В Китеже. Возвращение Кузара. Часть I - Марта Зиланова
Мысли прервали шаги за дверью, голоса. Кузар нахмурился — какова вероятность, что кто-то явится сюда? С таким-то слоем пыли. Но нет. Проскрежетал замок. Незадача! Переместиться к Бездне?
— Ну, смотри Ксюнь, мы тут сто лет не были, я тебя предупредила! — послышался женский голос. Кузар накинул на себя полог невидимости и замер у окна. — Фу, пылища!
— Да ничего, отмою. Ого, какие потолки высокие! С лепниной!
— Старый фонд! — гордо произнесла первая. Шаги в прихожей, на кухню. Щелкнуло заклинание активации осветительных кристаллов. — Но я понятия не имею, что тут из техники вообще работает. Накопительные кристаллы точно заменить придется. Ну и устарело всё. Сама понимаешь, обновлять тут смысла не было.
— Жалко, наверное? Столько лет простаивает.
И снова шаги, вспышка света и звук льющейся воды из ванны. Надо уходить. Его не должны заметить.
— Да ваще! Мы ее столько продать пытались. В аренду сдать. За бесценок. Но как видят фамилию прошлых владельцев, так на попятную. Будто проклял этот урод тут все, пф! А потом на меня косятся. И поди докажи, что он мне не кровный родственник, дядькиной жены брат.
— А сами почему так и не жили здесь?
— Ну, — протянула первая, — Оставили мне как приданое, но у мужа и своя квартира хорошая.
— На окраине же. В панельке.
И снова шаги. За миг до того, как женщины показались в проеме, артефакт в кармане потеплел, зажужжал. Тусклые ошметки света будто выпали из-под хламиды на люстре, Кузар неосознанно вжался в занавески, хотя полог невидимости хорошо его защищал. Он сжимал в руке артефакт «Каплю» и с замершим сердцем смотрел на женщин в дверном проеме. На кого из них среагировал? Высокая в красном пальто или осунувшаяся в серой куртке? Конечно, осунувшаяся — у нее глаза потухшие, блеклые. Он скривился: это она годами не пользовалась даром Повелительницы. Зачем Ей вообще нужны такие ведичи? Даже Кузару они больше не нужны.
— Ну, четыре комнаты нам ни к чему пока, — осматривая помещение, протянула женщина в красном. — Вот дети пойдут, подумаем.
Кузар сжал артефакт, большим пальцем откинул металлическую защелку. Невидимый импульс сорвался с кристалла и осветил обеих женщин. Да, блеклая своим резервом почти не пользовалась много лет — магия в ней застоялась, заболотилась. Но и вторая — не лучше. Резерв больше, магичка. Но почти не применяет.
О, Повелительница, почему такие никчемные ведичи получают твою искру? Почему ты не даешь столько сил достойным?
Она прошептала в ответ.
Чтобы достойные могли взять — перевел Кузар и хмыкнул. Но ему-то больше не нужно, он достиг совершенства. А их столько еще ходит по Китежу, оскверняет город его Повелительницы.
— Там по коридору три спальни, еще одна ванная, — женщина в красном, прошла мимо наклоняя голову к полу, точно курица. Она взмахнула ксифосом, коридор осветили тусклые кристаллы, и пошла дальше. — Можешь в них всю лишнюю мебель собрать и не открывать больше. Зачем тебе одной столько комнат? Только убираться замучаешься.
— Спасибо, дорогая, — потупив взгляд, пробормотала вторая, блеклая овца. — Даже и не знаю, чтобы я без тебя делала.
— Ну что ты, нечего этого козла терпеть больше. Никто не должен тебя бить. Ты же такая сильная волшебница! Живи сколько хочешь.
Кузар скривился: изменилось в Китеже далеко не все. Но вот его мать не сбежала. И жила достойно.
Женщины скрылись в коридоре. Голоса исчезли за толстыми стенами. Кузар еще какое-то время смотрел в опустевший проход. Артефакт успокоился, потух. Кузар достал его из кармана, положил на ладонь. Камень, металл и магия. Холодный, тяжелый. Снова посмотрел на проход.
Повелительница, ты же не просто так привела своего верного Кузара в эту квартиру сейчас? Ты хочешь, чтобы Кузар освободил твои искры от недостойных, да?
Бездна пропела. Она всегда пела в голове Кузара.
Но, Госпожа, у Кузара ведь даже нет больше никого достойного, чтобы передать их силы!
Шепот. Себе? Но зачем, Госпожа? Кузар вышел за пределы, ему больше не нужны такие крохи!
Шепот. Бывает ли сил слишком много?
Конечно, нет.
— В общем, живи, дорогая, — издали послышался голос курицы. Артефакт снова потеплел, тихо задрожал. — Ты нам только поможешь, если за квартирой присмотришь, проветришь ее хотя бы. Вещи тебе от этого козла помочь забрать?
— Спасибо, я забегу туда, пока он на работе будет, — проблеяла вторая в ответ. Они приближались к выходу из квартиры. — Все будет хорошо!
— Ключи у выхода. Звони, если что.
Артефакт почти затих. Кузар сделал шаг. Еще один.
Увидел, как курица распахнула дверь, занесла ногу. Кузар легко махнул рукой, дверь с грохотом захлопнулась. Женщины вздрогнули и обернулись. Кузар скинул полог невидимости. Курица выпучила глаза, попятилась, вжалась в дверь. Узнала? Конечно. Овца как стояла на месте, так и стояла. Только лицо ее перекосилось. Артефакт дребезжал, обжигал ладонь.
— Я освобожу вас, — обратился он к силам, дремавшим в телах женщин.
— Не надо, — проблеяла овца. — Пожалуйста, не надо!
Кузар пальцем указал траекторию, овца взмыла в воздух и с размаха ударилась о стену. Осела. Курица успела активировать ксифос, дрожащей рукой навела на него тонкую рапиру. Но Кузар махнул рукой и выбил клинок и подошел к ней. Выпустил из ладони «Каплю», но она не упала, а взмыла в воздух. Кристалл внутри нее пульсировал алым, отбивая рваный ритм сердца. Сейчас так оно колотится в курице.
Она метнулась. Но без всякой магии Кузар легко перехватил ее руку, и припечатал к двери. Она билась, трепыхалась, что-то кудахтала. Кузар не обращал на это никакого внимания. Он сомкнул руки на ее шее и прикрыл глаза. Почувствовал, как тепло льется в кончики пальцев. Видел, как сила из резерва курицы вытекала в артефакт и через него втекала в безразмерный резерв Кузара. Он может освободить всех скверных ведичей Китежа, недостойных дара Повелительницы.
Кузар отпустил руки. Тело рухнуло на пол. Он повернулся ко второй.
* * *
Полчаса спустя он вышел из ванной, тщательно отряхнул руки и обсушил их теплой волной ветра. Перешагнул через тело и прошел в прихожую, к зеркалу. Краем глаза заметил, что в отражение попала рука объекта. Кузар косо улыбнулся и перевел взгляд на себя.
Да. Китеж его забыл. Но должны были остаться ведичи, способные его опознать. Должны. Вот курица, объект номер «двадцать три — восемь», вспомнила его. Наверняка. Как там сказала? Кто-то со стороны мужа Анны. Неважно.
Но сто́ит быть аккуратнее. Нельзя появляться на улицах в обычном облике. Кузар провел пальцем по отражающейся в зеркале седой щетине, она потемнела. Не подойдет. Ранняя седина превращала его еще довольно молодое волевое лицо в более интеллигентное, безопасное. Провел по отражению щетины снова — вернул привычный оттенок. Нет, привлечет внимание. Серый, нейтрально-серый.
Еще нос. Крючковатый, выдающийся. Сделал обычным, незаметным. Кожу бледнее, смугловатый оттенок в Китеже не так распространен. То же с кустистыми бровями — меньше, незаметнее. Лоб пониже, морщины убрать. Чуть суженные серые глаза вытянул, вытащил вперед — они придадут ему наивно-безопасный вид. Только зачесанные назад седые волосы не тронул — цвет изменил, но не форму. Не знал, какие прически сейчас носят в Китеже. Но если что не так, на улице несовременную прическу исправит шляпа.
И вот, из волевого и грозного, а в очках интеллигентного, Кузар превратился в серого и незаметного. То, что нужно.
Взгляд снова упал на руку объекта «двадцать три — восемь». Повернулся к «двадцать четыре — девять» и тяжело вздохнул.
О, Повелительница, что же теперь с ними сделать? Сжечь? Или проверить своих знакомых, оставить им знак. Дать намек: что вернулся он, владыка Китежа. И посмотреть, как они отреагируют. Поймут послание?
Но даже если полиция всё еще ждала его, он с ними всеми справится. Ведь он — избранный и вернулся освободить Китеж.
Кузар развернулся. Вознес руки над телами. Они медленно растворились в воздухе — так вот как выглядит телепортация со стороны. Красиво.
Скоро их кто-нибудь выловит из вод Люнды. Они не вспомнят о Кузаре сразу, нет. В восемьдесят втором он оставлял объекты на улицах города. Сейчас будут в реке. Полиция наверняка снова будет искать ответственных среди нелюдей: если кто тронул ведича, так только из них.
Но если кто-то
