Диагноз: так себе папа - Вероника Лесневская
А вот это хреново. Очень. Я и без нее нелегалом просачивался, как через канадскую границу, а что будет, если правила ужесточат?
Надо срочно решать вопрос с Любочкой. Сегодня же!
Прокрутившись на каблуках, брюнетка расправляет плечи и грациозно шагает к зданию. Провожаю взглядом покачивающиеся в такт ходьбе округлые бедра, прохожусь вверх по ровной спине с идеальной осанкой, задерживаюсь на копне каштановых волос, собранных на затылке. Словно почувствовав мое внимание, она передергивает плечами и накидывает на голову цветастую шаль в народном стиле.
- Ладная, - иронически выдыхаю.
Эх, есть старушки в русских селеньях! И одна из них прямо сейчас идет сжигать избу с нечистыми на руку воспитателями. В чем-то она права.
- Мать вашу, опека! - напоминаю себе и прыгаю за руль.
Глава 3
Тесная приемная встречает меня химическим запахом чипсов, смачным хрустом, как будто здесь мышь завелась, и лязгающими звуками электронной игры. Вместо приветливой улыбки какой-нибудь грузной дамы бальзаковского возраста - грязные подошвы кроссовок, водруженных на стол между ноутбуком и документами.
В кресле чуть ли не полулежа устроился мальчишка, уткнувшись в телефон. Кабинет начальницы закрыт, так что общаться мне приходится с ее сопливым «секретарем».
- День добрый, где Маргарита Андреевна? - произношу четко и строго.
Мой командный голос гремит на все помещение, однако пацан и не собирается слушаться. Качается в кресле, увлеченно добивает кого-то в игре, шипя и ругаясь себе под нос. Благо, не матом.
- Я за неё, - нагло отзывается, не поднимая головы. - Ауч!
Кресло не выдерживает насилия над собой, кренится и заваливается назад. Кроссовки взметаются в воздухе, выделывая фигуры высшего пилотажа. Телефон, запутавшись в мертвой петле, совершает экстренную посадку где-то вне зоны видимости. «Летчик» с грохотом и кряхтением приземляется на пол.
- Жив?
Я огибаю стол, нахожу застрявшего в кресле, пыхтящего мальчишку и протягиваю ему руку. Он хмуро косится на мою ладонь, выпускает иголки, хотя я всего лишь хочу помочь этому неуклюжему горе-бунтарю подняться. Присев на корточки рядом с ним, качаю головой с укором и сочувствием.
- Тебя что, из семьи изъяли?
- Пфф, если бы, - закатывает глаза пацан. - А ты что, из неблагополучных? - бросает тоном Мегеры. И внешне на нее похож. Точно так же сканирует меня прищуренным взглядом, подмечая каждую деталь. - Говорю сразу, дядя, ничего тебе здесь не светит. Если жестко накосячил, мать тебя через все круги ада протащит. Беги, глупец! - пафосно восклицает.
Я бы с удовольствием, но назад пути нет. Уйду я только с Любочкой, точнее, с разрешением на ее удочерение. В противном случае плохо будет всем. Я им устрою веселую жизнь, начиная от ленивых девчонок на входе, которые отправили меня сюда и приказали ждать с моря погоды, и заканчивая «главной ведьмой», которой нет на месте в рабочее время. Один брошенный без присмотра ребенок уже на строгий выговор тянет.
Мальчишка-секретарь все никак не может подняться, шевелит конечностями, как таракан лапками, но гордо отвергает мою помощь. Психанув, я хватаю его за плечи, дергаю вверх и ставлю на ноги.
- Нет у меня косяков, - бросаю уверенно. - Наоборот, с добрым делом пришел - опеку оформить.
- Ну, хэ-зэ, добрые самаритяне у нас редко тусят.
Осмотрев мальчишку в поисках увечий, я по-о-отечески поправляю на нем одежду. На рубашке со школьной эмблемой не хватает пуговиц, рукав оторван по шву, на темных брюках пыльные следы от чужой обуви.
- Подрался?
- Ага, за девчонку, - важно расправляет плечи, но тут же опускает их и тяжело вздыхает: - Теперь мать в школу вызывают. Снова. А с тобой что случилось, дядь? - участливо интересуется. - Под ассенизатор попал?
Я скидываю с себя пострадавший от шоколадного дождя пиджак, оставляю его на стуле для посетителей. Запускаю пятерню в волосы, небрежным движением пригладив их.
- Часто здесь бываешь?
- Регулярно.
- Отец где?
Ощетинивается. Точно волчонок.
- Предки в разводе.
Некоторое время мы изучаем друг друга, как два инопланетянина из разных галактик. Оба потрепанные, испачканные и хмурые, будто вместе в драке участвовали. Стенка на стенку.
- Влас, - протягиваю ему ладонь.
- Тебя зовут, как моего прадеда. Имя вышло из моды сто лет назад, - язвит он, лениво пожимает мне пальцы. - Я Фил.
- Зато твое современное, - подмигиваю ему. - Как у Киркорова.
- Буэ-э-э-э, - изображает рвотные позывы, а следом смеется беззаботно.
Невольно улыбаюсь в ответ. Скалимся как два идиота перед казнью. Скоро он ремня получит за свои подвиги, а заодно и мне прилетит. Разозленная баба - худший собеседник.
- Когда мать вернется?
- Хэ-зэ, она с чужими детьми больше времени проводит, чем со мной, - обиженно фырчит. - Колу будешь?
Фил протягивает мне начатую бутылку, гостеприимно приглашает к столу, где разбросаны чипсы и конфеты. Скептически покосившись на его обед, я отрицательно качаю головой.
- Желудок посадишь.
- Ты говоришь, как моя мамка, - разочарованно выдыхает. - Все равно больше ничего нет, жди голодный.
Расходимся по разным углам. Брейк перед финальным боем, причем у каждого из нас он свой, но соперник - общий.
Мать-начальница. Кхалиси отдыхает со своими драконами.
Фил молча играет, пока батарея телефона не начинает подавать сигналы о разрядке. Я сижу у дверей на неудобном стуле, запрокинув голову и упершись затылком в стену. Кто-то заглядывает, здоровается с пацаном, как будто они давние знакомые, равнодушно косится на меня - и выходит.
Время идет. Стрелка часов отсчитывает секунды, которые тянутся мучительно долго. Наконец, из коридора доносится стук каблуков.
Тик-так. Цок-цок. Тик…
Дверь распахивается настежь. Если бы я сел чуть ближе, то сейчас получил бы косяком по носу. Тишину и хрупкую идиллию разрушает строгий женский голос.
- Фил, объяснишь, почему меня вызывают в школу? Опять!
Начальница отдела опеки, которая вершит судьбы других семей, не может справиться с собственным сыном. Как жизненно.
Нервно отстукивая набойками ритм, она пролетает мимо меня, даже не заметив. Становится ко мне спиной, упирая руки в бока. Разъяренная фурия со смутно знакомым задом.
- Мам, обернись, - отвлекает ее Фил, мастерски переключая внимание на меня. -
