Диагноз: так себе папа - Вероника Лесневская
- Самоуверенность - враг контроля, - упрямо протестую.
- Адресуйте это себе, - возвращает мне пас, словно мы в словесный волейбол играем. - Подумайте сами, кого вы накажете, если осколки останутся под кожей, раны загноятся, а ваши прекрасные ножки превратятся в две бочки? Кому сделаете хуже? Точно не мне. Перестаньте вредить самой себе.
Не знаю, как Воронцов это делает, но ему удается переубедить и подчинить меня. Не замечаю, как сама подаю ему аптечку, позволяю трогать, что и как вздумается, полностью доверяю не только свое здоровье, но и... себя.
- А-а-а-ах, - вскрикиваю от неожиданности, когда он вытаскивает пинцетом внушительного размера осколок.
- Ну вот, а ты боялась, - ласково приободряет меня Влас, как будто ребенка успокаивает. - Не такой уж и большой. Потерпи ещё.
- Хорош-шо, - протяжно выдыхаю. Значит, не придется ехать в приемный покой и зашивать рану. Уже легче.
Воронцов обрабатывает рану антисептиком, и из моего горла вырывается очередной сдавленный стон.
- М-м-м, - зажмуриваюсь. Жжется.
- Рита? - звучит в трубке удивленный голос бывшего мужа. Понимаю, что гудки давно прекратились. - А ты чем там занимаешься?
Глава 7
Влас
Никогда не замечал за собой извращенных наклонностей, но сейчас ловлю себя на мысли, что нагло любуюсь женскими ножками, как эстет произведением искусства. Пользуясь моментом, беззастенчиво рассматриваю маленькие стопы, перемазанные кровью, аккуратные пальчики, тонкие лодыжки, острые коленки, округлые бедра, которые Маргарита как бы невзначай прикрывает полами халата. Ни варикоза, ни целлюлита, ни шрамов, если не считать раны на пятке от осколка, которая скоро затянется. На Мегере должно все заживать быстро, как на собаке.
Судя по ее внешности, она пьет кровь девственниц и закусывает сердцами Белоснежек.
Было бы гораздо проще, если бы начальницей отдела опеки оказалась старушка в очках и с пучком на голове. Уверен, мы бы с ней легко договорились. Я подарил бы ей тонометр и пояс из собачьей шерсти, она назвала бы меня сынком - и дело в шляпе.
Закон есть закон, но его всегда можно обойти. Было бы желание. А желание надо простимулировать.
Как назло, вместо сговорчивой бабки мне попалась длинноногая и острая на язык Мегера, которая от феррари нос воротит. И, что самое возмутительное, от меня тоже!
Можно подумать, ей каждый день миллионеры предложение делают. Что-то не вижу очереди во главе с Рокфеллером под окном этого старого дома. Так какого фига она артачится?
- Рита? - раздается неожиданно, будто в комнате появился кто-то третий. Мужик, мы тебя не звали! Но голос из потустороннего мира не затыкается. - А ты чем там занимаешься?
На автопилоте накладываю ей на пятку импровизированную повязку с антисептиком, криво-косо бинтую. Марго издает финальный стон, словно и правда с ней делают что-то непристойное, и закусывает губу, покосившись на телефон.
Она вспыхивает, я усмехаюсь.
Забавная ситуация, однако мужик напрягает. Это и есть ее «биотуалет» из прошлого?
- Не понял. Значит, сына сбагрила, а сама развлекаешься? Ты очумела?
Маргарита молча глотает оскорбления и заметно теряется. Убирает ногу с моего бедра, будто я ей действительно сексуальные услуги оказывал, а не первую помощь. На щеках проступает стыдливый румянец, пальцы подрагивают, подцепляя телефон, дыхание сбивается.
Я не вмешиваюсь. Равнодушно встаю и отхожу к окну, убрав руки в карманы. Списываю ее со счетов. Сейчас будет сопли жевать и оправдываться перед бывшим. Даже обидно немного - я был о Мегере лучшего мнения. Но она типичная самка, на этот раз, в прямом смысле. С другой стороны, это мне на руку. Такую легче продавить, чтобы забрать Любочку.
- Давид, тебя уже как год не должно это касаться, - неожиданно чеканит она стальным тоном, от которого по спине холодок прокатывается. - Моя личная жизнь давно не твоя проблема. Все на что ты сейчас имеешь право, это быть воскресным папой для МОЕГО сына. Но и его легко потерять, если не выполнять наши договоренности и подвергать ребенка опасности.
Удивленно оглядываюсь.
Красотка! Руки трясутся, но лицо держит.
- Вот ты охреневшая, Рита, - вслед за хриплым кашлем доносится из динамика.
Не могу не согласиться. Но все равно красотка.
- Где вы, черт возьми? Ты время видел?
- Задерживаемся, - лениво огрызается. - У моих друзей. Будем завтра.
- Нет, Давид, мы договаривались, что ты вернешь Фила сегодня. Поднимай свой зад из-за игорного стола и вези сына домой!
- За руль я уже не сяду. Если хочешь, сама за ним приезжай.
Связь обрывается.
Марго сжимает в руке телефон, замахивается в гневе.
- Разобьешь - больше не дозвонишься, - спокойно бросаю.
На удивление, слушается. Обычно бабы в истерике теряют контроль, но эта… железная. Со стальными яичниками. Рвано кивнув, опускает ладонь с телефоном на колени.
- Я его придушу, - выдыхает. Столпа пламени не хватает, но я дорисовываю его в богатом воображении.
Верю. Эта может. Голыми руками с идеальным маникюром.
- Сначала надо выяснить, где они, - резонно отмечаю. Она кивает, проявляя шокирующую сговорчивость. - Сыну звони.
- Я пыталась, Фил не отвечает.
- Терпение и труд, Марго… Б/ушный же ответил в итоге.
Поразмыслив, она снова подчиняется, и я начинаю чувствовать себя укротителем змей.
- Алло, мам, - звучит после гудков.
- Ну, наконец-то, Фил! Ты как?
Маргарита улыбается с нескрываемым облегчением, до белых костяшек врезаясь пальцами трубку, будто отпустить боится. Может, как баба она та ещё стерва, но мать из нее хорошая. Любящая, заботливая, в меру строгая. Не чета моей бывшей, которой плевать на все, кроме денег и собственного комфорта.
- Да норм все! - фырчит пацан. - Поужинал пиццей, втыкаю в телефон.
- Отец играет?
Пауза. Проходит секунда. Две. Много…
Тяжелый вздох.
- Если я отвечу, ты меня больше к нему не отпустишь…
- Ясно, - цедит Марго, сцепив зубы.
Интересно. С этого места поподробней. Что за фрукт ее экс-муж? Точнее, овощ…
- Да не парься, ма, завтра буду дома.
- Нет, сегодня! Ты и минуты там больше
