Ядовитое влечение - Т. Л. Смит
Сначала я колеблюсь, но потом его руки находят край его рубашки на мне. Он аккуратно снимает её, затем расстёгивает молнию на юбке и стягивает её вниз вместе с трусиками.
— Ты когда-нибудь о ком-то заботился? — спрашиваю, внимательно наблюдая за ним: как при каждом шаге колышутся волосы, как его пальцы сжимают мою одежду перед тем, как он роняет её на пол.
— Нет. И никогда в жизни я не буду проявлять такую заботу к кому-то, как к тебе сейчас, — бормочет он.
И я ему верю.
Ненавижу, что верю. Но верю.
Он разворачивает меня и, положив ладонь на поясницу, мягко ведёт под душ. Я встаю под горячую воду, он входит следом и закрывает стеклянную дверцу.
Я опускаю глаза и вижу, как грязь стекает с моей кожи, исчезая в стоке. Если подумать, возможность просто стоять под горячей водой и отмываться — это роскошь. Звучит странно, но Делани больше никогда не сможет сделать даже такую простую вещь, как смыть грязь со своей кожи.
Вообще-то я даже не знаю, что будет с грязью на ней. Её обмоют? Странные мысли, но мой разум с трудом переваривает случившееся.
— Хватит, — тихо приказывает Арло, намыливая мне спину. — Ты ничего не могла изменить. Ты поступила как настоящая подруга, и мы её нашли.
— Мы нашли её только потому, что он похитил меня, — отвечаю, продолжая безучастно стоять под водой.
— Нет, мы уже вышли на него. Просто не знали, что ты у него.
— Ты поехал туда ради неё? — Это совсем не похоже на него.
— Да. А теперь давай смоём с тебя всё это и ляжем спать. Завтра нужно будет всё уладить. — В этот момент на его телефон приходит сообщение. — Наверное, Бостон. Он собирается сделать так, чтобы их нашли уже сегодня ночью, чтобы тебе не пришлось ждать. Ты сможешь горевать, не скрываясь.
— Я бы всё равно ничего не скрывала, — честно говорю я.
— Ты не можешь рассказать Себастьяну. Не можешь сказать ему, что случилось, — предупреждает Арло.
Я делаю глубокий вдох.
— Тогда они убьют меня, да? — Даже от этой мысли по коже проходит дрожь.
— Попытаются, — отвечает с уверенностью.
Я кладу голову ему на грудь, пока он перебирает мои волосы, вероятно, вымывая остатки грязи.
— Почему ты здесь, Арло?
— Потому что ты здесь, — шепчет он мне в волосы, мягко целует их и выключает воду. Берёт полотенце, вытирает нас обоих, затем выходит и протягивает мне руку. Оборачивает полотенце вокруг меня и спрашивает: — Пижама?
— В верхнем ящике, — отвечаю и поворачиваюсь к зеркалу.
В отражении я вижу женщину с потухшим взглядом. Сломанную. Как её собрать заново? Смогу ли я? И возможно ли это теперь? Щека покраснела — видимо, он ударил меня, когда я была без сознания. Живот весь в синяках после его пинков. Я стараюсь об этом не думать, когда Арло встаёт позади меня.
— Сестра Реона — медсестра. Она предложила прийти и осмотреть тебя, если ты не против.
— Не сегодня. Я в порядке. Просто хочу спать.
— Тогда завтра, — говорит Арло.
Затем тянется за футболкой и надевает её на меня, и я невольно морщусь, когда приходится поднять руки.
— Прости, — тихо говорит он.
Я ничего не отвечаю, просто опускаю руки. Он подводит меня к кровати, откидывает одеяло, и, когда я ложусь, аккуратно укрывает меня.
— Хочешь, чтобы я остался? — спрашивает, склонившись надо мной.
— Да, — отвечаю без колебаний. Я хочу этого. Прошло много времени с тех пор, как мне хотелось почувствовать чью-то защиту. И, боюсь, что сегодня я нуждаюсь в ней больше всего.
Он молча обходит кровать, сбрасывает полотенце и ложится рядом.
— Где твои чётки? — спрашиваю, замечая, что их нет. Затем вспоминаю, как они упали в грязь после того, как он задушил Райласа.
Арло притягивает меня к себе так, что моя голова ложится ему на сгиб руки, а я прижимаюсь к нему, насколько могу, стараясь не задеть больной живот.
— Они мне больше не нужны, — просто говорит он и тихо добавляет: — Спи.
Вскоре веки, налитые свинцом, сами смыкаются.
И всю ночь мне снится только она.
44. Арло
Конфиденциально (только для личного пользования)
НАБЛЮДЕНИЯ:
Испытал неожиданный эмоциональный дискомфорт.
Почувствовал растерянность и не знал, как разобраться в своих чувствах…
Она спала неспокойно. Несколько раз дергалась у меня на руках и просыпалась с криком. Каждый раз я её успокаивал. Видеть, как ей больно, точно не входило в мои планы.
Когда Кора наконец просыпается без крика, она смотрит на меня усталыми глазами.
— Это всё правда, да?
Я киваю. В этот момент раздается стук в дверь.
Она напрягается. Я встаю с кровати, иду в ванную, натягиваю брюки и направляюсь к двери. Когда открываю, вижу Себастьяна с красными, опухшими глазами.
— Я только что узнал о том, что случилось с Делани. Она знает? — Он шмыгает носом.
— Да.
Себастьян вытирает глаза и заглядывает в квартиру через моё плечо.
— Можно войти?
Я отступаю, зная, что Кора захочет его видеть. И надеясь, что она не скажет ему лишнего, потому что если скажет… расплачиваться придется всем нам.
Отверженные были моим домом последние десять лет — местом, где я всегда чувствовал себя в безопасности. Где мог потакать всем своим извращенным наклонностям. И пусть я не хочу это терять, рядом с ней мне больше не нужно подпитывать свою тьму так, как раньше. Словно её принятие глушит во мне эти стороны. Я рассказал ей о самом худшем в себе, и она всё ещё рядом. И пусть сейчас я у неё дома, я не уйду, пока не буду уверен, что с ней всё в порядке.
По пути на кухню слышу, как они оба плачут. Там хватаю всё, что нахожу, и начинаю готовить завтрак. Кора вчера не ела, сейчас ей нужна еда. Ей нужно восстановиться и прийти в себя.
Я слушаю их тихий разговор, пока замешиваю тесто для панкейков и
