Папа для непосед - Ника Лето

Не говорю «припугнуть», но думаю, суть ясна. Уж для Рони точно. Я даже слышу, как на том конце провода он хмыкает.

– Без проблем. Когда?

– Сегодня. Чем быстрее, тем лучше.

– Через час он будет в условленном месте. Я позвоню.

Я сбрасываю звонок, сжимаю телефон в руке. Смотрю в стену.

«НекстСофт».

Значит, всё-таки конкуренты.

Я знал, что они играют грязно – переманивают сотрудников, перебивают заказы, распускают слухи. Но чтобы подсылать сотрудницу-шпионку? Которая лезет в мою личную жизнь? Это уже за гранью. Это уже не бизнес. Это война.

Хитрые мрази. Но ничего. Так просто они не отделаются. Анфиса не знает, что я в курсе. Будет играть свою роль, улыбаться, перекладывать бумажки, а я буду смотреть и выжидать подходящий момент, чтобы ударить.

Придётся играть их же гадкими методами.

Ну я и придурок. Провожу рукой по лицу, тру переносицу, пытаясь собраться с мыслями.

Анфиса, чёрт подери. Красивая, улыбчивая, идеальная. И… фальшивая. И я этого не заметил. Не до конца, но позволил ей влиться в жизнь нашего офиса и сливать информацию конкурентам.

Я вспоминаю все её разговоры со мной. «Вы какой-то напряжённый, Артём Викторович», «Может, кофе?», «Вы сегодня особенно хорошо выглядите». Я думал, она просто флиртует – потому что ей нравится флиртовать, потому что она такая, потому что у неё такая манера общения. Она ведь, в конце концов, замужем.

Вот только теперь кажется, что каждый её взгляд, каждое слово были просчитаны. Она не флиртовала. Она охотилась.

Она пыталась подобраться ко мне. Может метила в любовницы, а я и не осознал этого. Потому что весь погряз в Лене, потому что у меня уже есть отношения и никто другой меня не интересует.

И что теперь? Придётся что-то думать. Поставить эту дрянь на место. А заодно обломать «НекстСофт». Показать, что со мной такие игры не проходят.

А пока на повестке дня Николай.

Я смотрю на часы. Через сорок минут встреча. Кулаки чешутся. Очень уж хочется поговорить с ним по душам. Без свидетелей. Без адвокатов. По-мужски.

Пора собираться.

Глава 31. Допрос

Глава 31. Допрос

Зимин

Через час я уже вхожу в унылое здание транспортной компании, где работает Николай. Обшарпанный холл, пластиковые стулья для посетителей, запах дешёвого кофе и офисной пыли. На стене – календарь с грузовиками. Место, где дни тянутся серой лентой, а зарплаты хватает только на то, чтобы не умереть с голоду. И этот человек когда-то был мужем Лены. Страшно представить.

Я беру талончик из автомата – тринадцатый номер. Ирония. Пока жду, разглядываю людей вокруг. Уставшие, одинаковые, с потухшими глазами. Рабочие лошадки, которые вкалывают за копейки. И среди них он.

За моей спиной, как тень, стоит Паша. Рони прислал лучшего – здоровенный парнишка с кулаками размером с голову среднестатистической женщины и лицом, на котором эмоции заменяет лёгкое недоумение. Он молчалив, надёжен и не задаёт лишних вопросов. Идеальный компаньон для таких разговоров.

На табло загорается мой номер. Подхожу к окошку.

– Добрый день! Чем могу быть полезен? – Коля поднимает глаза от бумаг, и его лицо вытягивается.

Доходит, кто я такой. Бледнеет. Рука с ручкой замирает.

Паша маячит на заднем плане – молчаливый, огромный, неотвратимый. Коля переводит взгляд с меня на него, потом обратно. Его кадык дёргается.

– Берёшь десятиминутный перерыв и выходишь на улицу, если не хочешь получить в нос прямо на виду у всех своих коллег, – любезно произношу я. – Вопросы?

– Понял, – выдавливает он и откашливается.

Косится по сторонам. Лицо краснеет. Ослабляет галстук.

Я разворачиваюсь и выхожу на улицу. Паша следом. Ждём.

На улице начинает кружить снег. До Нового года так мало времени осталось. А настроения совершенно нет. И виноваты в этом окружающие идиоты. А как бы хотелось просто готовиться к празднику. С Леной, с детьми.

Но вместо этого я стою здесь, среди грузовых машин и складских контейнеров, и собираюсь трясти бывшего Лены, чтобы узнать, кто пытается разрушить мою жизнь.

Как же меня запарил этот год. Смерть сестры, Аня, бесконечные проблемы на работе… И вот теперь это.

Коля выходит, нервно оглядывается, кивает в сторону навеса за огромными грузовиками. Идём туда. В его глазах – страх, ненависть и обречённость. Он понимает, что от меня не убежать, а Паше перечить бесполезно. Шансов ноль.

– Ты знаешь, зачем я тебя позвал? – спрашиваю я, останавливаясь в тени навеса.

Снежинки падают на плечи, тают на лице. Холодно, мерзко, под стать настроению.

Он молчит. Сглатывает. Косится на Пашу, который замер в трёх шагах от него.

– Подозреваю, – выдавливает наконец.

– Мразь, – констатирую я спокойно. – Ты виделся с моей женщиной. За моей спиной. Это, Николай, хреново. Я не люблю, когда моё трогают.

Достаю телефон, открываю видео, показываю ему. Он напряжённо смотрит на экран, и я вижу, как по его лицу пробегает паника. Зрачки расширяются, дыхание сбивается.

– И знаешь, что самое забавное, – продолжаю я, убирая телефон. – Всё это выглядит как дешёвая подстава. Так что рассказывай. Без вранья. Иначе сегодня же ты будешь отлеживаться в больнице, а Новый год твоя новая семья будет встречать без тебя. Ясно я выражаюсь?

Глаза Коли бегают, как у загнанного зверька. Он смотрит на Пашу, потом на меня. Понимает, что отпираться бесполезно. Я не тот человек, который будет слушать сказки.

– Меня наняли, – говорит он тихо. – Девушка одна. Сказала, что нужно, чтобы Лена… ну, чтобы я с ней встретился. Чтобы выглядело компрометирующе.

– Кто?

– Я не знаю её имени. Блондинка. Красивая. Дорого одета. Сказала, что работает в вашей компании.

Что? Серьёзно? Анфиса, мать твою. И здесь она засветилась.

Ах вот оно что. Вот и связь. Они не знакомы лично – она просто нашла способ выйти на него через кого-то или через соцсети. Решила действовать в обход, надавить на самое слабое место Лены – её прошлое. Заставить меня ревновать, усомниться, выйти из себя. Решили сломать мою личную жизнь, раз не смогли подложить под меня саму Анфису.

Злость снова застилает глаза красной пеленой. В груди всё клокочет, руки чешутся вцепиться в его грязную шею. Но я держусь. С трудом, через «не могу», но держусь. Мне нужна информация. Блондинка – понятие абстрактное. Неоспоримые доказательства нужны для вендетты.

– Что именно она просила? – продолжаю