На грани развода - Марика Крамор

— А вы что в свободное время не подаёте?

— Все, хорош, — одёргивает его кто-то.

Мозги уже плавятся от раздражения.

— Обалдеть наставники… Прям хочется соответствовать, — окидываю мужчину презрительным взглядом. — Кирилл, пойдём.

Беру сына за руку, тащу прочь.

В раздевалке стоит гомон. Ребята переговариваются, кричат, что-то друг другу рассказывают.

— Мне очень приятно, что ты за меня заступился. Я горжусь тобой. Пусть все знают, что у меня есть защитник. А если ты в следующий раз никого своими словами не обидишь, это будет ещё лучше.

— А че он…

— Кирилл. В прошлый раз мы уже все решили. И он мне помог, когда одолжил лёд. А сегодня ты нагрубил. Просто подошёл и нагрубил. Ты своим поведением обидел тренера.

— Я у него не занимаюсь!

— Зато кто-то другой занимается. А если бы мне просто так кто-то нагрубил, это было бы неприятно, согласись? — заглядываю ему в глаза.

— Ну да… — задумчиво.

Выходим. Досада копится. Откуда в Кире столько агрессии? Мы дома особо не ругаемся. Опять от недостатка внимания? Чувствую очередной укол совести.

— Мам, я пить хочу.

— Ладно, пошли к автомату.

Выбираю воду. Бутылка падает.

Кир воодушевленно сует руку в лоток для выдачи, что-то бормочет себе под нос. Помогаю открутить крышку, и сын тут же жадно присасывается.

Присаживаюсь на корточки, выбирая злаковый батончик.

Возле моего лица чей-то палец с короткими аккуратными ногтями постукивает по стенке автомата.

— Вот этот вкусный. С ягодами.

Лёгкий поворот головы… Взгляды наши встречаются. А я в который раз залипаю на пронзительном голубом оттенке.

Сбрасываю наваждение.

Не говоря ни слова, выбираю батончик, который посоветовал горе-тренер.

Принимаю от сына протянутую бутылку, выпрямляясь. А Кир снова лезет в лоток за батончиками.

На этот раз молча.

— Я, вообще-то, заехал специально. Ещё раз извиниться. И удостовериться, что после удара нет проблем.

— Удостоверились? — хорошо, что удар не пришёлся к свадебному торжеству. Фингал не то, что мне нужно. — Мы тогда пойдём, — бросаю досадливо.

Отворачиваюсь. Резко устремляюсь вперёд.

Мужчина не отстаёт. И кстати, то, что он далеко не двадцатилетний пацан, я уже заметила.

Продольные складки на лбу. Зрелые черты лица. На руке классический серебристый браслет с чёрным крупным циферблатом. Да и фигурная небритость добавляет статуса.

Тридцатник. Железно.

Проходим мимо администратора.

— Пока, — доносится из-за стойки приторный женский голос. Такой сладкий, аж тошнит. — В понедельник будешь?

Краем глаза замечаю, что мужчина слегка морщится.

— Не планировал, всё ж сегодня привёз, — отрезает и распахивает перед нами с сыном дверь.

Иду как воды в рот набрала. Незнакомец не отстаёт.

Кир с неприязнью косится на мужчину.

— Точно все в порядке?

— Все нормально, — не считая килограмма штукатурки на моем лице. А так норм.

— Мне до сих пор жутко неловко. Я все ещё немного переживаю.

Тут обрушивается неожиданная мысль, я даже останавливаюсь, крепко сжимая в руке детскую ладошку.

— Не волнуйтесь, я жаловаться никому не стану. Вы новый тренер? Я слышала, администрация искала на замену.

— Нет, я не тренирую. Да и вообще-то… не играю.

Логично. Откуда у простого тренера обычной футбольной секции на запястье возьмётся Брайтлинг?

— Ну это многое объясняет.

— Например?

Улыбаюсь в ответ на нереально яркий вопросительный взор: мужчина смотрит с безграничным интересом.

— Например, почему вы мимо ворот попадаете.

Незнакомец недоверчиво прищуривается. А уголок губ слегка съезжает вниз в кривой усмешке.

— Не, ну так-то я иногда и голы забиваю, — смеётся.

— Примите мои искренние поздравления.

— Мам! Ну пойдём, — вклинивается Кирилл. Тянет за собой. — Нас папа ждёт!!!

Глава 5

Ох, как же я надеюсь, что не перегибаю палку!

Скрещивая пальцы, прячу руки за спину.

— Жень… — заглядываю в детскую. Тут вовсю идёт игра горячо-холодно. Это после мотогонок. — А ты долго ещё у нас будешь?

— К чему вопрос? — супруг вскидывает голову.

— Вы пока играете, я схожу в душ.

— Иди, конечно. В чем проблема.

Довольно щурясь, отворачиваюсь от мужчин.

«Ну надеюсь, ты ни к кому не опаздываешь…», — молча скалю зубки.

Запираю дверь. Из выдвижного ящика достаю упаковку невостребованной морской соли. С ароматом лаванды. Вскрываю.

Щедро высыпаю на дно и откручиваю вентили.

Набираю немного воды. Перешагиваю через бортики, ощущая стойкую прохладу металла. Медленно усаживаюсь…

Мммм…. Кааааайф!

Какой же кайф!

Позволяю себе расслабиться. Приподнятое настроение не даёт улыбке сойти с губ. В душе впервые за последнее время лёгкость. А уж за последние дни и подавно.

В общем, ты, Женечка, пока с сыном посиди, а я тут поотмокаю.

Спустя полчаса в очередной раз подливаю горячую воду.

— Кать, — раздаётся резкий стук в дверь, — ты скоро?

— Я только начала, — неслышно прыскаю в кулак. — А что такое?

— Как это начала?! Тридцать минут уже прошло.

— Спасибо, что секунды не посчитал, — вот зануда, что с него взять. — Давай ближе к делу.

— Кир голодный.

— Холодильник в вашем полном распоряжении.

— В смысле? А ты разве не сама на стол будешь накрывать?

— Пока занята. Ты с ним, и я спокойна.

— Понятно, — скрипит зубами. — Ну а ты-то скоро?!

— Скоро, скоро.

Через три минуты доносится новый стук.

— Он не хочет рис.

— Ну спроси, что хочет.

— Картошку фри хочет!

Закатываю глаза к потолку.

— А откуда он про ее существование знает?!

— Ладно, мойся… — сдувается супруг, а я погружаюсь в воду глубже, только колени торчат.

— Кать, — через пять минут очередной стук приглушённым отзвуком вновь отлетает от кафельных стен. — А где огурцы?

— Ты первый раз на кухне? — придаю голосу строгости. — Поищи в выдвижном ящике.

Правда, до них ещё долезть надо. Но пусть ищет.

— Кать! — звучит вновь через две минуты. — Кир говорит, я порезал не так!

Сынок, какой ты у меня умница!

— Ну возьми новый огурец, а из этого мне салат сделаешь, — предлагаю «бесхитростно».

Сильнее откручиваю вентиль, заглушая ответ супруга.

В итоге пока я использовала все масочки и бальзамы, время натикало уже ого-го, и это при том, что я ещё умудрилась вести рабочие переписки. Жуть как неудобно, конечно, но что поделать…

В коридор неслышно выхожу в облачке пара, а прохлада квартиры покусывает открытые участки кожи, коих я намеренно оставила предостаточно. Женя сидит ко мне спиной.

Кир довольный встаёт из-за стола, забывая о том, что за собой нужно оставить чистое место.

— Тарелку, — напоминаю.

Женя вздрагивает.

Сын без разговоров относит посуду и приборы в раковину.

— Пап, ну что, пошли дальше играть?! А то ты опять потом скажешь, что перед сном не надо разыгрываться.

— Кир, мы с папой хотели… — начинаю сложный разговор, потому что