Развод. Сын моего мужа - Ая Кучер
Второй раз с Назаром мы сталкиваемся, когда я забираю девочек у родителей Вити. С ними девочки видятся чаще.
На самом деле, забрать должен был Витя, у них запланирован поход в театр. Но у него какой-то завал на работе. Поэтому ситуацию спасаю я.
— Бегом-бегом.
Подгоняю девочек, наматываю шарфы на них. Потому что времени у нас впритык. Бывшая свекровь помогает.
Удивительно, но у нас остались хорошие отношения. Действительно. Ворчит, поучает, но при этом помогает. И девочек она обожает, не оставила.
— Ох, билеты.
Вспоминает свекровь. Протягивает мне четыре штуки. Нервно поглядывает на дверь в зал. Я так понимаю, что там прячется Назар. Он не выходил с момента, как я приехала.
Вздохнув, свекровь забирает один из билетов. Она молчаливо понимает моё отношение к ситуации.
— Давайте сюда.
Не позволяя себе одуматься, я выхватываю билет. Потому что моё сердце просто разрывается. Я жалостливая, помните?
— Назар! — зову. — Тебе ещё долго собираться? Нам скоро выходить, опоздаем.
Мальчик вылетает растерянным и сбитым с толку. Ну а я-то что? Мне не сложно взять его с собой. И… Ну не могу я так, ладно?
Малышек-то я повезу в театр, они своё получат, не расстроятся. А Назар? Сочувствие во мне вырубает любые аргументы.
Это всего лишь кукольный театр, что особенного может произойти? В какой-то момент подъезжает Денис, и я вовсе оставляю детей одних.
Выход из зала контролируют, всё нормально. Поэтому я не беспокоюсь. Тем более, что девочки с Назаром общаются хорошо.
Они немного отстранённо приняли информацию, что Назар их брат. Не до конца понимают. Да и двоюродных-троюродных у них полно, не так важно.
Возможно, в будущем придётся объяснить ещё раз и ответить на множество вопросов, но пока я спокойна.
— Взял тебе кофе, — Денис демонстрирует стаканчик, ухмыляется как кот. — Хочешь?
— Хочу.
Я киваю, но мужчина не отдаёт. Поднимает стаканчик выше, заставляя потянуться. Конечно, это уловка. Конечно, я ведусь.
Поднимаюсь на носочки за стаканчиком, я оказываюсь в крепких объятиях. На автомате поднимаю лицо, чтобы нападать на меня с поцелуями было удобнее.
Мы целуемся. Долго, жарко. Как подростки. Со вкусом кофе и счастья на губах.
Денис распахивает свою куртку, и я прижимаюсь плотнее. Прячусь от поднявшегося ветра. Стоим в тишине. И мне очень хорошо.
— Напомни, какие у тебя планы на следующю неделю? — уточняет вдруг Денис. — По твоим тысячам курсов.
— Никаких, ты знаешь.
Я как раз закончила с испанским и маркетингом. Для ведения рекламы кондитерской мне достаточно тех знаний, что я уже получила.
А испанский я ставлю на небольшую паузу. Хочу закрепить уровень, найти носителей для общения. И тогда можно идти дальше.
Да и в кондитерской будет спокойно, о чём Ястребов знает. Мы пока не выпускаем новинки, я притормозила с идеями. Хочу небольшое затишье, чтобы взвесить всё. Решить, в каком направлении идти дальше.
Ухожу в тихий режим, как было до моего дня рождения, и устраиваю мозговой штурм. Вдохновение нужно словить.
— Да так, уточняю.
Ястребов улыбается так, что у меня сомнений никаких. Он точно что-то задумал! Эту улыбочку я знаю миллион лет.
— В кармане.
Подсказывает, и я тут же лезу к нему. Приходится обыскать всё, когда я вспоминаю, что у куртки Дениса есть внутренний карман.
А он уже довольный весь. Конечно, я его всего облапала! Жучара, а!
Ну и я не лучше. Веду ладонями по торсу, не спешу утолять собственное любопытство. Огонь в глазах мужчины будоражит куда больше.
— Билеты? — я достаю длинный конверт. — В театр приглашаешь?
— Можно и в театр, — прищуривается. — Если переводчиком подработать согласна.
Что?
Я лезу в конверт, окончательно лишаясь догадок. А после — дара речи. Смотрю на билеты в Испанию, и ничего понять не могу.
— Ты ненавидишь Барселону, — всё, что могу произнести.
— Я люблю тебя. А всё остальное пустяки, Польк.
Эпилог 2
Я не могу сдержать эмоций. Висну на шее Дениса, шепчу слова благодарности. Внутри всё пылает от невозможности выразить все чувства словами.
Он же…
Он невероятный.
Денису не нравится Барселона. Но я всегда мечтала там побывать. И вместо того, чтобы придумать другой отпуск…
Он везёт меня исполнять мою мечту.
Понимаете?
Я столько лет мечтала, а в жизнь воплощает именно Денис. И я очень стараюсь сделать эту поездку незабываемой и для него тоже.
Выбираю более удалённые и тихие места, чтобы не сталкиваться с толпой других туристов.
Мы целый день проводим в океанариуме. Девочки счастливы, а Денис не видит архитектуру, которая ему не нравится.
По утрам я оставляю девочек на мужчину, а сама сбегаю по памятным и особым местам.
Наслаждаюсь тишиной, практикую свой испанский, узнаю интересные факты, общаясь с местными.
— Я бы сходил с тобой… — сонно ворчит, когда я возвращаюсь в номер.
— Считай, что я нагло бросила на тебя детей.
— Даже так? Тогда потребую плату.
И я визжу, когда меня заваливают на кровать. И смеюсь. И… Счастлива, да.
Это неидеальный отпуск из фантазий, где за ручку изучаем каждую улицу. Но это наш прекрасный отпуск. И мы делаем так, чтобы нам было хорошо.
Компромиссы. Когда оба работают. Когда оба стараются. И это…
Боже, это просто замечательно.
Я с лёгкой фантомной тревогой жду, что в какой-то момент это закончится. Не может ведь всегда быть хорошо, да?
Но становится только лучше. Во всех аспектах.
И Витя тоже проявляет себя не с худшей стороны. На день рождения Сони, который мы устраиваем в детском кафе.
Обстановка между взрослыми немного напряжённая, но детям хорошо. Соня пригласила друзей из садика, бесится с ними.
Алиса бегает за старшими детками, старается догнать. В особенности — Колю поймать хочет.
Назар участвует через раз. Иногда фыркает на игры, иногда с радостью включается.
Я насторожена в его отношении, виновата. Но при этом он всё ещё ребёнок.
А все дети как пластилин. Нужно только правильно направить. И пока я не вижу никаких плохих поступков от него.
Пару драк с одногодками не считается. Детские разборки, ограничивающиеся парой толчков.
Хотя… Черты Марго должны проявиться, так ведь?
— Я планирую отпуск, — заявляет Витя, догоняя меня, когда я иду за официантом. — Год был сложным, планирую выбраться куда-то.
Поджав губы, я жду продолжения. Согласна с бывшим мужем: год был сложным. Точнее десять месяцев, которые всё перевернули.
Какой-то дикой обиды на Доронина у меня нет. Всё сложилось так, дальше нужно жить




