Прекрасная новая кукла - Кер Дуки

— Она моя, — прорычал я, отшвыривая занавеску.

Его глаза округлились от ужаса. Я схватил его за челюсть, выдернул из душа. Он поскользнулся на мокром полу, но моя хватка была железной.

— Думаешь, можно трогать то, что моё, и остаться безнаказанным? — прошипел я, заставляя себя говорить тише. Стены тонкие.

— Н-нет… Я не… не знаю, о чём ты, — он заикался, весь обмяк от страха.

Я ударил его коленом в пах. Он завизжал, как сука, а затем вскрикнул, когда я втолкнул его обратно в спальню.

— Одевайся. Пока я не содрал с тебя кожу и не прибил твой член ко лбу.

— Т-ты… ты же не изнасилуешь меня? — выдавил он, и в его голосе прозвучала тупая, оскорбительная надежда.

Урод.

— Изнасилую? — я захохотал, и смех вышел ледяным и беззвучным. — Разве что в твоих самых грязных фантазиях, ублюдок.

Он злобно посмотрел на меня, и этого было достаточно. Я набросился, пригвоздил его к полу лицом вниз. Он дёргался, слабый, как червяк.

— Хочешь, чтобы у тебя в заднице оказался член большого страшного мужика? — прошептал я ему на ухо.

Он разрыдался. — Н-нет… п-пожалуйста…

— Я не гей, придурок, — я снова рассмеялся, холодно и мрачно. — Я влюблён в женщину, к которой ты посмел прикоснуться.

— Элизабет? Т-ты её парень?

— Я её Хозяин.

— Прости… она… она никогда о тебе не упоминала…

В этот момент в кармане завибрировал мой телефон. Я сорвал с пола его же футболку, заткнул ему рот и сел сверху, чтобы обездвижить. Убедившись, что он не дёрнется, ответил.

— Плохие новости, — её голос звучал расстроенно. — Я уронила сумку с яйцами. Кажется, шоколадного торта не будет.

— Приготовишь его для меня в другой раз, куколка. А десерт я тебе обеспечу позже, ладно?

Она рассмеялась, и в смехе послышалось облегчение. — Кажется, я говорила — не торопить события.

— Я буду есть свой десерт очень-очень медленно, красавица. Так медленно, что ты будешь умолять меня поторопиться.

У неё перехватило дыхание. — Хозяин...

— Да, куколка?

Подо мной ублюдок заёрзал и крякнул. Я ударил его локтем в висок — резко, точно. Он обмяк, потеряв сознание, без лишних синяков.

— Увидимся через два часа, — сказала она, и в голосе снова зазвенела радость. — Посмотрим, куда нас занесёт ночь.

Ночь занесёт тебя прямиком в мой бункер, где я буду трахать тебя до потери пульса, — подумал я.

— Скоро увидимся, куколка.

Я положил трубку. Время поджимало. Нужно было закончить здесь и успеть к ней.

Я быстро набрал на его компьютере записку: «Прости. Больше не могу». Стёр отпечатки с клавиатуры.

Потом подтащил его безвольное тело к окну. Второй этаж. Достаточно высоко. Просунул его голову в проём и толкнул. Тело упало на асфальт с глухим, окончательным стуком.

Я вышел из квартиры тем же путём, что и вошёл.

Я иду за тобой, новенькая куколка.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

УНИКУМ

ДИЛЛОН

— Это тот же самый ублюдок? — Маркус не сводит глаз с трупа, с двухдюймовой, аккуратной, как по линейке, щелью на горле.

Мы снова в «Rebel’s Reds». Звонок о новом трупе пришёл на рассвете. Я всё ещё кипел от злости, что это проклятое место успело открыться снова. Оказалось, Лоу был не владельцем, а всего лишь управляющим. Его грязные сделки проходили мимо официальных счетов. И с точки зрения закона мы не могли помешать нанять нового менеджера и продолжить крутить музыку. Абсолютно бредовая ситуация.

Сейчас семь утра, а мы всё ещё на месте преступления, которое, судя по всему, произошло часов десять назад. — Совпадение? — добавляет Маркус, его голос звучит плоско.

Я не верю в совпадения. Особенно в нашем деле. Это место должно было стать моей первой остановкой сегодня — допросить Скарлет, ту самую свидетельницу, что привела нас к Харрису. Я никак не ожидал, что вернусь сюда из-за очередного трупа.

Но здесь всё иначе. Один точный разрез. Чистая, быстрая работа. Никакого излишнего насилия. В луже запекшейся крови вокруг головы жертвы видны отпечатки подошв — либо того, кто нашёл тело, либо убийцы. Если это убийца… то вряд ли тот же, что расправился с Лоу. Не станет один человек так осторожничать на одном месте и так легкомысленно пачкать обувь на другом.

— Я знаю, о чём ты думаешь, — говорит Маркус, — но вдруг этот парень просто оказался не в том месте? Может, у него были свои разборки, или он работал здесь, а кто-то его узнал, пригрозил? — Он перебирает версии, но в его голосе нет уверенности.

— Весь мусор — на проверку. Может, оружие выкинули, — отдаю приказ, не отрывая взгляда от тела. — Мне нужно всё о жертве. И никто из персонала не уходит, пока мы не опросим всех. Список тех, кто был вчера на смене.

Я методично скольжу взглядом по каждому сантиметру — тело, пол, стены. Первый осмотр — всё. Можно упустить какую-то мелочь, которая потом сломает всё дело. И вот я замечаю: справа от тела, не там, куда он упал, — ещё одна небольшая лужица крови. От неё тянется несколько коротких, неровных брызг.

— Маркус, — окликаю я, отрывая его от разговора с перепуганным барменом.

Он подходит, его серо-стальные глаза сужаются, изучая аномалию.

— Вторая жертва? — бормочет он, озвучивая мою мысль.

И в этот момент позади нас раздаётся короткий, сдавленный визг. Крышка одного из мусорных контейнеров захлопывается. Бледная, как мел, Джози зажимает рот ладонью и мотает головой. Она — протеже семьи Маркуса, стажёрка, мечтающая о значке. Он настоял, чтобы она сегодня поехала с нами, с условием «ничего не трогать». Как будто она когда-нибудь слушается.

Это её третья вылазка. И, чёрт возьми, последняя, если от меня что-то зависит.

Она продолжает качать головой, тыча пальцем в сторону контейнера. Понятно, что словами она сейчас не выдавит ничего. Маркус, тяжело вздохнув, подходит к баку и резким движением откидывает крышку.

— Чёрт, — вырывается у него хриплое ругательство. Он отшатывается, прижимая нос к сгибу локтя, пытаясь заглушить запах. Мой всегда безупречный напарник в своём костюме из прошлой эпохи выглядит потрёпанным, почти уязвимым.

Я делаю несколько шагов вперёд, набираю воздуха в лёгкие и готовлюсь к худшему. Над контейнером вьётся рой мух. Среди мешков с отходами и объедков,