Папа для непосед - Ника Лето
Я поклялся себе выстроить дистанцию со всеми представительницами женского рода, чтобы моя девушка меня больше не ревновала. Не хочу, чтобы она вновь погружалась в это состояние, чтобы думала о предательстве.
– Да, неплохо, – отвечаю я сухо.
– Вы уже общались с инвесторами? – она подходит ближе, касается моего локтя. – Я слышала, они в восторге от «Факела», хотят сделать заказ на разработку нового программного обеспечения. Это сулит хорошие контакты.
– Да, – киваю я и делаю шаг назад, убирая её руку. – Уже переговорил. Нас ждут хорошие времена.
– Вы какой-то напряжённый, – выдыхает томно Анфиса и наклоняет голову, разглядывая меня. – Может, выпьете ещё?
– Спасибо за заботу, Анфиса, но я как-нибудь разберусь самостоятельно.
Я смотрю в сторону. Лена сидит на том же месте, но теперь она не одна. К ней подсел какой-то мужик, что-то говорит, улыбается. Лена слушает вежливо, но я вижу, что ей некомфортно. А ещё в моей голове вспыхивает что-то опасное, собственническое.
Мне не нравится, что с ней пытаются познакомить, а то, возможно, уже флиртуют. Раньше я никогда не ревновал, но… кажется, я теперь понимаю, что это такое. И внутри меня полыхает злой вулкан.
– Извини, – говорю я Анфисе и быстрым шагом иду к столику.
– Лена, – зову я и кладу руку ей на плечо. – Пойдём, я хочу тебя кое с кем познакомить.
Мужик поднимает на меня взгляд, видит моё лицо, и его улыбка мгновенно гаснет. Он быстро прощается, говоря что-то про срочное дело и ретируется.
– Спасибо, – шепчет Лена, вставая. – Он был навязчивым.
– Видел, – я обнимаю её за талию, притягиваю к себе. – И я хотел ему сходу набить морду, чтобы не смотрел на тебя с таким видом, будто ты его обещанный десерт. Но в последний момент решил, что попадать завтра в прессу с таким интригующим амплуа в мои планы вроде как не входило.
Лена смеётся. Смотрит на меня с лукавыми искорками.
– То есть… ты ревнуешь меня, Артём Викторович?
– Да, – признаюсь я честно. – Потому что ты – моя. И пусть все кругом знают об этом.
Я не выдерживаю и целую её. Прямо на виду у всех этих снобов. Пускай, я веду себя сейчас из ряда вон, но мне плевать. У меня сейчас только одно желание. Оказаться дома.
В тишине. С ней. И… наконец-то стянуть с неё это дурацкое платье.
С трудом отстраняюсь. Лена смотрит на меня в небольшом трансе. Кажется, не ожидала, что я начну проявлять свои чувства на публике. Но я уже изрядно пьян, возбуждён и не могу себя контролировать больше.
– Уезжаем, – говорю я.
– Уверен?
– Да. Всё, – киваю я. – С меня хватит.
Я переговорил со всеми, с кем хотел. И я не могу думать больше о бизнесе. А когда вижу этот румянец на её щеках, меня сносит окончательно.
Беру Лену за руку и веду за собой к выходу.
Глава 28. Джакузи
Глава 28. Джакузи
Сидорова
Домой мы возвращаемся за полночь.
За окном машины мелькают фонари, оранжевые пятна скользят по салону, по лицу Артёма, по нашим сплетённым пальцам. Он всю дорогу держит меня за руку, молчит, смотрит в окно.
Я чувствую, как сильно он устал. Устал морально. Эти люди, эти разговоры, эта вечная игра «кто круче» – всё это несомненно высасывает силы. Не зря он так налегал на алкоголь. Никогда прежде не видела, чтобы он выпивал больше одного бокала.
Но сейчас, когда мы едем домой, его плечи постепенно расслабляются. Напряжение спадает. Его пальцы поглаживают мою ладонь, и от этого мне самой становится спокойнее. Всё-таки такие вечеринки не по мне.
Я чувствовала себя неловко. А ещё со мной пытались несколько раз познакомиться. И… я видела, как Анфиса лезла к Зимину. Но он отодвинулся от неё. Я даже не успела толком заревновать. Значит… и правда я тогда себя слишком накрутила?
Хочется выкинуть всё из головы. И лучше всего в этом мне поможет Артём. Когда доберёмся до дома… Он ведь обозначил прекрасно свои намерения. Шептал мне всякое на ухо, вгоняя в краску.
К тому же детей нет дома сегодня. Тамара Петровна позвонила час назад, сказала, что Аня и Влад уже спят, что всё в порядке, что мы можем не волноваться и отдыхать. Она говорит со мной почти ласково. Это, конечно, непривычно, но чертовски приятно.
На днях она заезжала в гости к Артёму с Анютой, а их не было дома. Она решила подождать, а потом я зашла в гостиную и увидела её с трясущимися руками и потемневшими глазами. Оказывается, у неё иногда случаются приступы мигрени. Я дала ей таблетку, уложила, вызвала врача.
– Хорошая ты девушка, Лена, – сказала она тогда, когда приступ прошёл. – Извини, что сначала… ну, ты понимаешь.
– Всё в порядке, – ответила я. – Я понимаю.
С тех пор она стала мягче. Перестала сверлить меня взглядом, перестала задавать неудобные вопросы. А сегодня добровольно согласилась остаться с детьми на ночь.
– Они обожают мою маму, – сказал Артём, когда мы садились в машину. – А мама… мама теперь обожает тебя.
– Не обожает, – поправила я. – Просто перестала ненавидеть.
– Это начало, – усмехнулся он.
Да, начало чего-то. Хотелось бы знать, чего. Мы ведь уже не пробуем, мы реально встречаемся. Артём даже поцеловал меня на виду у всех этих папарацци и своих бизнес-партнёров. Это уже… серьёзно.
Дом встречает нас тишиной. Тёплой, уютной, без детского топота и мультиков на фоне. Я скидываю туфли в прихожей, Артём снимает пиджак, вешает на спинку стула.
– Устала? – спрашивает он, подходя ко мне.
– Немного, – признаюсь я. – Ноги гудят.
– У меня есть лекарство, – его голос становится ниже. В глазах пляшут огоньки желания. – Джакузи. Вино. И я.
– Зимин, ты пьян, – говорю я, но губы сами собой растягиваются в улыбке.
Джакузи. Я помню его шуточки на собеседовании. Будто сто лет уже прошло с тех пор. И тем не менее… я
