С тобой - Тори Майрон
Он не просто облизывает меня взглядом и даже не пожирает, а будто рвёт на части, истязает, словно зверь желанный кусок мяса. Я чувствую его грубые прикосновения без касаний. Чувствую его жёсткие поцелуи без тактильного контакта. Чувствую, как воздух густеет и раскаляется, пока мы пронзаем друг друга взглядами, трахаемся глазами.
Это сумасшедшее притяжение необъяснимо, за гранью понимания, на уровне инстинктов. Оно всегда между нами было. С самого первого дня знакомства. Сейчас ничего не изменилось. И Пола это бесит. Основательно так. До зубного скрежета. Я это слышу, вижу, чувствую и впитываю в себя каждым атомом тела. Его злость ощутима в той же мере, в какой ощутима похоть. Она хлещет по мне, словно раскалённая плётка. По лицу, шее, груди с затвердевшими пиками, животу и гладкому лобку. По каждому миллиметру кожи, по которому Дэвенпорт мажет пронзительным взором.
Но мне мало его взгляда. Хочу всё его внимание. Поэтому делаю шаг, встаю между его ногами и прикладываю стопу с ухоженными красными ногтями к крепкой груди, усыпанной тёмными волосками. Память тут же подкидывает кадр из прошлого, как я прижималась к Полу и рисовала пальцами узоры на его грудной клетке. Тогда я была счастлива, удовлетворена, любима, в безопасности. Это было так давно, словно в прошлой жизни или в сказочном сне.
Я отгоняю прочь приятное воспоминание, овеянное безграничной досадой, и возвращаюсь в реальность. Пол пристально смотрит в мои глаза, продолжая выслушивать своего болтливого собеседника. Правда, не думаю, что Дэвенпорт до сих пор улавливает суть его монолога. Особенно, когда я начинаю плавно скользить стопой вниз, по напряжённому прессу прямиком к поросли волос, уходящей под полотенце. А там, под ним уже член вовсю стоит. Большой, длинный и твёрдый как железо. Нежно провожу по нему сквозь махровую ткань и слышу, как Пол выдыхает – коротко, но шумно, крепче сжимая рукой бокал с виски и пронзая меня исступлённым взглядом.
Отлично. Так-то лучше. Но ещё недостаточно. Мне нужно больше.
Цепляю пальцами ноги край полотенца и вынуждаю его раскрыться, полностью оголив бёдра Пола. Наконец-то. Теперь я могу любоваться им в полной мере. А смотреть там есть на что, уж поверьте. Во рту скапливается слюна, а к рукам стекает желание поскорее обхватить ствол и подрочить Полу.
Я раньше обожала всячески ласкать его член: гладить, сжимать, целовать, лизать, проталкивать до самого горла или просто тереться об него губами и щекой. А сейчас, после долгих лет разлуки, жажда сделать всё вышеперечисленное граничит с крайней необходимостью. И Пол с лёгкостью считывает это по моему лицу. Ментальная связь в постели у нас тоже всегда была на высоте.
– Отсоси, – одними губами шепчет он, продолжая удерживать чёртов айфон возле уха, и я качаю головой.
Да, я хочу сделать ему приятно ртом, но не буду. Не сейчас. Мне хватило и прошлого раза, когда он жёстко и несдержанно толкался в меня. Вместо выполнения приказа я снова прислоняю стопу к твёрдому, горячему органу и начинаю водить ею по всей немаленькой длине. От основания до головки, обратно и снова вверх, касаюсь большим пальцем нежной кожи на конце, стирая вязкую каплю возбуждения. Пол ещё сильнее сжимает челюсть, если это вообще возможно, и просверливает меня неодобрительным, но в то же время жарким взглядом.
А я кайфую от того, какой эффект на него производят мои невинные, нежные манипуляции, и ухмыляюсь одними глазами. Не только Пол действует на меня как самый мощный афродизиак, но и я воздействую на него возбуждающим образом.
Ещё несколько ласковых движений стопой – и Пол издаёт сердитое рычание, пробивающее моё тело чувственной вибрацией. А затем он наконец произносит то, что я желала услышать:
– Нил, я перезвоню тебе завтра. Больше не могу разговаривать, – чеканит он и, не дождавшись ответа, сбрасывает вызов. Откладывает телефон на рядом стоящий стеклянный столик и переводит острый взгляд на меня.
– Ты долго собираешься быть непослушной? – цедит он, срывая с моих губ довольную усмешку.
– Всегда, – снова задеваю головку пальцем, и Пол резко выдыхает, его чётко прорисованный пресс ещё больше напрягается. Кайф.
– В таком случае мы с тобой не сработаемся.
– Неправда. Ещё как сработаемся, – уверено протестую я, и Пол вопросительно изгибает бровь. – Пусть ты и говоришь, что ждёшь от меня послушания, но я-то знаю, что тебя заводит обратное.
– Ты так в этом уверена?
– Полностью. Иначе бы ты не предложил мне стать твоей любовницей. Ты же заведомо знал, что я не смогу беспрекословно выполнять твои приказы. Но тебе оно и не надо. Ты любишь, когда тебя не слушаются, чтобы был повод жёстко наказать. Не отрицай, – с полуулыбкой выдаю я и прекращаю дразнить Дэвенпорта своей ножкой. Но лишь для того, чтобы уместить колени на кресло по обе стороны от его бёдер и оседлать Пола.
Руки опускаю на широкие напряжённые плечи, бёдра – на пах, а влажную промежность прижимаю к члену, и это… Умереть можно от наслаждения. Мы оба замираем. Выдох – и словно одновременно прекращаем дышать. По телу проносится дрожь, жар в низу живота обостряется, а кожа испещряется мурашками. И не только моя. Загорелая кожа Пола так же реагирует на мою близость и прикосновения.
Он ничего не отвечает на мои слова. Да и, честно говоря, я уже не особо помню, о чём мы там разговаривали. Все мысли смешиваются в кучу, сердце срывается с цепи и стучит в груди, как загнанный в клетку зверёк, пока мы находимся столь близко. Телом к телу. Глаза в глаза. Носом к носу. Дыхания переплетаем. Впитываем ощущения от касаний. Пытаемся привыкнуть к давно забытым реакциям друг на друга и к тем внешним изменениям в пространстве, что осязаются физически. Между нами будто потрескивают разряды, незримыми зигзагами рассекая воздух. Становится тяжелее дышать, мыслить, соображать. Особенно, когда Пол прикладывает свою крупную ладонь к моей ягодице, сжимает её до боли, вытягивая из меня блаженный стон. А затем сразу добивает контрастом, нежно скользя по пояснице вверх. Задевает пальцами каждый позвонок, добирается до шеи и зарывается в волосы, крепко сжимая их у корней.
На сей раз я не сдерживаюсь и прикрываю глаза от блаженства. Глубоко вдыхаю знакомый запах кожи и моментально слабею. Как физически, так и морально. Тело наполняется вялостью, а разум – очередными воспоминаниями. Аромат Пола… Он… Даже не знаю, как объяснить. Он сводит меня с ума и одновременно будто препарирует заживо.
Когда-то его запах был для меня домом, любовью, заботой,
