Безжалостные наследники - Ана Уэст
— Ну? — Спросил он. У меня было странное чувство, когда я услышал то же самое слово, которое только что сказал Киллиану. Может быть, мы с ним и не были такими уж разными.
— Того, кто трижды пытался убить Джованни, зовут Маркус Руссо. Если ты его помнишь. — В глазах моего отца промелькнуло узнавание. — Но он выполнял приказ. От того, кто называет себя Змеем.
Теперь отец нахмурился, его лоб прорезали морщины.
— Змей?
— Судя по всему, его визитная карточка – убийство людей с помощью яда восточной гремучей змеи. — Снова вспышка узнавания. Я выпрямился. — Ты его знаешь?
— Да, было… несколько убийств, совершённых с помощью яда этой змеи, — медленно произнёс он. — Если я правильно помню, таким образом погибла жена Матео.
— Её убили? — Я нахмурился. Я никогда не слышал об этом, не находил упоминаний в своих исследованиях.
— Полиция и Матео утверждали, что это был несчастный случай, когда они разбили лагерь в Северной Каролине. Его жену укусила змея, и она умерла. Они нашли змею. Но всегда ходили слухи, что это было не просто случайное нападение. — Он встал со стула, обошёл стол и прислонился к нему спиной. — Примерно в то же время были и другие нападения змей. Конечно, это было странно, ведь такие змеи не водятся в Нью-Йорке, не говоря уже о Нью-Йорк-Сити. Но они исчезли так же быстро, как и появились, и большинство об этом забыло.
— Кроме тебя.
— Я многое помню, — сказал он, пожимая плечами.
— Он пытался убить Сиену.
Мой отец пристально посмотрел на меня.
— Пытался?
— Я пришёл до того, как Маркус смог закончить работу. Он напал на её отца, а затем на неё. — Я внимательно наблюдал за своим отцом. На его лице было неподдельное удивление.
— Я полагаю, вы позаботились о нём.
— Не раньше, чем допросили. У нас есть одноразовый телефон, по которому он связывался со Змеем. Мы просто ждём, когда сможем составить план.
Отец опустил голову, но его взгляд был устремлён куда-то вдаль. Как будто он на самом деле не слушал.
— Мы надеялись, что ты сможешь помочь.
Он рассмеялся.
— С чего бы мне это делать?
Я не знал, что ответить, поэтому промолчал. Заметив выражение моего лица, он выпрямился.
— Что бы ни происходило с семьёй Розани, это хорошо. Теперь, когда Джованни устранён, ты будешь выставлен на голосование на следующем заседании Комиссии.
— А если Сиена умрёт, не буду, — напоминаю я ему. — Моя ставка действительна только до тех пор, пока она моя жена.
— Тогда сохрани ей жизнь. Но не связывайся с этим Змеем. — Он махнул рукой, как будто всё это не имело значения. — Если он уничтожит Розани за нас, то, может быть, это не так уж и плохо.
— А если он начнёт преследовать нас?
Его глаза потемнели.
— Тогда мы сравняем этого ублюдка с землёй. Но сейчас он этого не делает. Оставайся с Сиеной, сократи её общение с семьёй, и получи этот голос в ближайшие месяцы.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок.
— Этого не произойдёт, — отрезал я. — Я не собираюсь так поступать с Сиеной и разлучать её с семьёй.
Брови моего отца взлетели вверх.
— Только не говори мне, что у тебя начали появляться чувства к этой маленькой шлюшке.
Перед глазами у меня всё поплыло.
— Не называй её так.
— О, мой мальчик, — он печально покачал головой, — я знал, что так и будет.
Я не хотел больше ничего слышать по этому поводу. Развернувшись на каблуках, я вышел из его кабинета, и для верности хлопнул дверью.
Я знал, что Сиена мне небезразлична. Я заботился о ней настолько, что не хотел видеть её боль, если бы я отнял у неё семью, а именно это я бы и сделал, если бы меня избрали доном клана Розани. Было бы лучше, если бы власть перешла к Матео. Он, по крайней мере, был её крестным отцом. Тем, кого она знала и кому доверяла.
Мне вспомнились слова Киллиана: «Ты её любишь?»
Блядь.
ГЛАВА 29
СИЕНА
— Сиена, ты не можешь ему доверять, — раздался в трубке голос Маттео, от которого у меня по спине пробежал холодок удивления. — После смерти твоего отца комиссия проголосует за то, чтобы Данте занял его место.
Я знала это. По крайней мере, я уже поняла это. Но, услышав, как Маттео произнёс это вслух, реальность снова обрушилась на меня. Его слова были прощальным предупреждением, чем-то, что он добавил в конец отчёта, который я ему только что передала, но это было... тяжелее. Более реальным, чем та змея в темноте, за которой мы гнались.
Ему нельзя доверять.
Я знала это. Я знала, что не могу доверять Данте. Ради всего святого, у нас был брак по расчёту. Мы ненавидели друг друга. Мы были врагами. Но что теперь? Я вспомнила последние несколько дней. Да, конечно, наши отношения были непростыми, если их вообще можно было так назвать. Но я то и дело ловила себя на мысли о том, как пальцы Данте касались моей кожи. Как он обнимал меня после нападения, как осторожно перевязывал моё запястье. Между нами что-то изменилось.
Или я просто дура?
Данте мог просто притворяться. Я забыла об этом. Даже если его семья была вне подозрений, и мы теперь знали, кто на самом деле охотился за моей семьёй и за мной, он всё равно мог притворяться, что ему не всё равно, просто чтобы держаться поближе ко мне до голосования. И как только его выберут доном, я буду ему больше не нужна. Я буду обузой.
Но я не хотела в это верить. Я не хотела верить, что всё это было просто ложью. Игрой. Это казалось слишком реальным. Как будто я была ему небезразлична.
Выйдя из спальни, я внимательно посмотрела на Данте. Он по-прежнему был сосредоточен на бумагах перед собой и помогал составлять план поимки Змея. Заметив
