Жестокий дикарь - Ана Уэст
К тому времени, как я наконец заканчиваю тест, я уже вся на нервах. Я даже не уверена, что правильно ответила хотя бы на один из вопросов, несмотря на всю мою подготовку, но сейчас я не могу об этом беспокоиться. Я достаю телефон и пишу Сэди. Её урок заканчивается за пять минут до моего, и обычно это значит, что она ждёт меня на улице. Она сразу же отвечает, что припарковалась на обычном месте.
Я направляюсь туда и сажусь на пассажирское сиденье, закрыв за собой дверь.
— Как прошёл тест? — Спрашивает она. Машина задним ходом выезжает с парковки.
— Почти уверена, что я провалила, — отвечаю я. — Папа позвонил мне прямо перед тем, как я вошла. Он был чем-то обеспокоен, и я могла думать только об этом. — Я застонала. — И, скорее всего, ничего страшного не произошло, а значит, я провалила тест без всякой на то причины.
Сэди морщится.
— Может, ты скажешь преподу, что тебе сообщили плохие новости, и она разрешит тебе наверстать упущенное?
— Только не этому. Я почти уверена, что она ненавидит учеников. — Я вздыхаю и ставлю сумку на пол. — Мне просто нужно вернуться домой и узнать, чего он хочет.
— Так… ты не пойдёшь с нами на открытие выставки Кимми сегодня вечером? — Спрашивает Сэди.
Я закрыла глаза, чувствуя себя виноватой.
— Вот чёрт. Я совсем забыла. — Снова открыв глаза, я поворачиваюсь к Сэди. Она демонстративно не сводит глаз с дороги, но я вижу, что она разочарована. — Дай мне посмотреть, что нужно моему отцу, и тогда я, может быть, приеду. Как тебе такое?
Сэди вздыхает.
— Ты могла бы хотя бы сказать Кимми, а не заставлять меня это делать. Это твоя проблема, а не моя.
— Я знаю, — говорю я ей. — Я так и сделаю. Сейчас же ей напишу.
Сэди в ответ лишь пожимает плечами и подъезжает к моему дому. Мы жили за пределами центра города, в охраняемом жилом комплексе, где трава всегда слишком зелёная и очень ухоженная. По обеим сторонам улицы возвышаются особняки с колоннами, крытыми верандами и окнами от пола до потолка, которые блестят в лучах полуденного солнца. Я выхожу из машины и машу на прощание, прежде чем ввести код от главных ворот.
— Доброе утро, мисс Райан, — окликает меня Брент. Он слегка кивает мне из будки охранника у ворот. Его напарник Адам ничего не говорит. Как обычно.
Я выхожу из машины и направляюсь к парадному входу. Наш дворецкий открывает дверь ещё до того, как я поднимаюсь на крыльцо, ожидая моего прихода. Я протягиваю ему свою сумку и кружку из-под кофе, зная, что он отнесёт её на кухню, чтобы помыть. А потом я поднимаюсь наверх.
Отец ждёт меня в своём домашнем кабинете, куда меня обычно не пускают. Но сегодня, видимо, всё иначе. Каллахан Райан, как обычно, сидит за столом и работает за ноутбуком. Он не выглядит внушительно и, возможно, немного ниже ростом, чем, по мнению некоторых, должен быть босс мафии. Но даже несмотря на это, он производит впечатление, которое невозможно игнорировать. Его тёмные волосы уже начали редеть на макушке, а по бокам в короткие тёмные кудри вплетены седые пряди. На кончике его носа сидят очки, а на щеках рассыпаны веснушки. По его словам, я унаследовала большую часть своей внешности от матери, но между нами всё же есть кое-что общее.
Мои волосы почти такие же тёмные, как у него, только с рыжеватым оттенком, а не с сединой. И вместо того, чтобы слегка загибаться, они остаются прямыми. Единственное, что у нас действительно общее, – это глаза: они такие тёмные, что зрачок почти сливается с окружающей его радужкой. Моя мама называла их ведьмиными глазами, но в хорошем смысле.
Когда я захожу, в его кабинете ещё двое. Они оба одновременно поворачиваются и смотрят на меня, пока я закрываю дверь. Я узнаю их только потому, что в прошлом году о них писали во всех новостях, а их помолвка потрясла андеграундный мир.
Сиена Розани.
И Данте Скарано. Дьявол.
Я медлю на пороге, ожидая, что отец заметит меня. Он заканчивает свои дела, закрывает ноутбук и наконец поворачивается ко мне.
— Ну что ж, заходи. Проходи. — Говорит он без улыбки. В его глазах появляется жёсткий блеск, и я вижу, как на виске у него дёргается жилка. Такое бывает, только когда его что-то раздражает.
Я медленно иду вперёд, всё ещё настороже. Сиена слегка улыбается мне, как будто хочет, чтобы я почувствовала себя лучше. Данте просто изучает меня взглядом, который кажется почти знакомым. Но я знаю, что никогда раньше его не встречала.
— Это Сиена Розани и её муж Данте Скарано, — представляет их мой отец.
— Я знаю, кто они, — быстро говорю я, прежде чем вспомнить о хороших манерах. — Приятно познакомиться.
— Мне тоже приятно познакомиться, — любезно отвечает Сиена. Но я ни на секунду ей не верю. Сиена была лучшей наёмницей своего отца. Убийцей. Теперь она стала первой женщиной-доном в семьях Розани и Скарано.
— Они пришли на встречу с нами, — объясняет отец, заметив моё замешательство. — По поводу перемирия.
В груди у меня зарождается подозрение. Должна быть веская причина, по которой оба дона решили встретиться с моим отцом здесь, на явно не нейтральной территории. Я понимаю, почему они захотели встретиться с моим отцом. Но я не понимаю, почему здесь оказалась я.
Отец жестом подзывает меня к себе. Я устраиваюсь рядом с ним, прямо за его стулом. Сиена и Данте всё ещё внимательно наблюдают за мной. Я стараюсь не обращать на это внимания. Отец поворачивается к ним, постукивая пальцами по крышке стола.
— Сделка, которую вы предложили, интересна, и я не могу отрицать, что то, что вы предложили, действительно грандиозно. Но мне нужно знать, что ещё мы можем получить взамен. — Мой отец откидывается на спинку стула и закидывает руки за голову. Он – само воплощение беспечности,
