Няня для олигарха - Элен Блио
Я на самом деле слишком юная, глупая, восторженная дурочка. Понадеялась, что у него всё это всерьёз может быть.
— Марусь, если бы я мог исправить…
— Вы мне еще предложите операцию оплатить! — не выдерживаю, вскакиваю, сажусь на кровати, оказываясь напротив его лица.
— Операцию? Какую?
— Которая восстанавливает… невинность. А что? Буду как новенькая!
Говорю, чувствуя, как слезы из глаз сами собой капают, просто мгновенно топит жалостью к себе.
Ужасно!
И самое ужасное, что я на самом деле уйти сейчас не могу. Из-за Дани.
И из-за Даши. Мне нужны эти долбанные документы.
— Марусь…
Зря я встала. Очень зря. Потому что его руки почему-то на моей талии. И я прижата к его мощному торсу.
— Не плачь, маленькая моя… Не плачь.
Слова как спусковой крючок, наоборот плотину прорывают. Утыкаюсь в его грудь, рубашку слезами заливаю.
— Тише… малышка, ну всё, всё…
Поднимает моё лицо и… сцеловывает слезы. Целует щеки, лоб виски, скулы, губы…
Боже, его губы, такие мягкие, нежные, вкусные.
Как же он целуется! Мамочки!
А Дашку я сегодня положила в детской вместе с Даней.
Боже…
— Маруся…
— Пожалуйста… Пожалуйста…
Не знаю, чего я прошу, чтобы оставил в покое? Нет. Чтобы продолжил. Еще. Хочу еще. Еще раз попробовать.
Это так… так волшебно! Пусть он хоть десять раз меня Дашей назовёт, мне плевать!
Ласкает он меня, а не Дашу! Целует меня. До блаженства доводит тоже меня.
Кажется, моего босса просить особенно и не надо. Минута, и он уже рядом, снимает с меня теплую пижамку, расстегивая свою рубашку.
Боже…
Его губы везде.
Я помнила, что это прекрасно, но не помнила насколько. И я хочу еще, и еще, и еще.
До атомных взрывов в голове, до искр в глазах, до лавы в венах.
До упора.
Когда нет тормозов.
Когда не понятно, где он, а где я, где мы оба. Когда мы просто летим, парим друг над другом. Обнявшись, впечатавшись друг в друга.
Хорошо.
Нет.
Офигенно!
Блаженство!
Я растворяюсь, распадаюсь на атомы, растекаюсь блаженной лужицей по поверхности вселенной.
Люблю его.
Хочу его навсегда.
Боже, пожалуйста, хотя бы еще на пару дней, месяцев, часов.
Вот так…
— Боже, ты такой…
— Какой?
— Большой. И колючий.
— Прости, я не успел побриться.
— Мне нравится.
— Я буду осторожнее.
— Нет, мне нравится так. Нравится, что ты меня царапаешь.
— У тебя такая нежная кожа. Везде. Особенно там. И ты… ты пахнешь весной. Такая сладкая, как карамелька.
Смеюсь, смеюсь от счастья, потому что это неожиданно очень приятно, когда он так говорит!
И почти на самом пике, глядя в глаза, он…
— Маруся, мы обязательно поженимся, слышишь? Обязательно. Ты… ты моя. Моя. Только…
И я взрываюсь. Разлетаюсь как парашютики одуванчика от дуновения ветра или дыхания влюбленных.
Чувствую, что он тоже на грани и это так… волнительно. Ему нравится делать это со мной? Или… в принципе нравится это делать?
Боже, Маруся, когда ты научишься отключать голову, когда не надо? Вернее, когда надо!
Иван со стоном опускается на меня, дышит тяжело.
А я с замиранием сердца жду, что же он скажет.
— Маруся…
Уже хорошо. Не Даша.
Только бы не просил прощения, только бы не…
— Прости…
Блин, ну почему?
— Прости, я тебя раздавил…
Ох…
— Нет, я… всё хорошо…
— Хорошо? И только? Чёрт… я думал ты как филолог придумаешь больше эпитетов. Как там сейчас говорят? Крышесносно? Оргазмично?
— Не знаю, как где говорят, это же вы у нас опытный.
— Опять на «вы»? Точно, хреново я старался, теряю хватку. Ничего, дай мне минут пять, я буду готов продолжить.
— Продолжить… что?
— Ублажать тебя, удовлетворять, чтобы твоё «хорошо» превратилось хотя бы в отлично.
— Я… хорошо, всё было отлично.
— Ты что, одолжение мне делаешь?
Он нависает, становясь на локоть, ухмыляется нагло.
Боже, какой он красивый.
Я не могу удержаться, провожу по его щеке, убираю непослушный вихор челки, а он… он удерживает мою ладонь в своей, целует её.
— Я говорил тебе, что ты очень красивая?
Опускаю ресницы, чувствуя, как краска подбирается к щекам.
— Красивая, нежная, маленькая моя жена…
Жена.
Он… он ведь это не в серьёз?
Или…
Я не знаю. Я обещала Дане, что буду его мамой. Но… я не могу вот так. Не могу без любви.
Слова Ивана о моей внешности, обо мне, конечно, приятны, но это только слова. И просто сказаны к месту.
Мне нужны не слова. Не знаю, что мне нужно.
Он мне нужен, весь, без остатка. Его любовь. Его сердце. На меньшее я не согласна.
Поэтому…
— Марусь, давай завтра определимся, нужно чтобы ты выбрала формат, сколько гостей хочешь, пышно, скромно, всё как ты решишь. Я готов к любому кипишу. Обсудим вместе, потом я приглашу специалиста из компании, организующей свадьбы. Поняла? Еще нужно будет съездить в свадебный салон, выбрать платье, и всё остальное. Букет, что там еще…
— Там еще согласие невесты. Где-то потерялось.
— В смысле?
— В коромысле, Серкан Болатович. Я не сказала «да».
— Так скажи?
Глава 60
Не сказала.
Но и от свадьбы не отказывается.
Вроде бы всё хорошо, да? Но почему-то такое чувство внутри, что что-то не так.
Всё не так.
Я вижу. Понимаю.
Не так.
Неправильно всё.
Нельзя было вот так начинать, с фиктивных отношений. И никак не стоило начинать.
Маруся достойна большего. И лучшего чем я.
Того, кто будет любить её по-настоящему.
Того, кто никогда не предложил бы ей такую идиотскую затею как фиктивная помолвка.
И не сделал бы того, что сделал я.
Есть над чем подумать.
И есть с кем поговорить.
Дед меня, конечно, внимательно слушает, усмехается.
— А сам-то ты чего хочешь, Иван?
Чего хочу я?
Не знаю.
Зато знаю, чего хочет мой сын.
Слышал.
— Я хочу, чтобы ты была моей мамой, пожалуйста, Маруся, пожалуйста…
Тоненький голосок моего сына, и нежный голос Маруси, которая обещает Даньке, что выполнит его просьбу.
И я понимаю, почему она пошла на всё это. На свадьбу. И на всё остальное.
И почему не отказывает мне, когда я тяну её в свою спальню.
Чёрт. Я делаю это часто.
Мы уже почти месяц живём в моём доме.
Переехали, наконец.
Почти сразу после той ночи, когда я сделал своё неуклюжее предложение, а Маруся не ответила.
Мне повезло, что ремонт и подготовку закончили буквально за пару дней.
И я рад услышать от Маруси
