Развод. Сын моего мужа - Ая Кучер

— Ну… Я же планировал отдать Колю в секцию, а перед этим сам немного научить приёмам.

— Та-а-ак.

— Ну вот на Назаре и отточу мастерство преподавателя.

— Не смей ставить эксперименты над ребёнком!

Я возмущаюсь, а Денис только крепче притягивает к себе. С очень серьёзным видом выслушивает мои претензии.

А я делаю вид, что не вижу, как его плечи подрагивают от смеха. Засранец. Какой был — таким и остался.

Только если в школе раздражало, то сейчас — чарует. Меня восхищает в мужчине всё. И шуточки, и его забота. И как мгновенно он становится серьёзным, когда что-то идёт не так.

Мгновенно заставляет чувствовать себя под полной защитой. Что бы не случилось — реагирует сразу, без размышлений. В нём будто рычаг выкован, отвечающий за правильные решения.

— Ну и когда это закончится?

Спрашивает внезапно в один из вечеров. Когда мы лежим на диване. Девочки рисуют за столиком, моя голова — на коленях Дениса.

Я запрокидываю голову, пытаюсь понять, о чём он говорит. Я только заикнулась, что у Назара скоро турнир. И можно было бы сходить.

— Не поняла? — хмурюсь.

— Да вот. Бесит.

Денис путает ещё больше. Ловит мою правую руку, мягко обхватывает запястье. Тянет ближе к себе.

Его пальцы мягко поглаживают мои, и в этот момент мне становится всё равно, что там происходит.

Денис улыбается коварно, а значит — всё хорошо. Просто что-то задумал.

— Бесит? — переспрашиваю, кусая губу. — И что же?

— Что тут кольца нет.

Огорошивает. И добивает, когда на моё солнечное сплетение опускается чёрная бархатная коробочка.

Она весит немного, но будто плитой припечатывает. Дышать становится невозможно, кожу стягивает от волнения.

Я охаю, пытаясь встать. Коробочка скользит по телу, перехватываю её дрожащими пальцами. Растерянно смотрю на мужчину.

— Я не мастак в таких делах, воробушек, — он прочищает горло, продолжает: — Не в том, чтобы организовать что-то по красоте. Ни в речах этих. Но раз уж воробушек попался, то может пора ему стать Ястребовой?

— Ты… Да! Да!

От счастья меня одновременно пробивает и на смех, и на слёзы. Так много эмоций, для которых у меня только один выход. Прижаться к Денису, повторяя эти заветные две буквы.

Рядом с мужчиной у меня словно мир переворачивается раз за разом. Другими красками играет, показывает грани, которых я не замечала.

И мне хочется всё больше и больше. Отдавать. Получать. Создавать вместе.

Я никогда не думала, что почувствую себя в такой… Безопасности. Когда прошлое шибануло и доверие разбилось раз…

Но Денису доверять легко. Будто я вижу его, чувствую. Понимаю, что с ним будет иначе. От его поддержки мне легко и радостно.

Поэтому главное «да» я произношу со светящимися глазами. Постоянно веду по предплечью мужчины, пока мы сидим на нашей свадьбе.

И подростком хихикаю, когда мы сбегаем.

— Попалась, воробушек, — произносит низким тоном, прикладывая ключ-карту к двери. — Доигралась.

— Я твоя жена! — возмущаюсь шутливо. — Яс-тре-бо-ва! Я что — зря документы меняю все?

— Не зря, воробушек.

Подмигивает, затягивает меня в номер. Ни на секунду не прекращает касаться, посвящая эту ночь только нам двоим.

А через девять месяцев получает свой запоздалый «подарочек». Крошечный сын в руках крупного Дениса — похоже на лучшую картину в мире.

— Так, воробушек, — его голос дрожит от волнения. — У нас теперь есть мини-воробушек.

— Может, я всё-таки Ястребовой буду? — спрашиваю устало, приходя в себя после родов.

— Не-а. Всё уже предрешено, любимая.

— Наглец.

— Но ты меня любишь. Когда ястребы вцепятся во что-то, они уже не отпускают.

— Хм. Похоже на обман. Нужно будет у Коли уточнить. Он, — зеваю. — Он разбирается в птицах. Раскроет… Ах… Твоё лукавство.

— Раскроет-раскроет.

Денис аккуратно опускает сына в специальную кроватку, идёт ко мне. Гладит прохладной ладонью мои волосы, целует в висок.

— Отдыхай, Польк. Хорошо? Не переживай ни за что. За девочками я присмотрю.

Для малышек он как второй папа. Не воскресный, а домашний. Они обожают его, а Денис не делает никаких различий. Его сын и его дочери. Без вариантов.

А там вдобавок где-то Коля и Назар мелькают, разбавляя наш покой.

Я не замечаю, как летит время. Всё так быстро-быстро, и при этом хватает на то, чтобы просмаковать каждый момент.

Когда Ярику исполняется два года, мы перебираемся в небольшой коттедж на краю города.

Фирма Дениса развивается, и моя кондитерская не стоит на месте. Целых две новых успеваю открыть. Поэтому нам по карману.

Переезд в дом лишь слегка всколыхивает неприятные воспоминания. Но тут же всё замирает от крепких объятий Дениса.

— Вот там твою ужасную картину повесим, — сообщает, упираясь подбородком в моё плечо.

— Тебе она нравится, не притворяйся. Кстати! Я присмотрела небольшой шкаф для всех твоих журналах о технике. Можно поставить у камина.

— Ты разве не вазу туда хотела?

— Обойдусь и без неё.

Я не думала, что с раздражающим одноклассником Денисом — может быть настолько легко. Пазлы сходятся без лишних проблем, мы находим компромисс ещё до того, как возникнут разногласия.

Ну и Назар, который часто бывает в гостях, всё ещё имеет дурную привычку разбивать мои вазы.

Я, правда, не до конца понимаю, как это происходит. Просто Назар становится частью нашей семьи.

Ему не хватает женской заботы, материнской. Это ведь совсем другое. А во мне это любви… Мне кажется, достаточно.

Не потому, что, меня вынудили или поставили перед фактом.

А потому что хочется.

И в принципе, кажется, что всё идёт так, как должно было. Неспешно, каждый кусочек жизни находит своё место.

Девочки переходят в подростковый возраст, превращая всё то в драму, то в комедию. Ярик как раз идёт в школу, получая в надзирателей двух старших сестёр.

— Хорошо хоть Назар выпустился.

Бурчит недовольно, ведь все его промашки сразу становятся известны всем.

Напоминаю, девочки-подростки. И им хочется уколоть брата, который из вредности их косметику прячет.

В общем…

Родной шум, гам и цирк.

— Папа звонил! Он нас вечером заберёт! — вскрикивает Соня, перепрыгивая через ступеньку. — Он пообещал отвести нас в киношку.

— Не бегай по лестнице, — на автомате отчитывает Денис.

— Прости, пап, — чуть притормаживает, виснет на периллах. — Мам, можно я тогда у Катьки в городе останусь?

— А я у Лизы! — тут же кричит Алиса со второго этажа. — Можно?

— Я не знаю… — прикидываю.

— Пап?!

Синхронно обращаются к Денису, строят глазки.

Для дочек нет разницы. У них и Витя папа, и Денис тоже. Понимают всё, взрослые уже. Но относятся прекрасно.

Они любят двух отцов одинаково. Но с Денисом проводят времени больше, и это тоже