Лондон и Реформация. Жизнь английской столицы в эпоху Тюдоров (1485–1603) - Анна Юрьевна Серёгина

попытками вести добродетельную жизнь невозможно, то тогда увещевания избегать греха и соблюдать требования закона лишались всякого смысла. Из опасения, что упрощенные и неверно истолкованные проповеди могут быть восприняты как призыв к развалу всего социального порядка, учение о предопределении зачастую изымалось из набора тем, предназначенных для прихожан. Исключения здесь составляли университетские центры и большие города — прежде всего, Лондон с его понимающей и довольно придирчивой к качеству проповеди аудиторией.

Лондон протестантский

Десятилетия правления королевы Елизаветы создали то, чего не смогли сделать ее отец и брат: Англия стала королевством протестантов, хотя и не совсем таких, каких себе представляли ее предшественники. За почти 45-летнее царствование Елизаветы в Англии выросли два поколения, для которых принятая в 1559 г. литургия была единственным обычаем, который они знали и любили. А к концу столетия умерли их дедушки, помнившие католическую Англию.

Жизнь в приходах изменилась по сравнению с началом XVI в., но многое осталось если не совсем прежним, то похожим. Церковные интерьеры после всех перемен середины XVI в. изменились особенно сильно. Исчезли привычные распятия, кресты, изображения святых, видоизменилась литургическая утварь и упростились одежды священников. Фрески на стенах церквей заштукатуривались, и на месте изображений появлялись цитаты из Библии, чаще всего — текст Десяти Заповедей. В отдаленных сельских церквях лики святых — например, на перегородке, отделявшей неф от хора, — сохранялись десятилетиями, а некоторые дожили до наших дней, так же как и средневековые крестильные купели с резными изображениями Христа и святых. В Лондоне таких следов католического прошлого не осталось уже к началу XVII в.

Елизаветинские церковные установления 1559 г. предписывали англичанам обязательно посещать церковные службы — вечерню в субботу, а также утреннюю службу и литургию в воскресенье. Пасторы столичных приходов часто устраивали молебны еще по средам и пятницам, но они собирали самых преданных прихожан. В своей «Хронике» английский историк XVI в. Рафаэль Холиншед описывал порядок воскресных богослужений, обязательных для всех англичан. После утрени прихожане слушали чтение псалмов, а затем приходской священник зачитывал общее исповедание грехов — т. е. перечисление тех грехов, которые могли совершить прихожане. Те в это время, стоя на коленях, каялись (молча — произносимого вслух признания в совершении тех или иных грехов не требовалось). Затем священник давал общее отпущение грехов, и вся община оглашала слова молитв — «Символ веры» и «Отче наш».

Затем совершалось причастие, но только в том случае, если кто-либо из прихожан собирался причащаться. В отличие от католиков, протестантские пасторы не причащались одни, без других причастников — прихожан. Закон 1559 г. требовал от англичан причащаться трижды в год — на Пасху и еще дважды (обычно — на Рождество и на Троицу), однако начиная с 1571 г. проверялось только соблюдение традиционного правила пасхального причащения.

Кульминационная часть литургии — причащение — значительно изменилась. Прежде всего, теперь все прихожане, а не только священники, причащались хлебом и вином. Кроме того, причащение в английских церквях выглядело иначе: упростились облачения священников и литургическая утварь. Таинство совершалось не на каменном алтаре, располагавшемся на возвышении в восточной части храма, а на деревянном столе, который размещали посреди нефа. Прихожане вставали вокруг него, когда священник произносил слова молитвы. Такой ритуал подчеркивал: священник всего лишь представитель общины, а не посредник между нею и Богом. Англичане преклоняли колени, принимая причастия — по крайней мере, так предписывал закон.

Для некоторых убежденных протестантов, принимавших кальвинисткое толкование таинства причастия как воспоминания об искупительной жертве Христа, преклонение колен в этот момент служило нежелательным напоминанием о почитании причастия как реальных Тела и Крови Христовых в католической традиции — так же, как и торжественные облачения пастора. Поэтому в приходах, где жили многочисленные и, главное, богатые и влиятельные кальвинисты — пуритане, часто разгорались конфликты между ними и церковными властями. Пуритане пытались избежать ненавистных им «церемоний», например отказывались преклонять колени, принимая причастие, или же требовали от пастора вести службу в обычной одежде, без стихаря. Не все прихожане одобряли такие отклонения от правил — и не все пасторы, поэтому о подобных конфликтах докладывали епархиальным властям. Лондонские пуритане были богатыми и влиятельными, поэтому немало столичных приходов оказалось к концу XVI в. вовлечено в конфликт такого рода со своим епископом, настаивавшим на соблюдении всех предписаний Книги Общих молитв.

В целом, большинство англичан причащалось раз в год, на Пасху, особенно благочестивые — на Рождество и Троицу, и уж совсем немногие — раз в месяц, несмотря на то что приходское духовенство поощряло частое причащение. Как и раньше, причащение воспринималось как «право» прихожанина и требовало от него или нее находиться в состоянии мира со всеми соседями. Известная всему приходу ссора, не закончившаяся примирением до Пасхи, по-прежнему могла стать причиной отказа в причащении или же оправданием для тех, кто это причастие принимать не желал (например, католиков).

В отличие от прошлых лет, однако, причащение теперь контролировалось церковными властями. Пасторы и церковные старосты теперь обязаны были учитывать причащающихся и информировать епархиальных инспекторов о «злостных уклонистах». За непричащение на Пасху накладывали штраф и могли вызвать в суд. Каждый приход вел учет причастников по-разному. Например, в многолюдном приходе при церкви Спасителя в Саутуорке на южном берегу Темзы всем причастившимся выдавали значки, которые потом собирали на выходе из храма. Количество значков, выданных прихожанам, указывалось в особом списке. В нем учитывались отдельные домовладения — адрес, имя хозяина дома — и количество выданных значков. Такой способ был избран в силу многочисленности жителей единственного южного прихода Лондона — их было просто слишком много, чтобы перечислить всех причастившихся поименно. Домовладельцы несли ответственность — прежде всего финансовую — за выполнение домочадцами (членами семьи и слугами) предписаний закона. В целом, к началу XVII в. в приходе Спасителя ежегодно причащалось 80–90 % прихожан — примерно так, как это было и столетием раньше.

Причащение прихожан случалось по большим праздникам. В обычное воскресенье ключевым событием богослужения являлась проповедь — или гомилия, если пастор был не в состоянии проповедовать. Лондонцы, впрочем, обычно слушали именно проповедь. В отличие от предков, которые во время мессы стояли или даже перемещались по храму, они слушали проповедь сидя: к началу XVII в. скамьи стали обычным делом в столичных церквях. Предполагалось, что сидящая аудитория станет более внимательно слушать проповедь. Порой так и происходило: самые прилежные — и грамотные — прихожане даже делали записи. Кто-то, однако, мог и задремать, сидя на скамье, особенно если проповедь затягивалась. Поэтому хорошим тоном считалось не слишком увлекаться красноречием: хорошая приходская проповедь должна была