Социализм и капитализм в России - Рой Александрович Медведев

в год умирает сейчас только от туберкулеза. Это результат бедности и развала диспансерных и эпидемиологических служб. Высокий рост самоубийств, особенно среди мужчин – с 26 796 человек в 1988-м до 46 016 в 1993 году – только частично можно связать с алкоголем. Это видно хотя бы потому, что по относительному числу самоубийств на первом месте в СНГ оказались Латвия, Эстония и Литва, занимая по этому показателю сейчас первое место в Европе (раньше оно принадлежало Венгрии), что указывает на крайне сильное социальное напряжение в этих странах, где проведение реформ сопровождалось массовым нарушением гражданских прав, в основном по отношению к русскому населению.

Огромное и, естественно, отрицательное влияние на здоровье населения России оказывает то общее недоедание, которое фиксируется сейчас по нашей стране. По данным экспертов, среднее поглощение калорий на одного человека в день составляет в России 2100 калорий, это меньше минимума, рекомендованного ВОЗ. В Советском Союзе в 1980–1985 годах потреблялось 3403 калории в сутки на человека, это было выше рекомендаций ВОЗ. В Соединенных Штатах потребление в калориях в 1993 году составляло 3732 калории на человека в сутки.

Конечно, и у богатых стран есть грустные проблемы в том, что касается причин смертности. Соединенные Штаты оказались в 1992–1994 годах единственной из развитых стран, у которой в числе десяти главных причин смертности появилось заболевание СПИДом (13,7 человек на каждые 100 000 населения). В таблице причин смертности СПИД опередил в Америке заболевания печени и убийства. В Японии в число главных причин смертности входят болезни нервной системы, что отражает стрессовый характер жизни и работы в этой сверхдисциплинированной стране.

В 1995 году, после окончания наиболее острой фазы реформ и перераспределения собственности, Правительство России пыталось упорядочить анархию в производстве, импорте и торговле алкоголем. Были введены и стали быстро расти пошлины на импорт алкоголя. Введены более жесткие правила контроля качества и порядка продажи. Водка выполнила свою социальную роль по снижению конфликтности острого периода реформ, и теперь нужно было вернуть ей прежние функции накопителя средств бюджета. Этот процесс будет происходить достаточно медленно, и хочется надеяться, что параллельно ему будет восстанавливаться и здоровье нации, хотя для этого нужно решить не только проблемы алкоголя.

Экономические итоги «13-й пятилетки»

На протяжении многих десятилетий мы планировали и подводили итоги развития страны по пятилеткам. Самой успешной по большинству показателей была, вероятно, 8-я пятилетка 1966–1970 годов. Самой неуспешной была, несомненно, 12-я пятилетка 1986–1990 годов. Еще в 1987–1989 годах в кабинетах Госплана велась активная работа по составлению плана 13-й пятилетки. Из-за крупных экономических неудач 1989–1990 годов эта работа не была завершена. Поэтому ни XXVIII съезд КПСС, ни Верховный Совет СССР не обсуждали и не принимали никаких директив по новому пятилетнему плану. Была утверждена лишь краткая программа по выходу страны из кризиса, которую также не удалось выполнить. Распад Советского Союза положил конец всей прежней традиции пятилетних планов. И тем не менее, оценивая состояние экономики Российской Федерации в 90-е годы или составляя временные экономические программы, большая часть экономистов принимала за исходные данные показатели 1990 года, то есть последнего года 12-й пятилетки. Сохранилась и традиция оценки общих итогов развития или упадка страны по пятилеткам. Поэтому в конце 1995 года и в начале 1996 года в нашей печати появилось много материалов с анализом экономических итогов 1991–1995 годов. Эти итоги подводили как сторонники правительства, так и оппозиция.

Было бы неверным утверждать, что все итоги «13-й пятилетки» были негативными. Бесспорным достижением 1993–1995 годов стала ликвидация товарного дефицита. Рынок был насыщен, а временами перенасыщен потребительскими товарами, и рост цен в их реальном выражении существенно замедлился уже в 1994–1995 годах. Быстро росли сфера и доля услуг в валовом внутреннем продукте. Особенно заметно росла сфера торговых услуг. Миллионы людей, потерявших работу на производстве или в научных учреждениях, нашли применение своим силам в торговле, в том числе и в таких малоцивилизованных ее формах, как «челночная» торговля. Повсюду появлялись не только торговые палатки и мини-магазины, но и громадные вещевые рынки и ярмарки. Падение реальных доходов населения в 1994–1995 годах замедлилось. У российских граждан расширились возможности для дополнительных заработков и проявления инициативы. Сократилась к концу «пятилетки» и инфляция, что привело к некоторому росту сбережений и укреплению авторитета рубля. От рублей по-прежнему старались избавиться, но не так поспешно, как в 1992–1993 годах. Некоторые банки Польши, Финляндии, Австрии, даже Германии стали обменивать рубли на валюту своих стран. Сформировалась в основном система финансовых институтов и других элементов рыночной инфраструктуры; коммерческих банков, товарных бирж, рынок ценных бумаг и государственных облигаций, валютный рынок, система страховых компаний, пенсионных и других фондов, арбитража, нотариата, гражданской адвокатуры и т. п. Экономисты видели признаки выздоровления страны также в том, что предложение в стране почти повсеместно превышало спрос. Авторы-рыночники считали это обстоятельство самой фундаментальной основой здоровой экономики. Однако в России, где сокращалось как производство, так и товарооборот, это обстоятельство свидетельствовало главным образом о растущем обнищании населения. К 1995 году сложились относительно объективные соотношения внутренних товарных цен, выраженных в рублях и в долларах. Для владельцев валюты жизнь в России перестала казаться сверхдешевой, прекратилось и экспортное ограбление страны. Частично был восстановлен авторитет Сберегательного банка. С большими трудностями, но все же развивались некоторые здоровые формы частного предпринимательства. Летом и осенью 1994 года многим экономистам казалось, что спад уже завершается. Госкомстат отмечал прекращение спада в цветной металлургии, в производстве электроэнергии, даже в ряде отраслей машиностроения. В химической и нефтехимической промышленности фиксировался небольшой подъем. Улучшилась и работа транспорта. Однако во всех этих отраслях не наблюдалось роста капиталовложений. Оборудование не обновлялось и почти не ремонтировалось. Речь шла, таким образом, о работе на износ, и число тяжелых аварий увеличивалось. Положительное сальдо внешней торговли составляло в 1994 году 15 миллиардов долларов. Однако значительная часть этой выручки шла на обслуживание иностранного долга или оставалась на западных валютных счетах российских бизнесменов.

Остаток шел на содержание государственных учреждений, а не в экономику. Оценки общего состояния российской экономики к концу 1994 года был различны. Многие отечественные и зарубежные экономисты повторяли выражение И. Шумпетера о происходящем в стране процессе бурного «созидательного разрушения». Гораздо чаще говорилось просто о «крахе» или «катастрофе». Экономический советник парламентской фракции британских лейбористов Дж. Росс писал, что «Россия пережила крупнейший за всю свою историю промышленный крах, фактически это самый глубокий крах промышленной экономики в мирное время, когда-либо случавшийся в мире»[551]. Черномырдин был осторожен в своих оценках. Он говорил, что «граждане страны сполна ощутили на себе все негативные стороны слома старой экономики, но мало почувствовали то положительное, что несет с собой экономика новая». Он обещал, однако, что именно 1995 год станет наиболее ответственным в «повороте к новой нормальной жизни в условиях рынка»[552]. Начавшаяся в декабре 1994 года война в Чечне, которую