Скиф - Оксана Николаевна Сергеева

– А чего тут думать, – с ироничной улыбочкой сказал Керлеп. – Изабелла, конечно.

– Почему это? – не поняла Ева.

– Как еще можно дочку Виноградова назвать? Само собой, Изабелла, – расхохотался Кир, раскусив шуточку Чистюли.

– Ну, – поддакнул Илья. – Бэлла. Бэллочка. Красивое же имя.

– Ой, допиздишься ты, Бэллочка, – посмеялся Макс. – Допиздишься…

Глава 23

Глава 23

Как только за друзьями закрылась дверь, в воздухе сгустилось напряжение.

Макс улегся в постель, а Лиза присоединяться к нему не спешила. Она приняла душ и переоделась в пижаму, но всё еще слонялась по квартире, занимаясь делами, которые легко можно было отложить на завтра. Понимала, что им с Максимом предстоит нелегкий разговор, и боялась этого разговора. Боялась неприятных слов и что придется делать какой-то выбор.

Виноградов вроде бы спокойно отреагировал на новость о беременности, но истинные его мысли были пока неизвестны.

– Ты долго еще будешь носиться по квартире? – с раздражением спросил он.

– Я хотела порядок навести, потому что, мне кажется, завтра я вообще не встану.

– Ты уже на десять раз всё перемыла.

– Зубы почищу…

– Ты уже чистила.

– А потом опять чай пила.

Лизка шмыгнула в ванную и долго умывалась. Целую вечность чистила зубы и водила щеткой по волосам, надеясь, что Макс заснет после такого нервного дня и приличной дозы алкоголя, но он и не думал.

Когда она пришла, он уже не лежал, а сидел на диване, уставившись в тихо бубнящий телевизор.

Лиза осторожно забралась в постель, но не прижалась к Максу, как обычно, а, не глядя на него, принялась усердно взбивать подушку.

– Не помогли таблетки, да? – сказал Виноградов.

Лизка вздохнула, чувствуя, как от волнения леденеют пальцы.

– Помогли бы, если бы я их пила…

– А ты не пила… – сделал он вывод.

Руки у Лизки опустились, и она, набравшись смелости, посмотрела Виноградову в глаза:

– Нет, не пила. Бросила. Я могла бы соврать, что всё вышло случайно. Что таблетка не подействовала или я ее пропустила, не вовремя выпила… Но нет, я сама бросила пить противозачаточные.

– Может, надо было мне об этом сказать?

– Не надо было, – проворчала она, пряча за раздраженным тоном свою неуверенность. – Зачем? Чтоб опять услышать, что всё это не про тебя? Сам же говорил…

– Так это когда было, Лизок! Тебя Ева научила вчерашний день вспоминать?

– Но было же! Ты тогда говорил, что тебе не нужны постоянные отношения, семья – это не про тебя. Я думала, мы расстанемся, ничего у нас не получится. Думала, что я тебе не нужна. Потому решила родить. Пусть у меня останется частичка тебя, даже если ты меня бросишь. Я хочу этого ребенка и рожать буду в любом случае. Даже если ты будешь против.

– Чего-чего? – спросил Максим, будто не рассылав последнюю фразу. – В каком случае?

Лиза сделала глубокий вдох и повторила:

– В любом случае. Я не могу ничего от тебя требовать, так как это было мое решение… – Она прерывалась, вздыхала, а потом выдыхала уже слова: – Я это понимаю и заставлять тебя не буду. У меня всё есть, малыш тоже не будет ни в чем нуждаться…

– Ой, всё, блять! – Макс оборвал ее сбивчивую, неуверенную речь. – Где-то я это уже слышал. Что-то похожее было про свободные отношения. Я уже понял, что ты у меня самостоятельная. Сама пришла, сама забеременела, сама родишь, сама воспитаешь… Всё сама! На хера я тебе вообще нужен?

– Как это на хера… – проронила Лиза с внезапным облегчением. – Потому что я тебя люблю. И малышу, вообще-то, нужен папа.

– Неужели? Слава богу! Хоть в чем-то пригожусь.

– Не говори ерунды, – засмеялась Лиза, радостно вздохнув.

– И когда ты узнала?

– Несколько дней подозревала, а сегодня тесты сделала. Три штуки. Все положительные.

– И молчала!

– Я же не знала, как ты отреагируешь. Думала, как сказать…

– А что тут думать? Как я еще могу отреагировать, кроме как помереть от счастья, Лизок?! – бушевал он.

– Это ты сейчас так счастлив, что орешь на меня?

– Ты серьезно думала, что я откажусь от тебя или от ребенка? Как тебе вообще такое в голову пришло? Ты должна была сразу мне сказать. Сразу! Еще до того, как сделала тесты на беременность. А не врать, что съела что-то не то.

– Прости, – устыдилась Лизавета и прильнула к нему, пряча лицо у него на груди. – Прости, пожалуйста. Я испугалась. Это же ребенок. Он всё меняет. Наша жизнь теперь будет другой. Всё будет не так, как прежде. Ты правда рад?

– И какого хера ты этому гондону дверь открыла?

– Так я не знала, что это он. Рожи-то не видно было. Он цветочками прикрылся. Я и подумала, что это ты решил мне сюрприз сделать.

– Я? Вот не дарил тебе цветов и не буду! Чтоб знала, что это не я!

– Ну и ладно, – усмехнулась Лизка. – Чистюлю попрошу – он подарит.

– Ага, попроси!

Лиза переместила руки, обняв его крепче, и погладила по спине.

– Со мной всё хорошо, слышишь? Он мне ничего не сделал, у меня ничего не болит, всё хорошо… – мягко сказала она, стараясь его утихомирить.

Макс глубоко вздохнул, успокаивая беспокойно стучащее сердце. Понимал, что Лиза не такой ждала реакции, но его радость была другой. Она тесно связана с болью и тревогой, перемешана с волнением и какой-то беспомощностью. Он отдавался своему счастью постепенно, будто боялся пустить его в сердце. Боялся откровенно радоваться. Но слова Лизкины уже проникли в сознание. И в сердце, и в душу, и уже что-то меняли внутри.

Виноградов стал целовать Лизку, потом скользнул под резинку пижамных штанов, погладил ее живот. Еще плоский, бархатный. Хотя тело мгновенно среагировало на ее близость, и жаркое возбуждение прогнало волну тревожного озноба, думал он о другом.

– Лиза, я счастлив, что у нас будет малыш. Просто у меня всё немного по-другому. Да, мне не нужны были ни серьезные отношения, ни семья… Да, я ничего не хотел, меня всё устраивало...Так было до тебя, и я говорил почему. Моя жена была