Социализм и капитализм в России - Рой Александрович Медведев

Дунаев занимал посты заместителя министра, а затем и министра внутренних дел Российской Федерации. В 1992–1993 годах Дунаев снова становится заместителем министра внутренних дел. Он был активным сторонником Верховного Совета и вице-президента А. Руцкого. Новым министром безопасности России был назначен Виктор Баранников. Генерал армии Баранников занимал до июля 1993 года пост министра безопасности Российской Федерации, но был смещен Ельциным по обвинению в коррупции, которое сам он решительно отрицал. Все эти генералы дали согласие на свои назначения и прибыли в Белый дом. Но ни воинские части, ни подразделения внутренних войск и милиции, ни работники органов безопасности не выполняли их распоряжений. В Белый дом пришли добровольно лишь отдельные офицеры из разных силовых структур. Руцкой и Ачалов смогли сформировать с помощью этих офицеров несколько небольших групп, пополнивших охрану Белого дома и его лидеров.

Сообщения из регионов были противоречивы. Почти все главы администраций заявили о поддержке Ельцина, как законного Президента России. В это же время большая часть представительных органов областей и автономий страны заявили о поддержке Верховного Совета. Некоторые из глав областей и автономий заявили о своем нейтралитете или предложили посредничество. Таким образом, в первые дни противостояния ни у одной из сторон не было преобладающего преимущества. Американский политик и политолог Збигнев Бжезинский был прав, когда на вопрос о перспективах противостояния в Москве ответил: «Проиграет тот, кто первым прольет кровь». Между тем все лидеры крупных западных стран заявили о поддержке Ельцина. С 15 по 26 сентября председатель СПТ Людмила Вартазарова и я находились в Германии по приглашению правления Социал-демократической партии ФРГ. Вечером 23 сентября мы встречались с большой группой парламентариев и бизнесменов в Бонне. Вартазарова сделала доклад об экономическом положении в России, я – о политической ситуации. Разумеется, больше всего мне пришлось говорить о противостоянии Ельцин – Верховный Совет – Руцкой. Мои симпатии были на стороне Белого лома, однако симпатии слушателей были явно на стороне Кремля. Я спросил аудиторию: «Что бы вы говорили, если здесь, в Бонне, президент или канцлер неожиданно распустил бундестаг, объявил об отмене Конституции ФРГ и призвал к созданию новых органов власти?» «Россия не Германия», – ответил один из парламентариев. На стороне Ельцина было немецкое телевидение, а также газеты.

Противостояние продолжалось. У Белого дома 22 и 23 сентября возводились баррикады, но защитников было немного. Несмотря на призывы с обеих сторон, москвичи проявляли очевидное равнодушие к обращениям и Ельцина и Руцкого. Лидеры парламента рассчитывали на массовую поддержку, но ее не наблюдалось. А между тем еще 9 Мая 1993 года на оппозиционную манифестацию пришло более 100 тысяч москвичей, и неформальные лидеры московских улиц давали вождям оппозиции определенные заверения. Но выполнить эти обещания оказалось невозможным. На указ Ельцина никак не отреагировали профсоюзы. Были вялые протесты, но не призывы к действию. Ни в Москве, ни в регионах не начиналась политическая забастовка, к которой призывали Руцкой и Хасбулатов и на которую они возлагали большие надежды. В Москву для поддержки Белого дома начали прибывать небольшие группы из Санкт-Петербурга, из Приднестровья и Абхазии. Но речь шла о десятках людей, а не десятках тысяч. Между тем Ельцин и его сторонники усиливали давление на парламент. Было объявлено, что всем депутатам, которые покинут Белый дом, будут предоставлены важные посты в структурах исполнительной власти. Эти обещания действовали. Одним из первых покинул Белый дом заместитель Хасбулатова Николай Рябов и тут же был назначен председателем вновь создаваемой Центральной избирательной комиссии. Покинул Белый дом член бюджетного комитета Александр Починок и тут же был назначен заместителем министра финансов. Заголовки газет 24 сентября гласили: «Спасти Конституцию – значит спасти Отечество» («Правда»), «Армия никогда не выступит против народа» («Красная звезда»), «Что будет со страной и с нами?» («Комсомольская правда»), «Правительство Москвы с Ельциным» («Куранты»), «Верховный Совет не сдается, но часть депутатов отказались от своих мандатов» («Независимая газета»). Здание Белого дома и соседние здания охраняли усиленные наряды милиции, не вмешиваясь в происходящее. Заседания Верховного Совета, а затем и Съезда народных депутатов транслировались на прилегающую к Белому дому территорию. К концу дня 23 сентября в резиденции парламента находилось 632 народных депутата. Для принятия конституционных решений этого было недостаточно. Однако съезд постановил прекратить полномочия народных депутатов, которые уже успели объявить о своей поддержке Ельцина и отказались прибыть на заседание Верховного Совета и съезда. В первом решении на этот счет содержалось 88 фамилий. Из числа наиболее известных в стране людей в списке были указаны: Константин Кобец, Валентин Федоров, Олег Басилашвили, Бэлла Денисенко, Борис Золотухин, Бэлла Куркова, Владимир Лысенко, Анатолий Манохин, Олег Попцов, Марина Салье, Сергей Филатов, Анатолий Шабад, Сергей Юшенков, Дмитрий Волкогонов, Сергей Красавченко, Екатерина Лахова, Сергей Носовец, Лев Пономарев, Галина Старовойтова, Глеб Якунин. Отдельным решением были лишены депутатских мандатов в связи с поддержкой «государственного переворота» Александр Починок, Николай Рябов и Сергей Степашин. Позднее было принято еще несколько аналогичных решений.

24 сентября противостояние продолжалось. Вход и выход из Белого дома были сравнительно свободными, сюда прибывали одна за другой делегации из регионов, группы депутатов пытались вести переговоры с работниками Министерства обороны, Министерством внутренних дел, с органами массовой информации. В Белый дом прибыла группа офицеров из Союза офицеров. Все они были в форме и с оружием. Сюда же прибыли группы казаков, отдельные группы из Приднестровья. Предъявленный Ельциным и Лужковым ультиматум о сдаче оружия и боеприпасов никем не выполнялся. Бурную реакцию всех средств массовой информации вызвало неожиданное нападение группы боевиков на штаб-квартиру Объединенных вооруженных сил СНГ на Ленинградском проспекте. Нападение было отбито, и боевики скрылись. Один из офицеров, охранявших штаб, был убит. Министерство обороны обвинило в нападении Союз офицеров и Верховный Совет. Белый дом, в свою очередь, заявил, что это была провокация властей. Число людей вокруг Белого дома начало сокращаться. Блиц-опрос среди москвичей показал, что более 75 процентов населения города не выражало симпатии ни к президенту, ни к Верховному Совету. Подавляющее большинство жителей города не собиралось участвовать в митингах и забастовках ни в поддержку Ельцина, ни в поддержку Верховного Совета. Это обстоятельство вполне устраивало Ельцина, но явилось большим разочарованием для Хасбулатова, который сетовал в своих заявлениях по поводу «инертности сограждан». Слухи о возможном штурме Белого дома усиливались, хотя как Ельцин, так и Грачев публично заявили, что никакого штурма не будет. Тем не менее охрана парламента была усилена. Съезд принял решение о досрочных выборах как Президента РФ, так и народных депутатов «не позднее марта 1994 года». Телевидение, однако, не сообщило об этом решении, а верная парламенту «Российская газета» была закрыта. Поздно вечером в здании Верховного Совета было отключено электричество, блокада здания была усилена, и в него стали пропускать только сотрудников парламента.

25 сентября на митинг у Белого дома собралось более 5 тысяч человек. Продолжалось,