дворником. Параллельно она продолжила ревизию, пересчитывая запасы чистящих, моющих, кухонного и столового текстиля, посуды, постельного белья и прочих расходников. Что-то отложила, что-то надо было срочно менять – горевать было некогда.
Вроде только пришла – и уже вечер.
А дома её с нетерпением встречала пятилетняя девочка. И Арина с тоской ловила себя на мысли, что ждёт этих вечеров едва ли не больше Веры.
«Господи, как я смогу с ней расстаться, когда её отец выполнит все обязательства? А она? Ведь малышка тоже ко мне привязывается… Плохая это была идея, очень плохая!»
Телефон заголосил почти сразу, как только Гаранин вернул сотовый и она его включила.
Арина ждала этот звонок, готовилась к нему. И всё равно вздрогнула, увидев на экране когда-то родное имя.
- Арина, нам надо встретиться! – выпалил Вадим, стоило принять вызов.
Ни – здравствуй! Ни – где ты? Сразу с места в карьер.
- Мне – не надо, - ответила она и посмотрела на стоящего напротив неё Владимира.
- Ты нужна мне. Мне и мальчикам. Мы, вообще-то, соскучились! К тому же, нам есть, что обсудить.
Вадим говорил сдержанно, будто не было её побегов, похищения, не было любовницы и прочей дичи.
Словно они по-прежнему были семьёй.
Это сбивало с толку.
- Ариш, - голос мужа стал ещё мягче, - ты же умная женщина! Да, я дурак! Обидел тебя, но это была вынужденная мера!
- Вынужденная мера? – она не удержалась от сарказма. – То есть, это не ты привёл в мой дом любовницу и назвал её любимой? Не ты сообщил при детях, что мой срок годности, как твоей жены, весь вышел, и отныне я переезжаю в дом прислуги? Не ты заявил, что я двадцать лет ничего не делала, поэтому ни рубля не заработала, и в нашем доме нет ничего моего?
- Ариша, ты не понимаешь… На тот момент мне пришлось, - выделил он голосом последнее слово, - так поступить и говорить. Но это ничего не значит! Я по-прежнему люблю тебя, ты моя жена, и другой мне не надо! Скажи, куда за тобой приехать? Мы поговорим, я всё тебе объясню, и ты поймёшь, что ничего страшного не произошло! Я компенсирую тебе каждую слезинку и каждый день, когда мы были врозь.
Она поймала внимательный взгляд Гаранина.
- Он узнал про блокировку счетов и арест имущества, - почти беззвучно произнёс тот, показывая жестом, чтобы она прикрыла микрофон на сотовом.
Арина послушно прижала телефон к груди.
- На день раньше, чем я рассчитывал, - вполголоса продолжил адвокат. – Вчера они должны были получить партию оборудования. Предполагаю, с ней не всё в порядке, понадобились деньги. И…
Он развёл руками.
- Доступ Усольцеву блокирован, и он готов на что угодно, лишь бы выманить тебя и заставить всё отменить. Я предупреждал – он будет давить и использовать все мыслимые методы.
Она молча кивнула – мол, помню, понимаю. И вернула сотовый к уху.
А там уже разорялся Вадим.
- Арина? Арина?! Арина!!!
- Здесь я, - произнесла она.
- Почему не отвечала? Обижена, понимаю, но играть в молчанку глупо, ведь мы не дети! – сердито выговорил Вадим и тут же сменил и тему и тон:
- Кстати, тут рядом со мной сидит кое-кто, кто очень по тебе соскучился. Думаю, ты будешь рада с ним увидеться. Да, Игнат?
- Угу, - из динамика донёсся невнятный голос.
«Не Игнат, он
