Бесит в тебе - Ана Сакру
Но я не могу! Не могу пока… Я только потрогаю и все. Это же не очень грех, да? Так, грешок… Грешочек.
Лиза ерзает на моих коленях, прижимаясь крепче, задевает пах и меня зноем обдает, вытравляя последние мысли из головы. Нет уж, я сам от этого не откажусь, я не настолько благородный.
Снег падает сверху хлопьями, потихоньку пропитывая одежду. Наше дыхание смешивается влажным паром, сердце бешено в груди стучит. Сплетаюсь с ее языком смелее, пошло, сжимаю попку, поглаживая. Подтягиваю Лизку еще ближе, прямо на рискующую треснуть ширинку. Лиза смущенно стонет мне в губы, сладко так. Пальцы в моих волосах вздрагивают и крепче сжимают пряди, ноготки царапают чувствительную кожу головы. Мурашками это все рассыпается. Ловлю каждую мелочь, уплываю в марево, мысленно уже имею ее. Вряд ли мне грозит повторить это в реальности, так что в фантазиях ни в чем себе не отказываю, распаляясь еще больше. За прикрытыми веками бордовые вспышки пульсируют. Сжимаю девичью талию через пуховик до боли, мну попку, настойчиво толкаюсь языком в рот…
— Вань… — всхлипывает моя монашечка, резко отстраняясь.
Щеки пунцовые, взгляд влажный, растерянный.
Переборщил.
Шумно вбираю в себя воздух, пытаясь быстро сфокусироваться. Бесполезно, в голове чувственный дурман. Еще бы чуть-чуть…Мне не хватило. Но как?
— Пойдем погреемся где-нибудь, — предлагаю севшим из-за блуждающего в крови возбуждения голосом.
Хорошо, что Шуйская не большой спец в распознавании степеней этого самого возбуждения, иначе бежала бы уже к метро, сверкая пятками.
— Надо домой, — смущенно отводит Лиза взгляд.
Все равно наверно интуитивно улавливает мое состояние. Про то, что перегнул с "поцелуем", не говорит, но и так понятно. Снова испугал…
— Успеешь домой, пошли чай попьем, — ссаживаю ее с коленей, ставя монашечку свою на ноги. Поднимаюсь сам, отряхивая снег и незаметно одергивая ширинку, — Лиз, я больше не буду, — поймав ее взгляд, пытаюсь заверить в этом Шуйскую и самого себя заодно, — Как договаривались, помнишь? Только, если ты сама, — улыбаюсь ей. Стараюсь беспечно, чтобы не поняла, насколько я не хочу расставаться сейчас.
— Звучит сомнительно, я должна верить? — фыркает Лиза.
— Лучше проверь, — подмигиваю.
Смотрим друг другу в глаза, улыбаясь. Лиза закусывает припухшую от поцелуев губу, в глазах чистая, робкая нежность. Бл… Как снова хочется потискать ее прямо сейчас! Сглатываю, пряча руки в карманах, чтобы к ней не протянуть. Жду, что решит, а тело так и звенит нетерпением.
— Ну, пойдем… — наконец соглашается.
Внутри словно шарик схлопывается радостной вспышкой. Ну, пойдем…
Бредем рядом, меся снег. Уже темно совсем, зима, ночь приходит рано. Витрины в огоньках, машины, потихоньку ползущие в пробке, истерично сигналят.
Лиза останавливается было у какой-то булочной, но я тяну ее дальше, в чайхану, молясь, чтобы там были укромные уголки и диваны.
Не чай я хочу…
Мне везёт. В полуподвальном помещении темно — горят только настенные лампы, больше напоминающие ночники, все поделено на зоны, залы-комнаты нанизаны бусинами на узкие проходные коридорчики, ненавязчиво играет восточная музыка, везде подушки, низкие диваны, на стенах пестрые ковры.
Администратор, узнав, что мы вдвоем, будто считывает мой запрос на интим и отводит нас с Лизой в самый дальний, крохотный, практически пустой зал. Предлагает столик, который еще и за ширмой. Раскладывая меню, спрашивает нужен ли кальян.
Я отрицательно мотаю головой и сразу прошу большой чайник с фруктовым чаем. Лиза с интересом озирается — явно никогда в подобных кафе не была. Помогаю ей раздеться и, когда Шуйская выбирает диван и садится на него, пристраиваюсь не напротив, а рядом.
— Ты обещал не приставать, — Лиза выразительно косится на руку, которую я кладу на спинку дивана за ее плечами.
— Просто сел, тебе жалко? Ручки то вот они, — ухмыляясь, кручу кистями.
— Ох, Вань, — улыбнувшись, качает головой.
А потом взгляд Лизы соскальзывает на мои губы. Мы рядышком сидим, жарко так. Мысли путаются. Ласкаем глазами лица друг друга, дыхание учащается, меня возбуждением опять с головой накрывает, хоть по сути вообще ведь не делаем ничего. И только очень хочется верить, что я не один это так остро ощущаю, не схожу с ума. Что мы вдвоем.
Через пару минут приходит официант узнать, что мы выбрали. А мы и не выбирали. И даже не говорили, а вот так сидели… Странно так.
Лиза жутко смущается будто ее поймали за чем-то недостойным. Кидается судорожно листать меню. Я же на память вспоминаю, что обычно можно заказать в таких местах, и прошу принести нам хачапури по-мегрельски и какой-нибудь вкусный десерт для девушки. Лиза в итоге так ничего и не выбирает. Официант, кивнув, снова оставляет нас одних.
Шуйская сидит теперь, облокотившись на стол, чтобы не быть так близко. И хочется погладить ее спину. Прощупать сквозь вязку платья позвонки, провести ладонью по лопаткам. У меня кончики пальцев нетерпеливо зудят от этих картинок в голове. Фантомными ощущениями, как бы это ощущалось, кроет.
— Расскажи про общину свою, — хрипло предлагаю, собирая пальцы в кулаки, чтобы не сорваться.
— Зачем тебе? — спрашивает Лиза, обернувшись.
— Интересно, — пожимаю плечами.
— Что именно? — улыбается.
— Все… Как образовалась, как развлекаетесь… Да что сама хочешь расскажи…
— Ну… — Лиза задумывается на секунду, уже знакомо для меня закусив уголок нижней губки, а потом начинает говорить.
И расслабляется. Снова падает на спинку дивана поближе ко мне, смотрит прямо в глаза. Потом садится полубоком и иногда дотрагивается до моего бедра, когда говорит. Стараюсь смешить монашечку свою, вставляя разные комментарии. Ее вообще легко рассмешить — если Лизка не зажимается и не занята строительством барьеров, она та еще хохотушка.
Нам приносят еду, но не до нее. Чай в пиалах остывает практически нетронутым. Постепенно Лизины колени почти оказываются поверх моих бедер, потому что она немного подгибает под себя ноги, глубже садясь на диване. Лица наши уже очень близко, и голоса тише от вибрирующих интимных интонаций. Я вижу как пьяно блестят ее глаза, и чувствую, какой возбужденный жар от нее идет…
Ну поцелуй уже сама. Я же обещал, что первый не буду…
И в какой-то момент это происходит.
Очень застенчиво и по-детски, но происходит. И меня обваривает всего. Вцепляюсь руками в спинку дивана, чтобы не начать ее тут же лапать. Медленно и ласково углубляю поцелуй. Лиза обвивает руками мою шею. Чувствую, как у нее пульс безумно частит. Пальчики, зарывшиеся в мои волосы на затылке, нежные- нежные. Переплетаемся языками, ловя токи от робких прикосновений. Меня сокращает от желания большего, но спугну ведь
