Бесит в тебе - Ана Сакру

Не знаю, из-за чего там еще люди расстаются?!

Или это все ерунда?

Лиза вот вообще не сомневается, я чувствую. И дело даже не во мне, не в том что это я такой идеальный. Конечно нет! Она просто воспитана по-другому. Бог дал мужа, вот и строй с ним жизнь, налаживай. Вей как гнездо ласточка — так она это видит. И не смутят ее ни ссоры, ни носки. Это в нас с детства вбивают, что подожди, посмотри, погуляйте сначала вместе, потом поживите, потом встаньте на ноги, потом… А в итоге все равно — что-то пошло не по плану и люди расходятся как в море корабли. И черт его знает, как на самом деле правильно. Вот только в меня заложили эти сомнения, а сейчас я бы хотел как Лиза. Не сомневаться.

Ведь смотрю на ее спинку, на золотую косу, на линию бедра, и внутри все жарко сжимается. И я не могу представить, что на другую посмотрю так же и почувствую так.

Черт его знает, как рождаются эти чувства, как выбираешь, но ведь выбрал уже.

А страхи и сомнения…Лиза бы сказала, что они от лукавого, улыбаюсь про себя, залипая на линии ее талии. Внутри нагревается, в паху тянет.

Я знаю, как все эти дурные мысли прогнать. Здесь нельзя конечно, но… Чуть-чуть…

Дотягиваюсь до Лизиной полки и быстро, стараясь бесшумно, перелажу к ней.

— М-м… — она протестующе мычит во сне, когда двигаю ее, прижимая грудью к стенке купе.

— Т-ш-ш, это я… я… — сорвано шепчу ей на ушко, мгновенно уплывая в возбуждение.

Чувствую, как Лиза сразу просыпается и замирает, боясь дышать.

— Тихо, — нашептываю ей, вжимаясь пахом в попку.

М-м-м… Как хочется раздеть, до звёзд в глазах. Но все слишком слышно. Слишком… Я тоже дышу через раз, боясь, что выходит очень громко. Давлюсь этим так быстро накаляющимся воздухом.

Кутаю нас простыней. По позвоночнику токи, бедра инстинктивно дергаются, подаваясь в нее.

Прикрываю глаза, зарываясь носом в душистую макушку. Торопливо просовываю руку под резинку Лизиных спортивных штанов. Мне просто надо знать, что дико горячо не мне одному…

— А-ах, — Лиза тонко выдыхает через рот, вцепляясь ногтями в мое запястье, когда мои пальцы забираются ей в трусы.

— Тш-ш, — уговариваю ее беззвучно, целуя кромку ушка.

Трогаю там. Раскаленная, скользкая, сжимается, ка-а-айф.

В голове фантазии кружат. Стараюсь так громко не дышать. Лиза беспомощно откидывает мне голову на грудь, горит. Я чувствую, как горит, как мелкая дрожь волнами сковывает ее мышцы. Отставляет ногу, чтобы мне было удобней, губы приоткрыты, дыхание не слышно — стопорит его, боясь шуметь, ресницы дрожат. Облизываю ее губы, трогаю губки ниже, соскальзывая внутрь между, где тесно и совсем горячо-горячо. Страстная монашечка моя… Такая отзывчивая…

Сминаю другой рукой ее налитую грудь, гладя сосок через ткань, и концентрируюсь на том, как Лиза бесшумно телом отзывается на то, как касаюсь ее внизу, между ног.

Прикрываю глаза, представляя, как было бы охрененно делать это членом. Картинки яркими пошлыми вспышками за закрытыми веками. Ее импульсы удовольствия все очевидней — они будто весь воздух вокруг до знойного марева нагревают. И я задыхаюсь в нем, когда Лиза наконец замирает на секунду, а потом крупно дрожит, кусая губы, чтобы не стонать.

Меня всего тоже болезненно скручивает, потому что дико хочется вслед за ней, но я не представляю как тут… Не в туалет же бежать дрочить? Нет уж, лучше потерплю…

Обмякнув, Лиза поворачивает ко мне голову. Медленно, лениво целуемся. Она гладит мое лицо, пальцами нежно обрисовывая черты. Молчим. Всё в тишине такой… Густой-густой… Обнявшись, засыпаем.

Она сразу, а мне еще требуется время, чтобы остыть. Физически все требовательно ноет, зато в голове, когда обнимаю ее такую разомлевшую, желанную, никаких страхов и сомнений.

* * *

— Как мне обращаться к твоему отцу? — спрашиваю у Лизы, рассеянно рисуя пальцами по ее попке через ткань хлопковых штанов.

Обожаю ее. Трахну когда-нибудь обязательно… Мужу же можно всякие маленькие извращения? Или… Хм, надо будет уточнить этот момент.

— Лука Тихонович, — улыбается Лиза, обнимая меня за шею и наматывая на пальчик мои волосы. Это приятно… Тонко мурашит от ее касаний. И я размотанный в неге, и ехал бы так еще неделю с ней.

Мы весь день почти лежим на Лизиной верхней полке, болтаем и обнимаемся. Марина уже смирилась, Русик поглядывает иногда с любопытством и тихой завистью. Наша станция будет в начале седьмого, и я трачу время до прибытия на то, чтобы хоть чуть- чуть подготовиться к встрече с Лизиной семьей.

— А к мачехе твоей? — продолжаю допрос.

— Просто тетя Снежа, хотя… — и Лиза задорно хихикает, — На тетю она может обидеться.

— Почему?

— Ну… Ты красивый, — улыбается беспечно, а я удивленно поднимаю брови.

— Она что, кокетничать со мной будет? — не понимаю, — Это разве не грех?!

— Не то чтобы прямо кокетничать, но…, — тянет Лиза, — Увидишь, в общем… Но ты не думай, она хорошая! Просто… — и Лиза делает паузу, подбирая слово, — Городская.

— Звучит как диагноз, — буркаю я, так ничего особо и не поняв кроме того, что меня, скорее всего, назовут так же. Ладно, на месте разберемся.. — Так, а еще кто? Братья — сестры, бабушки-дедушки? — допытываюсь дальше.

— Сава, мой брат, сейчас ему семнадцать, в семинарии учится, его не будет, Настя еще, ей двенадцать, она дома, и Мироша с Еремой, им по шесть, это Снежины, вот и все, бабушек-дедушек у нас нет…

— Ясно… — бормочу, не сдержавшись и кусая ее за кончик носа.

Лизка уворачивается, хихикая, тискаю ее. Сначала щекочу в шутку, а потом… Все мгновенно жарче… Сминаю попку, трогаю между ног с нажимом через ткань, требовательно целую в губы, толкаясь во влажный горячий рот языком. Ах, бля, как в нее хочется… Мозг уже плывет.

А монашечка моя еще и издевается. Пососав мой язык так, что у меня окончательно встал, отстраняется и, чувственно смеясь, грозит пальцем.

— До свадьбы ни-ни, Чижов, — хохочет, бархатно так, тоже возбуждена.

— С ума сошла? Я ж сдохну, — рычу на нее тихо.

— Нет тебе больше веры, сначала к отцу, — сверкает глазами.

И вроде бы весело так, с вызовом, а в глубине Лизиных зрачков мне вдруг чудится напряжение и…страх.

Она что? Правда думает, что я еще могу передумать?!.С поезда что ли спрыгну? Или как??

— Дурочка, — бесшумно артикулируя ей, выражаю свое мнение по этому поводу.

— Но пока не