Лондон и Реформация. Жизнь английской столицы в эпоху Тюдоров (1485–1603) - Анна Юрьевна Серёгина
Путешествие легата заняло почти два месяца. Кампеджио прибыл в Лондон 9 октября 1528 г. Кардинала разместили в лондонском дворце епископов Батских, неподалеку от Темпла. Оттуда легко было добраться по реке до королевского дворца Брайдуэлл. Следующие восемь месяцев прошли в бесконечных заседаниях юристов обеих сторон и переговорах с Римом. Кампеджио предложил Екатерине выход, который, казалось бы, устроил всех: а именно уход королевы в монастырь. Сама Екатерина в последние годы вела полумонашескую жизнь. Теперь она могла бы отречься от мира. Ее уход в монастырь позволил бы Генриху VIII с разрешения папы вступить в повторный брак, не пятная чести Екатерины и не ставя вопрос о законнорожденности принцессы Марии. Однако Екатерина категорически отказалась удалиться в монастырь. В ее отказе звучит нежелание гордой испанки, дочери и внучки королей, уступать свое место «шлюхе» мужа. Но решение королевы было продиктовано не только упрямством и гордыней. Она была убеждена, что второй брак Генриха VIII лишит ее дочь Марию шанса унаследовать престол. Отказываясь уступить, Екатерина, как она сама считала, боролась за права дочери.
Обе стороны представляли свидетелей и документы, подтверждавшие или опровергавшие те или иные технические детали диспенсации. В ходе этих закулисных переговоров адвокаты Екатерины представили убедительное обоснование законности ее брака с Генрихом VIII. Однако сама Екатерина опасалась, что в Англии ей не добиться справедливого суда. Единственным выходом оставалась прямая апелляция королевы в Рим. Тогда папе пришлось бы отозвать легата и рассматривать дело в курии самому. Королева долго колебалась, не желая вступать в прямой конфликт с мужем.
Наконец 30 мая 1529 г. кардиналы Уолси и Кампеджио собрались в Большом зале монастыря Блэкфрайарз. Легаты объявили от имени папы о начале суда и назначили первое заседание на 18 июня. После этого королева решилась. 16 июня она подписала апелляцию, и документ отправился в Рим.
Тем временем столицу ожидало невиданное зрелище: слушания по делу о расторжении королевского брака. Место действия было избрано неслучайно: Блэкфрайарз был огромным монастырским комплексом, простиравшимся от Ладгейт-хилл к Темзе. С запада его ограничивала река Флит. Монастырские здания включали в себя два корпуса келий, странноприимный дом, палату парламента, где с 1523 г. собирался парламент и Тайный Совет. Крытая галерея, перекинутая через реку Флит, соединяла монастырь с королевским дворцом Брайдуэлл, находившимся на другом берегу. Дворец начали строить в 1515 г., после того как королевские покои в Вестминстере пострадали от пожара 1512 г. Комплекс Брайдуэлл-Блэкфрайарз был призван заменить Вестминстер в качестве центра королевской власти в стране. Однако события 1529 г. положили конец этим планам.
Палату парламента подготовили к заседаниям суда. В южной части зала на возвышении поставили стол и два кресла, покрытые золотой парчой. Они предназначались для судей. В обоих концах зала — восточном и западном — поставили два трона под балдахином. Тот, что повыше, предназначался для Генриха VIII, тот, что поменьше, — для Екатерины. Рядом с ними, за невысокими барьерами, располагались места адвокатов обеих сторон. Посередине стояли скамьи для епископов, а также столы и скамьи для судебных клерков. Зрители — среди них было множество лондонцев, мужчин и женщин, — столпились в противоположном судейскому столу, северном, конце зала, а также в вестибюле, на лестнице и вокруг палаты.
Заседание, состоявшееся 18 июня 1529 г., было достаточно формальным. Генрих VIII вообще не появился, прислав своих представителей. Однако королева там присутствовала, подав письменный протест: в нем говорилось, что легаты не имеют права решить дело, поскольку Екатерина уже подала апелляцию в Рим. Ответ на протест королевы должен быть дан на следующем заседании, в понедельник, 21 июня 1529 г.
Заседание суда началось около 10 утра. Зал Парламента, лестницы и двор вокруг здания были забиты толпами лондонцев. Первой в суд явилась королева Екатерина, затем кардиналы-легаты и, наконец, Генрих VIII. Судьи вызвали короля первым, и он, поднявшись со своего трона, произнес краткую речь, в которой просил судей быстро разрешить дело и либо признать законным, либо аннулировать его брак, всегда вызывавший у него сомнения. После этого легат Кампеджио формально отклонил протест королевы.
Когда до Екатерины дошла очередь отвечать суду, она представила убедительную речь, еще раз заявив, что легаты не имеют права принимать решение по ее делу. Обратившись к мужу, королева упрекнула его в том, что он, якобы сомневавшийся в законности их брака с самого начала, молчал на протяжении долгих лет. Король, уязвленный ее словами, вскочив с места, тут же ответил, что единственной причиной его долгого молчания была любовь к Екатерине. Не удержавшись, он тут же обвинил ее в нелояльности из-за апелляции королевы в Рим. По словам Генриха VIII, королева могла добиться справедливого суда и в Англии; в Риме же все подчинено влиянию ее племянника-императора.
В этот момент Екатерина встала со своего места, пересекла зал и преклонила колени перед троном, на котором сидел Генрих VIII. Стоя на коленях, королева произнесла самую важную публичную речь в своей жизни. Она умоляла мужа во имя любви, о которой он говорил всего несколько минут тому назад, принять тот факт, что она борется за честь семьи — его собственную, ее самой и их дочери, а также всей испанской нации и своих родственников. А поскольку у многих могут возникнуть сомнения в беспристрастности суда, имевшего место в Англии, она и обратилась за решением к папе.
Генрих VIII никогда не мог выйти победителем из споров с Екатериной. И в самом важном из них он проиграл: пытаясь поднять плачущую жену с колен и, видимо, ощущая свою вину, король разрешил ей апеллировать в Рим. После этого дело о королевском разводе в Англии было уже проиграно. Генрих VIII не понял этого сразу, однако Екатерина прекрасно знала, что делала. Поднявшись, она присела в глубоком реверансе перед мужем, а затем покинула зал суда, проигнорировав возгласы судей, и больше никогда не появлялась на его заседаниях. Первый этап бракоразводного процесса был Екатериной выигран.
В глазах лондонцев она, несомненно, была победительницей. Королевская чета всегда пользовалась популярностью в столице, но с началом бракоразводного процесса Генриху VIII пришлось заметить, что подданные приняли отнюдь не его сторону. Жители столицы любили Екатерину Арагонскую за ее щедрость к нуждающимся и милосердие. Теперь же они предоставили
