Социализм и капитализм в России - Рой Александрович Медведев

в 1996 году КПРФ и другие группы политической оппозиции. Можно отметить и тот факт, что Компартия Российской Федерации образовалась в 1990-м и возродилась в 1993 году на основе отнюдь не самой прогрессивной части КПСС. От партии Ивана Полозкова времен 1990–1991 годов Зюганов унаследовал не только охранительно-консервативную идеологию, но и большую часть партийного актива. Опросы свидетельствовали, что для многих избирателей голосование 3 июля 1996 года носило не утверждающий, а протестный характер. Очень многие люди, отдавшие голоса Ельцину, не были его сторонниками, но они являлись активными противниками коммунистов и не хотели их возвращения к власти. Но также многие люди, отдавшие голоса Зюганову, не являлись его сторонниками, но они были активными противниками Ельцина. В штабе Ельцина это понимали, и один из лозунгов президента гласил: «Я не коммунист. Коммунизм хуже, чем я». Реальные политики видели ситуацию, сложившуюся в стране, и понимали, что избиратели будут голосовать за меньшее из двух зол. По данным Института социально-политических исследований лишь около половины избирателей, проголосовавших за Ельцина, желали его избрания. Не менее 40 процентов голосовали за Ельцина, чтобы преградить дорогу Зюганову. У Зюганова такое же соотношение внутри голосовавших было 60:35[625]. Многие из активных противников Ельцина понимали причину поражения КПРФ достаточно точно. «Говоря по совести, – отмечал Владимир Исаков, – …КПРФ не произвела переоценку ценностей, не определила четко и однозначно своего отношения к событиям и лицам недавнего прошлого, а значит, не разорвала до конца пуповину, которая соединяет ее с этим прошлым»[626]. К сожалению, сам Зюганов не сделал должных выводов из неудачи КПРФ. На своей первой после выборов пресс-конференции Зюганов признал, что ни он, ни его блок не сумели адекватно противостоять массированному давлению партии власти через все средства массовой информации. «Однако, – заметил Зюганов, – если бы при таком давлении на избирателей и таких средствах в выборах участвовал генералиссимус Сталин, он бы не проиграл их»[627].

После выборов Президента

До 3 июля 1996 года режим Ельцина постоянно и подспудно испытывал дефицит легитимности. В памяти граждан страны еще свежи были драматические события сентября-октября 1993 года. Не были забыты и обстоятельства, связанные с «роспуском» и разрушением Советского Союза. Политики и юристы из числа оппонентов Ельцина не раз напоминали общественности, что 12 июня 1991 года Ельцин избирался не на пост главы суверенного государства, но лишь одной из республик в составе Союза ССР, президентом которого был Михаил Горбачев. Народ вручал тогда Ельцину далеко не ту власть и не тот объем полномочий, которыми он обладал в 1992 году, а тем более – в 1994–1995 годах. Поэтому не были далеки от истины те политологи и историки, которые заявляли, что именно 3 июля 1996 года впервые в тысячелетней истории России глава государства был избран всеобщим голосованием. Однако торжеству или даже удовлетворению сторонников Ельцина и высших чиновников режима мешало важное обстоятельство – тяжелая болезнь Ельцина, перенесшего 21 июня новый инфаркт, осложнившийся также рядом других заболеваний. Жизнь президента России находилась в опасности, и это видели не только те, кто присутствовал в Кремле на его вступлении в должность 9 августа 1996 года, но и те, кто наблюдал за этой краткой процедурой по телевизору. Ельцин не принимал в своей загородной резиденции, превращенной в больницу, почти никого из высших должностных лиц страны. С ним невозможно было связаться и по телефону. Скрывать болезнь главы государства было уже невозможно, хотя о степени ее тяжести знали, по-видимому, только некоторые из врачей и родные. «Победа Ельцина на выборах радует, но его болезнь огорчает», – писали многие из западных газет.

Формирование обновленного кабинета министров, возглавляемого все тем же Черномырдиным, не вызвало большого интереса российской печати и общественности. В центре внимания страны в августе-сентябре 1996 года оказались события в Чечне и деятельность нового секретаря Совета безопасности генерала А. Лебедя, которого Ельцин назначил в середине августа своим личным представителем в Чечне, передав ему также очень большой объем полномочий, связанных со сложившейся там ситуацией.

Военная ситуация в Чечне обострилась уже в июле, а в начале августа федеральные войска потерпели здесь тяжелое поражение и потеряли столицу Чечни Грозный. Именно Лебедь своими смелыми и решительными действиями сумел не только переломить ситуацию в Чечне, он смог остановить войну. Ельцин был болен и явно не мог охватить и оценить всего объема информации, связанной с положением в Чечне и в России в целом. Черномырдин и новый министр обороны РФ Игорь Родионов, а также министр внутренних дел РФ Анатолий Куликов или выступали против многих инициатив Лебедя, или просто не вмешивались в ход событий. Приняв на себя всю ответственность, генерал Лебедь 31 августа 1996 года подписал в Хасавюрте на границе с Чечней с генералом Асланом Масхадовым соглашение о прекращении войны.

Я не буду здесь говорить о деятельности Лебедя осенью 1996 года. Его недавний успех на выборах, решительное и быстрое прекращение войны в Чечне, большие полномочия, полученные им от тяжелобольного президента, с которым почти никто не мог поговорить даже по телефону, – все это усиливало не только популярность, но и реальную власть и влияние генерала Лебедя и возглавляемого им Совета безопасности. Очень многих в России это не устраивало, не устраивало это и самого Ельцина, не желавшего ни с кем делиться реальной властью в стране. 17 октября перед объективами десятков телекамер Ельцин дрожащими руками подписал указ о смещении Лебедя, с трудом произнеся при этом несколько не вполне внятных фраз. Еще в июне 1996 года многие из западных газет, комментируя неожиданное для всех возвышение Лебедя, сравнивали появление Лебедя в Кремле с «введением танковой дивизии в отдельно взятый универмаг». О нем писали как о «сорвавшейся с крепления корабельной пушке». Одна из влиятельных американских газет советовала Ельцину «отбросить Лебедя в сторону после некоторого приличного интервала» и опираться на Черномырдина, «показавшего, что именно он – самый лояльный слуга главы государства».

Ельцин, однако, вовсе не хотел чрезмерного усиления влияния и власти премьер-министра. Как известно, еще в январе 1996 года, не без совета с Черномырдиным, был смещен со своего поста первый вице-премьер Анатолий Чубайс. При этом Ельцин сказал в адрес Чубайса несколько крайне нелестных слов. Но сразу же после победы на выборах в июле Чубайс был возвращен в Кремль и назначен на крайне важный пост главы Администрации Президента РФ. Уже в августе 1996 года Чубайс не только добился назначения на важнейшие посты в администрации членов своей команды, но взял под свой полный контроль продвижение проектов всех указов и распоряжений президента. Под его контролем оказалась и вся служба помощников президента. 2 октября Ельцин подписал новое положение об Администрации Президента РФ, которое поставило под контроль Анатолия Чубайса почти все кадровые назначения, и не только в Администрации. Чубайс мог влиять теперь и на многие кадровые перемещения в регионах, а также