Сотворение Бога. Краткая история монотеизма - Юлия Леонидовна Латынина

На некоторые из этих вопросов читатель, наверное, уже и сам может дать ответ.

В своем современном виде история десяти казней египетских – это компиляция из двух текстов, один из которых, как несложно догадаться, принадлежит Элохисту, а вот второй – Жрецу.

Во всех эпизодах Элохиста главным действующим лицом и волшебником, непосредственно производящим чудеса, является Моисей. Все они начинаются со слов: «И сказал Яхве Моисею: встань и явись пред лицо фараона». Никаких египетских волшебников в них нет, и Моисей в них творит чудеса без каких-либо конкурентов.

Жрец везде, кроме одного эпизода (с нарывами) последовательно заменяет Моисея Аароном. Все чудеса, которые, согласно Элохисту, совершил Моисей, Жрец приписывает Аарону.

Он переписывает историю этих чудес полностью. Кроме того, в рассказе Жреца – и только в рассказе Жреца – у Аарона есть соперники, египетские волхвы. Когда две версии накладываются друг на друга, случаются нестыковки, вроде истории, когда фараон униженно просит Моисея ликвидировать жаб, несмотря на то что у него самого есть специалисты по жабам.

Если восстановить наши два рассказа, то они будут выглядеть примерно так.

Как мы видим, оба рассказа полностью автономны и последовательны внутри себя – чего нельзя сказать об их компиляции.

У Элохиста посохом управляет Моисей. Жрец переписывает текст Элохиста и отдает посох Аарону. У Элохиста все чудеса творит Моисей. Жрец самым наглым образом плагиатит все, кроме одного, чудеса, совершенные Моисеем, и заявляет, что их совершил Аарон. То единственное чудо, которое Жрец чутко оставил Моисею, чтобы публика уже совсем не возмутилась (пыль, которая превращается в язвы на людях и скоте), происходит без применения посоха. Моисей просто подбрасывает пыль вверх.

В Элохисте антагонистом Моисея является фараон, который постепенно поддается под давлением Моисея. Сначала он предлагает Моисею принести жертвы Яхве прямо в Египте, потом он согласен отпустить только взрослых, потом он согласен отпустить и детей.

У Жреца антагонистами являются египетские волшебники. Сначала они вполне уверенно выдерживают соревнование с Аароном, потом начинают отставать, и в конце проигрывают в пух и прах.

Каждый эпизод Элохиста начинается одинаковой фразой: «И сказал Яхве Моисею: иди к фараону». Почти каждый эпизод Жреца начинается другой фразой: «И сказал Яхве Моисею: скажи Аарону».

Все эпизоды полностью согласованы друг с другом. Только когда Редактор объединил две разных версии в одну, возникает несуразица, вроде фараона, который имеет волхвов, способных вызвать на землю Египетскую лягушек, но при этом обращается за помощью против лягушек не к отечественным специалистам, а к Моисею.

В описании Жреца обращает на себя внимание одна удивительная вещь, – а именно, изумительное могущество египетских жрецов, которые, конечно, проигрывают Аарону по очкам, но все-таки в общем зачете выглядят не так плохо.

Кто помогает египетским жрецам?

Можно, конечно, предположить, что им помогает какой-то другой бог, противник Яхве. Именно такой ответ на этот вопрос и дает кумранская Книга Юбилеев. Согласно Книге Юбилеев, египетским колдунам помогает Мастема, глава падших ангелов и космический противник Бога. Именно Мастема ожесточил сердца египтян и велел им преследовать евреев. «Мастема восстал против тебя, и содействовал египетским волхвам, и помогал им» (Юб. 48:12).

Но в Торе ничего подобного нет. Ровно наоборот, Редактор Торы категорически отрицает возможность какого-то другого бога, поддерживающего фараона, и раз за разом утверждает, что причиной жестокосердия фараона был сам Яхве. «Но Яхве ожесточил сердце фараона, и он не послушал их, как и говорил Яхве Моисею» (Исх. 9:12).

Редактор Торы выставляет Яхве каким-то странным параноиком, который находит садистское удовольствие в уничтожении ни в чем не повинных египтян. Он морит их засмердевшей водой и лягушками, гнусом и мухами, нарывами и градом, поражающим в поле без разбора детей, стариков и женщин; он обрекает их на голодную смерть саранчой и, не довольствуясь этим, убивает всех первенцев в Египте, от первенца фараона, сидящего на престоле, до первенца рабыни, спящей в лохмотьях за ее ручной мельницей, и всех первенцев животных, – и одновременно этот-то самый Яхве, одной рукой истребляющий ни в чем не повинных женщин, детей и стариков, которые даже не являются избирателями и не могут прокатить фараона на следующих выборах, – другой рукой ожесточает сердце фараона, чтобы заняться все новым и новым испытанием биологического оружия на подопытных египтянах!

Редактор Торы готов на все, лишь бы не допустить существования второго бога, который помогает египетским жрецам.

Однако главный наш вопрос пока остается без ответа.

Почему Моисей своим посохом творит именно эти чудеса, а не какие-нибудь другие?

Пророк Илия умел воскрешать мертвых и низводил пламя с небес на жрецов Баала. Пророк Самуил и Хоний Рисовальщик Кругов умели вызывать дождь. Пророк Елисей исцелял от проказы и умел накормить сто человек двадцатью хлебами. Иисус Христос превращал вино в воду и умел семью хлебами накормить пять тысяч человек. Все это были хорошо документируемые и впечатляющие чудеса.

Почему Моисей в магическом поединке с фараоном не воскрешает мертвых, не командует огню с неба пожрать египетских жрецов? Почему он не совершает таких же наглядных, как Илия или Иисус, чудес?

Почему посох его превращается в нахаш? Как связаны мертвая, застойная вода, гниющая рыба, лягушки, мошки, мухи и эпидемия?

Моисей, повелитель змей

Посох Моисея, как мы помним, умел превращаться в змею.

Связь между Моисеем, спасителем народа еврейского, и змеей может показаться странной.

Разумеется, в Ханаане и на Древнем Востоке змеи были древним религиозным символом. Они считались бессмертными, из-за своей привычки сбрасывать кожу во время линьки. До нас дошли многочисленные статуи богов и богинь со змеями в руках, и бронзовые змеи были найдены в Шехеме, Мегиддо и других священных для хананеян местах. Почти все находки были сопряжены со святилищами.

В Хацоре в слоях позднего бронзового века Игаль Ядин нашел бронзовый военный стандарт, покрытый серебром. Рельеф на нем изображал богиню-змею. Изображение змеи украшает демонтированный при царе Езекии алтарь в Беэр-Шеве. Небольшая медная змея была найдена возле остатков скинии, воздвигнутой кочевниками-мадианитянинянами после ухода египтян на фундаменте разрушенного ими храма Хатор на медных приисках в Тимне. Возможно, что это была именно скиния Яхве.

Однако с точки зрения позднейшего монотеизма все эти статуи были сущее язычество, и в дошедшем до нас тексте Торы змей, – нахаш – играет исключительно отрицательную роль. Именно нахаш является тем нехорошим животным, которое соблазняет Адама и Еву сорвать плод с древа