Жена для огненного дракона - Анна Гале

— Почему же? У нас бывают гости, — шёпотом напомнила я.

Главное сейчас — не слишком рьяно возражать. Пусть Лингон сделает крупную ошибку, а потом его можно будет торжественно выставить за ворота.

— Гости, которые прилетают сами, без приглашения, — он кивнул. — Гарион обязан был устроить в твою честь большой прием, пригласить сюда всех. А вместо этого он занят ненужными делами. Каяра, ему удивительно повезло, что он на тебе женился. Хоть Гарион мне и брат, но я все же скажу: такой жены он не заслуживает.

— Мы прошли свадебный обряд, — напомнила я. — Что толку теперь об этом говорить?

— Каяра, дорогая, всё ещё можно изменить, — страстно зашептал Лингон. — Скажи, ты бы хотела жить в замке, где тебе ничего не пришлось бы делать? Хотела бы увидеть все поселения с высоты драконьего полета? Веселиться на праздниках? Слушать песни музыкантов, посвященные тебе?

— С Гарионом не получится постоянно веселиться на праздниках, — расплывчато ответила я.

Не умеет Лингон уговаривать: ни одного заманчивого предложения я не услышала. Высоту не люблю, летать на самолёте боялась, а уж на драконе — тем более не рискнула бы. Ничего не делать и все время веселиться я бы просто не смогла. Да и песни, посвященные мне, совершенно не привлекали. Впрочем, пусть Лингон продолжает. Мне очень интересно, до чего он в итоге дойдет.

— С Гарионом не получится, — согласился гость. — Но ведь Гарион тебя не любит. Неужели хочешь провести в этой тоске всю жизнь? В отдельной спальне, в замке, где нет никого, кроме Гариона и слуг?

Я промолчала. Не объяснять же Лингону, что ничего тоскливого для меня в замке нет.

— Каяра, — после короткой паузы продолжил он, — всё ещё можно изменить. Я больше всего на свете хотел бы увезти тебя отсюда. Унести на своей спине. Со мной все будет по-другому, наша жизнь станет праздником.

— Да-а? — протянула я. — Но как?.. О, Лингон, это так неожиданно! Разве ты меня любишь? И что сказал бы Гарион? Что скажут твои родители?

— Родители будут счастливы! — уверенно заявил Лингон. — А Гарион… Он же все равно тебя не любит!

Я отметила, что в большой и светлой любви мне признаваться не собираются. Впрочем, Лингон уже наговорил достаточно, чтобы вылететь из замка с позором.

— И ты готов унести меня отсюда прямо сейчас? — уточнила я.

— Да! О, Каяра! Ты сделаешь меня счастливейшим из драконов…

— Но у меня нет приданого, — прошептала я. — И вообще ничего нет, кроме платьев. Гарион — единственный, кто захотел на мне жениться.

— Это неважно, — страстно выдохнул Лингон. — Но если хочешь, ты можешь сделать своим приданым часть родового огня. Ты имеешь на него такое же право, как Гарион. Огонь разгорелся только благодаря тебе, будет справедливо, если ты возьмёшь его с собой и передашь нашим будущим детям!

Он попытался заключить меня в объятия. Лежавший за моей спиной Гарион приподнялся и лёгким движением руки спихнул родственника с кровати. Шум падения в ночной тишине показался оглушительным.

— Что там такое? — почти тут же засуетились в коридоре Валия и Фарива. — Госпожа Каяра, у вас что-то случилось?

Я тихо хмыкнула. Значит, Гарион попросил их переночевать на всякий случай в гостевых комнатах. Из своих спален на первом этаже служанки так быстро не прискакали бы.

Из каменной стены просочился родовой огонь, освещая комнату. Я сидела на кровати, одетая в строгое коричневое платье — раздеваться на ночь я предусмотрительно не стала. Лингон с круглыми, как у птицы, глазами переводил взгляд с меня на Гариона, а потом на вожделенный огонь. Гарион навис над ним, выдыхая из ноздрей пламя.

— Вон из моего замка! — во всеуслышание грохотал он. — Вон из моих поселений! Я запрещаю тебе появляться на моей земле! Вломиться в спальню моей супруги, предложить ей побег, украсть мой родовой огонь! За каждое из этих преступлений нужно навсегда отлучить тебя от моего дома!

Из коридора доносились возбужденные новостями голоса Фаривы и Валии. Родовой огонь ярко вспыхнул, языки пламени стремительно понеслись к гостю. Лингон, как ужаленный в пятую точку, подпрыгнул и пятясь задом выполз из комнаты. Служанки громко выражали удивление и возмущение.

— По-моему, вы все переигрываете, — заметила я.

Родовой огонь ровно горел на каменной стене напротив кровати.

— Сейчас же вышвырну отсюда Лингона! — яростно рыкнул Гарион.

— Зачем? — я хмыкнула. — Он и сам сбежит.

Даже Лингон при всей своей самоуверенности и глупости должен сообразить, что его здесь больше не потерпят и надо поскорее отправляться домой.

— После того, что он тут нёс, — не сбежит! — выпалил Гарион.

Он вылетел за дверь. Послышался топот, грохот, визг служанок — скорее восторженный, чем испуганный.

Когда я вышла, Гарион с руганью волок дорогого гостя по коридору в сторону лестницы. Фарива и Валия радостно перешептывались, с упоением наблюдая за скандалом. Лингон блеял что-то невнятное о том, что он ошибся и вообще его не так поняли.

— Госпожа Каяра, он предлагал вам побег? — с горящим взглядом спросила Валия.

— Да. Какой негодяй! — с умеренным возмущением ответила я. — И часть родового огня тоже хотел увезти!

Не представляю, как они обе дождутся утреннего похода на рынок. Служанок уже распирает от желания с кем-нибудь поделиться новостями. Уверена, что ещё до вечера приукрашенная история о ночном скандале разлетится далеко за пределы пяти поселений. И это как раз тот случай, когда меня полностью устроят сплетни о событиях в замке.

Гарион за шиворот потащил гостя не вниз по лестнице, а вверх, на взлётную площадку. Пожалуй, в одном Лингон прав: иногда мне не помешает посмотреть какое-нибудь представление. Например, я с удовольствием полюбуюсь, как мой муж вышвырнет гостя из замка.

Я успела как раз к финалу: Гарион выпихивал братца со взлетной площадки, а тот пытался сопротивляться.

— Дай хоть нормально раздеться и обратиться! — вопил Лингон.

— В воздухе обратишься! — рявкнул Гарион.

Короткий сильный толчок — и гость полетел вниз. На секунду мне стало не по себе, но я тут же сообразила, что дракон вряд ли может разбиться при падении с высоты. Действительно, раздался треск разрываемой ткани, а затем снизу взмыл в небо здоровенный бордовый крылатый змей. Громко фыркая, он стремительно удалялся.

Значит, во дворе остались его разорванные шмотки. Ничего, мусор с утра уберут, а Лингон сейчас помчится прямиком домой: куда ещё он мог бы заявиться голым?

— Как думаешь, твои родственники явятся ругаться? — я с