Поцелуй меня, Док! - Девон Этвуд
Но Джемма.
Я могла бы сказать ему, что согласна, и, возможно, это дало бы мне немного времени, чтобы всё обсудить с ней. Может, мы поговорили бы с Дженис. Но даже в этом случае Джемма рисковала потерять работу. А как только бы узнала, что Вон вернулся и шантажирует меня, она включила бы свою личную армию презрения и ярости. Уволилась бы и сделала какую-нибудь совершенно безумную глупость, чтобы отомстить — скорее всего, незаконную. И тогда всё стало бы только хуже.
Значит, оставался единственный честный выход. И Вон это знал. По самодовольному изгибу губ, по подёргивающейся брови — всё в его лице говорило: он уже просчитал все ходы. И он знал, какой из них я сделаю. Он убрал телефон, выключив экран, и засунул его в карман своих штанов цвета хаки.
— Дай мне шанс, Рути. Я тебя хорошо знаю.
Мой взгляд стал ледяным.
— Да, ты у нас гений.
— Ты тоже умная, — продолжил он, пристально следя за мной. — Вот почему я и настаиваю, чтобы ты пошла со мной сейчас. Советую сказать своему доктору, что ты передумала и уезжаешь сегодня со мной.
Воздух моментально вышел из лёгких.
— Сейчас? Я не думала, что ты буквально... Вон, я вообще-то сейчас на... — Я запнулась. На чём? На свидании? Господи, Рут. Ты переспала с ним два — ну ладно, полтора — раза, и уже решила, что это что-то серьёзное?
— Я имею в виду — дай ему понять, что ты сама этого хочешь, Рут. Иначе твой рыцарь в блестящем смокинге тут же бросится спасать тебя, и весь наш план пойдёт прахом.
Кэл бы точно попытался меня спасти. Сделал бы какую-нибудь глупость — рассказал бы Джемме, Дженис… может, даже ударил бы Вона. А такие истории точно не идут на пользу клиникам, получающим награды. Особенно если речь о драке прямо на церемонии. Я сжала зубы.
— Ладно. Да. Я дам ему понять, что ухожу по своей воле.
— И чтобы ты не пыталась выкинуть чего-нибудь за моей спиной, — Вон развернулся и обвил меня рукой за талию, прижимая к себе, — предлагаю тебе отправить ему сообщение. Без сцен.
— Это уже на грани похищения. Ради гуманитарного исследования, — процедила я, отталкивая его.
— Ради нашей карьеры, — легко ответил он, и его липкая ладонь прилипла к моей открытой руке, как мокрый морской еж. — Ты ещё скажешь мне за это спасибо.
Он повёл меня к выходу, но я уперлась.
— Я не пойду с тобой прямо сейчас. Сначала поговорю с Кэлом. Скажу ему, что уезжаю. Убери от меня руки, Вон.
— Перестань, — рявкнул он.
Мы остановились перед дверьми, и его хватка стала мёртвой. Он посмотрел на меня с раздражением и злобой.
— Ты и так доставила мне кучу проблем. Не хватало ещё публичного разрыва. Мы вылетаем в среду, а извинения можешь отправить по почте.
Я впала в панику. Не ожидала, что он собирается просто увести меня молча, не дав даже попрощаться с Кэлом. Не объясниться. Не сказать хоть что-то.
А я должна была объясниться. Я знала, что для Кэла это будет больно. Я не думала, что он влюблён в меня или как-то особо от меня зависит… но, Господи. Мы были вместе. Мы смеялись, целовались, делились самым сокровенным. Я открылась ему. И он — мне. И теперь я уйду просто так? Как будто он ничего не значил?
Как будто мои мысли притянули его, я услышала шаги, приближающиеся по тёмному коридору. Кэл свернул за угол. В первый момент он застыл — удивлённый, вглядываясь в нас, в Вона и его руку у меня на плече. Потом его лицо нахмурилось, и он пошёл к нам. Его яркие глаза впились в меня с тревогой.
— Рут?
Я застыла от ужаса. Я не могла это сыграть. Не могла делать вид, будто хочу быть в объятиях Вона. Что хочу идти с ним. Потому что на самом деле я хотела Кэла. Его доброту, его лёгкость, его улыбки и поцелуи. Я хотела его всего. Хотела настолько сильно, что в какой-то момент почти решилась бросить всё — всех — лишь бы остаться с ним.
Но Вон протянул руку Кэлу, разрушив этот порыв.
— Кэл Рид? Мы как раз говорили о вас. Доктор Хормел.
Кэл не пожал ему руку, взгляд его не отрывался от меня.
— Что происходит? — Его голос стал жёстким, в глазах закипала ярость. — Убери от неё руки.
Я сглотнула.
— Кэл...
Вон убрал руку и посмотрел на меня с притворно озадаченным выражением.
— О, Господи. Ты не сказала ему, милая?
Он врал так гладко, что меня вывернуло. Всё внутри сжалось в жгут — как промокшие ленты, запутавшиеся в сушилке.
— Я… — Я не могла подобрать слов. Лицо Кэла мрачнело: тревога, злость и вот уже грозовая туча.
— Я... я не могла тебе сказать, — прошептала я.
— Не могла сказать что? — Кэл сжал челюсть, метнул взгляд на Вона и снова на меня. — У тебя три секунды, чтобы объяснить, прежде чем я сам оторву ему руку.
— Это связано с её работой, — поспешно вмешался Вон, отпуская меня и поднимая руки. — У нас командировка в Италию. Ты хотя бы об этом ему сказала, Рут?
Я покачала головой. Мне не хватало сил смотреть Кэлу в глаза. Это была пытка.
— Не смогла.
— У тебя… и правда есть работа в Италии? — переспросил он, голос стал сдержанным.
Я кивнула, глядя на свои туфли.
— Всегда была. Я просто… соврала.
— Рут, — сказал Кэл, и моё имя разнеслось по фойе, словно хлыст.
Я подняла глаза. Он потянулся ко мне, но я отшатнулась и прижалась к Вону. А потом моё сердце превратилось в свинец, я не могла поверить, что сделала это. Что отступила от Кэла, от его надёжных рук, к Вону. Но я не могла вынести взгляд Кэла. Не могла видеть боль, которую причиняю. Не могла отвергнуть его так, как отвергали меня. И всё же делала именно это.
— Эй, приятель, — сказал Вон, взяв мою руку и потянув за собой. — Слушай, я знаю, что она тебе наговорила, но всё не так. Рут — моя
