Дед в режиме стража - Евгений Валерьевич Решетов
— Жанна, Жанночка, ты только не волнуйся, — протараторил парень и, громыхая цепью, встал на колени, нависнув над вздрогнувшей девчонкой. — Нас кто-то похитил, но уверяю тебя, мы выберемся. Слово дворянина!
Воронова распахнула рот, будто сперва не поверила ему, а потом резко приняла сидячее положение и ахнула:
— Боже мой, мы в Лабиринте! Павел, кто похитил нас⁈ Кто принёс сюда и зачем⁈ И… и меня опоили. Я не чувствую свой магический дар!
— Не знаю, — соврал пухляш, отведя взгляд. — И дар я тоже не чувствую.
— И что нам делать⁈ — выпалила Жанна, шмыгнув носом.
В уголках глаз заблестели слёзы, а скрытая белым бюстгальтером небольшая грудь начала бурно вздыматься. Серьга в проколотом пупке жалобно задрожала.
— Надо попробовать освободиться! У нас наверняка ещё полно времени! — подбадривая девушку, прохрипел Павел, встал на ноги и изо всех сил потянул цепь, пытаясь вырвать её из валуна.
Мышцы на его руках вздулись, зубы стиснулись от усилий. И даже слегка напряглась обвислая грудь.
— Нет, не получится, — простонала девушка, закусив нижнюю губу. — Павел, мы умрём… умрём! Нас сожрут скорпионы или Лабиринт сведёт с ума. Я стану безумной, как… как… О Господи, это мне наказание!
Её глаза расширились, а взгляд стал отсутствующим.
— Нет, Жанна, мы выберемся! — упал возле неё на колени Павел, схватил за плечи и заглянул в лицо. — Дедушка, он придёт за нами! Он всегда меня спасает! Верь мне! Он придёт!
— Нет, не придёт… — убито проговорила девушка, опустив плечи. — Он не сможет помешать богу, решившему наказать меня…
Пухляш шумно сглотнул и открыл рот, но потом захлопнул его, увидев, как на склоне появились огромные клешни. Каждая в длину была как нога взрослого мужчины.
Глава 12
Пронзительный девичий крик разорвал тишину, нарушаемую лишь похрустыванием мелких камешков под подошвами моих ботинок.
— Жанна! — выдохнул я и с сильно колотящимся сердцем помчался по тропинке, взбирающейся на гору.
Пот жёг глаза, а тело напряглось, готовое в любой миг рухнуть пластом, избегая атаки де Тура. Это ведь чуть ли не классика: выстрелить в героя, сломя голову бегущего на помощь попавшей в беду девушке!
— Помогите! — разлетелся по округе полный страха вопль, переходящий в ультразвук. — Кто-нибудь! Папа! Папочка!
Хрипя от натуги, я взбежал на земляной вал, окружающий подобие кратера. И увидел трёхметрового жёлтого скорпиона. Тот с неотвратимостью смерти спускался с противоположного гребня, сухо щёлкая чудовищными клешнями. Из-под его ног сыпалась земля, а на кончике загнутого хвоста масляно поблёскивал яд. Хелицеры жадно шевелились, готовясь разорвать добычу. Глаза же, чужеродные и лишённые эмоций, нацелились на Жанну и Павла, прикованных к одному из валунов.
— Помогите! — снова закричала девушка.
Её лицо корёжила гримаса ужаса, а глаза едва не вылезали из орбит, пока девчонка судорожно дёргала до предела натянувшуюся цепь. Так дворовый цепной пёс где-то в Сибири пытается убежать от голодных волков, вышедших из тайги. Натягивает цепь, лает и воет, а его погибель уже скалит жёлтые клыки и роняет клочья пены.
— Прочь! Прочь! — яростно выпалил Павел, схватил с земли камень и неуклюже кинул его в приближающегося монстра.
Ржавые кандалы помешали парню попасть в тварь. Камень упал возле скорпиона и скатился по склону обратно под ноги внука. А тот, подвывая от страха, встал между чудовищем и девушкой, защищая её своим дрябловатым телом.
— Господи, господи! — взмолилась Жанна, захлёбываясь слезами.
— Зверевы! — вдруг завопил Павлушка, объятый яростью смертника.
Он с кулаками бросился на скорпиона, вопя что-то нечленораздельное, но натянувшаяся цепь остановила его порыв.
Следом сухой стрекот автомата перекрыл крики парня, мимо которого со свистом понеслись пули. Они с хрустом проломили хитин на передней части головогруди твари, пустив потоки голубой крови, жирно заблестевшей в свете газа, клубящегося под потолком пещеры.
Скорпион сразу же попятился, бешено щёлкая клешнями и ударяя перед собой хвостом. Один удар пришёлся в землю буквально в паре шагов от остановившегося Павла. Его хриплое, взбудораженное дыхание донеслось даже до меня, стоящего на одном колене с автоматом в руках.
Приклад «калаша» снова принялся толкать меня в плечо, пока из ствола вырывались пули. Ноздри защекотал едкий запах пороховых газов, а глаза прищурились. Три пули с хрустом вошли в правую хелицеру, оторвав её от головогруди. Она упала и принялась конвульсивно сжиматься, пятная землю вонючей жижей.
Снова попал! Вот это удача. Не иначе у бога выдалась свободная секунда, и он помог почти святому дедушке.
Скорпион, получив очередную рану, окончательно впал в бешенство и, двигаясь задом, сумел взгромоздиться на самый гребень, явно рассчитывая удрать и зализать раны. Но его судорожные телодвижения заставили вал задрожать. Во все стороны побежали глубокие трещины, и часть вала с шумом обвалилась. Скорпион вряд ли рассчитывал на такой быстрый побег. Он взмахнул на прощание клешнями и вместе с камнями и комьями земли покатился по склону горы вниз к её подножию.
В воздух взметнулась коричневая пыль, а трещины продолжали расползаться, грозя обрушить ещё большую территорию. Несколько пробежали мимо Павла и дотянулись аж до валунов. Те немного накренились. Тень одного упала на истошно завизжавшую Жанну и внука. Тот ни жив ни мёртв замер всего лишь в паре метров от неровного края обвала, спровоцированного скорпионом.
Казалось, Павел даже дышать боялся, чтобы не породить дальнейшее обрушение. Землю под его босыми ногами густо испещрили трещины, но она вроде бы не собиралась рушиться. Всё успокоилось.
Павел постоял пару мгновений, а затем медленно обернулся, увидел меня и взахлёб пролопотал, блестя потной физиономией, покрытой разводами грязи и пылью:
— Дедушка, как же ты вовремя! Я ещё никогда не был так рад тебя видеть!
В его мерцающих глазах заблестела радость, а изо рта вылетел нервный смех. Невероятное облегчение превратило ноги парня в вату. Он встал на колени, продолжая смеяться, как висельник, которого помиловали в последний миг.
Его истеричный смех заразил Жанну. Та заулыбалась, поднявшись с земли. Ссадины покрывали её колени, а жаркий взгляд буравил меня через упавшие на заплаканное лицо перепутанные грязные волосы.
— Благодарю вас, господин Зверев! — прочувственно выпалила она, протянув ко мне тонкие руки с кандалами. — Павел клялся, что вы придёте, а я не верила…
— А я вер-рил, — внезапно раздался насмешливый голос из-за нагромождения высушенных ветром деревьев, сложенных в большую кучу. Она расположилась с внутренней стороны кратера между валом и пышущей жаром расщелиной, протянувшейся от края до края.
Жанна
