Без шанса на развод - Ая Кучер

Только сегодня всё по-другому ощущается. Кожа слишком чувствительно воспринимает внимание Сергея, вспыхивает.

Будто я действительно заболела.

А ведь он ничего такого не делает. Спокойно пьёт свой кофе, поглядывает на меня легко.

Как обычно.

А у меня мурашки и трепыхания в груди.

— Мне пора, — я натянуто улыбаюсь.

— Я провожу.

Сергей поднимается моментом. Как обычно — не спрашивает и не терпит возражений. Он уже всё решил.

Странно, что мне это начинается нравиться?

Вроде после Каминского я должна настороженно относиться к подобным проявлениям контроля.

Но от Сергея это воспринимается иначе. Не как проявление силы в попытке подавить меня. А как его внутренняя сила и уверенность, которой мне, слабой женщине, не так уж легко сопротивляться.

— Пытаешься вычислить, где я живу? — не сдерживаюсь я от подкола.

— Уже знаю, — спокойно парирует Сергей. — Но если тебе проще оставаться в неведении…

— Это жутко пугает.

— Да вы лгунья, Карина Рустамовна. Кстати, почему Каринэ?

— Что?

— Так тебя назвал брат. Дразнится или я чего-то о твоём настоящем имени не знаю?

— И то, и другое. Ну, бабушка меня всегда Каринэ называла. И когда учила, и когда ругала. А Макс иногда дразнится, ей подражает. Но меня не бесит, мне нравится.

— Понял.

Сергей кивает, что-то обдумывает. Но больше разговор на эту тему не поднимает. Просто провожает к нужному подъезду.

В груди натягивается леска, подрагивает в каком-то ожидании. Я сама не знаю, чего хочу. И это делает волнение острее.

— Спасибо, — я разворачиваюсь к мужчине. — И…

— Я с тобой поднимусь, — взгляд Сергея становится жёстче. — Нужно кое-что обсудить.

— Что?

Неужели он помнит? Сейчас как взрослые всё обсудим?

Раз Сергей выглядит столь напряжённым, то разговор будет сложным. Переживает, что я начну вешаться на шею и просить чего-то?

Значит, плохо он меня узнал! А целоваться полез.

— Кое-что по поводу твоего развода, — объясняет Сергей. — Всплыли новые факты.

— А, хорошо. Да.

Радоваться должна, что ещё что-то на Льва нашлось. Новый рычаг для развода. Но…

Я. Себя. Не. Узнаю.

Клянусь, такой никогда не была! Рассудительная, сдержанная…

А тут какой-то кавардак случился в голове. Резкая перестройка нервной системы.

Сергей просто поймал меня в сложный момент. Поэтому так и действует. Угу.

Я впервые с такой радостью занимаюсь самообманом.

Войдя в квартиру, я быстро справляюсь с Даней. Перекладываю его в кроватку, оставляю досыпать.

— Ещё кофе хочешь?

Я стараюсь держаться непринуждённо. Получив кивок, начинаю готовить.

— Так в чём дело? — не выдерживаю молчания.

— Есть одна проблема.

Я напрягаюсь, но продолжаю тянуться за банкой с кофе. Сжимаю ложечку в руках, которая со звоном падает на стол.

Когда ко мне крепкое мужское тело прижимается.

— Проблема в том, Карин, — шепчет мне на ухо. — Что ты меня одним из своих бывших считаешь.

— Что? — мой голос на писк походит. — Я не…

— Ты решила, что я буду твои подачи принимать. Игнор включаешь, значит, я следовать должен. Такого не будет.

— Серёж…

— Тсс. А ещё я не люблю, когда из меня пытаются дурака сделать. Притвориться, что ничего не было.

Голос мужчины приобретает опасных рычащих ноток. А я стою и слушаю, хотя могу оттолкнуть.

Может потому, что отталкивать не хочется?

Сердце никогда так не трепетало. Вверх и вниз. Гулко, сильно. Дыхание становится тяжёлым, тело свинцом наполняется.

— Почти провела, — я его усмешку кожей чувствую. — Поверил, что приснилось. Ты приходила, а больной мозг своё дорисовал. Но есть один нюанс.

— Какой? — полушепотом срывается.

— Ты когда слинять пытаешься…

Сергей губами прижимается к местечку за моим ухом. Желудок кувырок делает.

— Свой запах на моей подушке не оставляй. И что мне с тобой теперь делать, Каринэ?

Глава 39

Я сглатываю. Шумный звук разносится по пустой квартире. Отдаёт жарким дыханием на коже.

Сергей не отстраняется. Он словно сильнее в меня вжимается. Отрезает пути к побегу.

— М?

Подстёгивает, пытается на ответ вывести. А я не могу ничего сказать. Медленно и размеренно дышу, чтобы взять контроль над собственными чувствами.

— Сбегать нехорошо.

Мужчина цокает недовольно. А у меня от этого звука — сердце плясать начинает. Пульсацией отдаёт в груди.

Я беру себя в руки. Разворачиваюсь, упираясь поясницей в край кухонного стола. Вскидываю голову, смотрю с вызовом.

— Я не сбегала, — нагло вру. — Ты заснул, а я ушла. Конец истории.

— А потом играла, будто ничего не случилось.

— Я играла? Вовсе нет. Ты тоже ничего не сказал изначально. Молчаливое соглашение не вспомнить. А ты его нарушил.

— Да ты что?

Сергей упирается ладонями в стол, задевая мои бёдра. Подаётся ко мне. Нависает горой, смотрит недовольно.

— Как нехорошо, — скалится он.

— Вот именно. Так что… Мы можем вернуться к нему. Ничего не было. А теперь мне нужно приготовить кофе. Я занята, Сергей.

— Кофе подождёт.

— Что ты хочешь от меня услышать? Слушай, ты болел. Это всё было случайностью. Пусть так и остаётся.

— Вот ты чего со мной воюешь сейчас?

— Я не воюю!

— Воюешь. Пытаешься что-то доказать, хоть и так всё ясно. Не надо, Карин.

Полуприказ, полупросьба. И противостоять я не в силах. Плечи расслабляются, оборона падает.

Сергей обхватывает мой подбородок. Поглаживает подушечкой большого пальца. Ласкает.

Смотрит прямо в глаза, свои намерения транслирует. Вряд ли даёт время отказать. Нет, мужчина просто моим волнением наслаждается. Вызывает трепет ожидания.

А после целует. Ох, как же он целует. Напористо и властно. Будто прикосновениями пытается заставить следовать его приказам.

Силу вкладывает в поцелуй, желание.

Сопротивляться невозможно.

Я распахиваю губы навстречу, тянусь к нему сама. Мои руки собственной жизнью живут.

Скользят по его широким плечам. Я зарываюсь в жёсткие волосы, прикрываю глаза от наслаждения.

Смущаюсь, как в восемнадцать не смущалась.

— Вот и решили, — кивает он строго. — Отлично.

— Мы ничего не решили!

Я возмущаюсь, выскальзывая из объятий мужчины. Отхожу подальше.

— Как ты можешь это решить? — я хмыкаю. — В нашей ситуации… Это… — я указываю пальцем на нас с Сергеем. — Всё усложнит сильнее. У меня сын, у тебя дочь.

— Три сына, — напоминает Сергей. — Вроде семейное положение друг друга мы знаем.

— Ты понимаешь, о чём я. Дава влюблён в Леру. Она носит его ребёнка. И я уверена, что у них будет своя семья.

— Не сказать, что я зятю рад, но пусть. И? Сама сказала — их семья.

— Всё и так достаточно запутано в моей жизни. А мы с тобой… Это усложнит в десяток раз. Мы будем вместе… И наши дети… И всё