Запретные игры с Боссом - Стеффи Ли

В особенности я.

Или все же…я начинаю понимать.

Я взглянула на своего начальника, только он не выглядел сильно расстроенным. Он как-то слишком пристально смотрел на девушку, сидящую на его коленях. И почему-то от этой картины в моей груди становилось некомфортно.Очень некомфортно.

— Но вы же из-за этого не уедете прямо сейчас, правда? Пожалуйста-пожалуйста, оставайтесь. — эта Мари нагло положила свою голову ему на плечо.Как будто, так и надо.— А оставайтесь на ночь!

Что, простите?

Мои брови прыгнули вверх вместе со скакнувшим на меня удивлением.

— Мы бы с радостью остались вместе с Радой, — ответил Антон, — Но Раду ждут дома, поэтому нам вскоре придется уехать.

Мари повернула немного ко мне голову и превратившись из нежной феи в следователя, начала инспектировать.

Допрос начался неожиданно.

— Вы замужем? — быстро спросила она.

— Нет. — также быстро ответила я.

С чего вдруг такого рода интерес?

— Хорошо. — кивнула с некоторым удовлетворением. Кажется, она явно что-то задумала. — А внебрачные дети есть?

— Нет.

Странные вопросы.

— Хорошо. Лучше в браке. — а потом сразу же переключилась в игривый режим и набросилась на Антона. — А ты показывал твоейне девушке, — она специально медленно выговорила это сочетание, — Наш дом? Не устраивал ей еще вип-экскурсию?

А что, так можно было?

И только тогда до меня, наконец, полностью, доходит, кто она, эта рыжеволосая лиса. Это Марьяна, сестра Олега. Скульпторша и по слухам филантроп.

Мне почему-то было сложно прийти к этому несложному выводу из-за ее расположения на коленях моего начальника.Как-то это не вязалось с образом… филантропа.

— Мы были в главном зале для гостей. Там, кстати, почти все собрались. Но ни ты, ни твой брат даже не удосужились присоединиться к гостям.

— Неправда. Это ты поздно приехал. Я уже вежливо потусила немного с ними. Но они довольно быстро мне наскучили. — призналась Лиса. — Гена пытался читать стихи Байрона, но это было чудовищно. Я не выдержала. А Олег переспал по пьяни с Лидой и теперь не решается попасться ей на глаза. Потому что все мы знаем, что у нее-то на него давно есть виды, а у него их как не было, так и нет. И ночь страсти, где она наверняка продемонстрировала ему все умения, тоже не помогла. Но Олежка же всегда страдает, когда надо отшивать карабкающихся на него женщин. Вот и прячется.

А вот это было неожиданно.

— Мари! — снова рявкнул ее брат, и наконец тепло слегка выветрилось из его бархатного голоса.

— Что? — она вздернула свой курносый носик, — Я всего лишь сказала правду.

— Что-то еще, о чем я не в курсе? — с широкой улыбкой спросил Антон.

Так и знала, что он тот еще сплетник! Еще в нашей галерее это поняла.Частенько шушукается с Фридой Николаевной.

— О! Вот это! — воскликнула Мари, хихикнув. А затем, склонившись к его уху, начала что-то оживленно ему шептать.

О чем они шепчутся? Мне, конечно же, не интересно. Нисколько!

— Вы, должно быть, немного смущены нашим чудаковатым обществом? — доверительно повернулся ко мне потомок Лейского.

Но я не успела ответить.

— Она сама та еще чудачка, — внезапно вклинился Антон. Он что, подслушивает? Я же не лезу и не уточняю, о чем они там шушукаются, на его коленях. — Входит в мой кабинет с ноги. Правда, радость моя?

Радость?

Давай, до свидания.

У тебя вон твоя радость на коленях сидит.

*

Кэтрин Джонс, спасибо большое за награду!

Глава 25

Мари как-то спонтанно покинула кабинет, чтобы вскоре вернуться с усами точь-в-точь, как у меня. Не знаю, как у нее так вышло. Но она словно использовала невидимую копирку.

— Это плагиат, — тут же вынес вердикт ее старший брат.

— Подтверждаю. — кивнул Антон.

— Это всего лишь желание стать подружкой Рады, — мягко ответила нимфа.

А потом неведомым образом с легкостью согнала от меня Олега, и сама села на его место. Причем, рокировка была сделана крайне изящно.Профессионально.Без щипков и подзатыльников, которыми в тринадцать лет мы активно не брезговали с Тарасом.

— Я хочу, чтобы ты знала, — тихо проговорила она мне с улыбкой святой, которая могла в любой момент переметнуться на темную сторону, — Я тебя совсем к нему не ревную.

Что, простите?

Так как я совершенно не ожидала услышать такого рода признания, то подавилась напитком и начала кашлять.

Вот это заявление!

Мужчины тут же прекратили свою начавшуюся беседу и синхронно повернули головы в нашу сторону. Полностью приковав к нам внимание.

— Мари! — прозвучал строгий голос хозяин особняка.

— Я не сказала ничего плохого, — уязвленно проговорила девушка, легонько постукивая меня по спине.

— Это правда. — прохрипела я, насколько могла. — Я сама виновата. Просто ушло не в то горло. Пожалуйста, не обращайте на нас внимания.

Олег кивнул. А Антон продолжал смотреть напряженно. Отчего мне пришлось снова повторить, что я в полном порядке.

Дальше Мари молчала дольше пяти минут. Любопытство победило, и я решила сама уточнить:

— Ты только это хотела сказать?

Она элегантно покачала головой.Интрига присела рядом со мной.

— А что еще?

— Я предпочитаю дождаться, когда ты перестанешь пить. Иначе, если ты снова поперхнешься, то я уже никак не смогу снять с себя подозрения в преднамеренном акте нападения.

— Мне нравится твое чувство юмора. — честно признала я.

Она хоть и немного странная, но зато точно не скучная.

— Мой второй брат говорит, что меня сможет выносить только глухой партнер с железными нервами.

— Не слушай его.

— О, не волнуйся, у меня всегда под рукой наушники или беруши. А раз ты сейчас не пьешь, то знай, что тебе тоже не стоит ревновать меня к Антону. — она наклонилась чуть ближе ко мне и перешла на доверительный шепот, которым обмениваются подружки, когда точно не хотят, чтобы мальчики в комнате их услышали.

Не знаю, что это была за настойка-компотик, но она придала мне удивительное чувство легкости. Расслабила. И от слов Мари я начала хихикать.

— Я не ревную. — заверила я с улыбкой, — Мы же уже вам объяснили, что мы здесь вдвоем исключительно по работе.

— Это пока что. — уверенно заявила нимфа, будто осознавала ситуацию гораздо лучше