И всё-таки я выберу тебя! - Лина Черникина

Только сначала я увидела букет, а уже потом Кирилла. Букет был красивый и очень нежный: розовые розы и белые хризантемы пахли весенней свежестью.

— Это тебе, — улыбнулся Кирилл. Заискрились его морозные глаза, и я вновь поняла, что люблю его. Просто люблю — и всё.

Он поцеловал меня в щеку, открыл дверцу машины. Краем глаза я увидела, что на балкон вышла мама. Она раздраженно покачала головой, сердито посмотрела на нас — и исчезла. Я вздохнула и решила не думать об этом.

— А где же Андрюша? — удивился Кирилл, заводя машину. — Я думал, что он будет с тобой.

— Папа повел его в цирк.

— Папа? — насторожился Кирилл, и я торопливо проговорила:

— Нет, не Егор. Мой папа, — и добавила негромко. — Он считает, что первые дни нам лучше побыть вдвоем.

— Твой папа — мудрый человек. Он сразу мне понравился. Я думаю, Андрюша нам бы не помешал. Но, раз так случилось, значит этот вечер — только наш, — Кирилл посмотрел на меня и добавил. — Ариша, не думай ни о чем сложном, не переживай. Поверь, ты имеешь право на простое счастье.

— Мы едем в новую квартиру? — поинтересовалась я, когда мы выехали на проспект. — Но ведь это в другой стороне.

— Я подумал, что сначала нам нужно заехать в торговый центр и купить что-нибудь полезное, — сказал Кирилл. — Я тут проехался по городу и увидел, что самый большой центр — «Океан». Там и одежда, и посуда. И приличный рыбный ресторан.

— Да, но там всё так дорого…

— Ариша, не думай об этом. Я не миллионер, конечно. Но разве я не имею права сделать для тебя что-нибудь хорошее?

И мы поехали в «Океан» — странное название для торгового комплекса, который находится так далеко от морей-океанов. Мне даже не пришлось говорить Кириллу, что хотелось бы купить что-то из одежды, полотенца, гель для душа и шампунь. Он сам уверенно привел меня в большой торговый зал, где можно было взять всё, что угодно: от шарфика до одеяла, и проговорил:

— Давай выберем всё, что нам нужно на первое время. И пожалуйста, не переживай из-за денег! Сегодня заказчик перевел мне приличную сумму. Нам на всё хватит.

И мы купили и полотенца, и расчески, и уютный клетчатый плед, и смешные белые чашки с котиками (в квартире у Лариски была посуда, но нам захотелось свою). Выбрали две пижамы — мужскую и женскую, но обе голубые, в одном стиле. Подумали и кинули в корзину домашние тапочки. Кирилл уговорил меня купить джинсы, светлую рубашку и коричневую водолазку, хотя я объясняла: «Это дорого… Это лишнее! Дома у меня много одежды, только нужно ее оттуда забрать». «Но ведь нужно носить и что-то новое!» — возразил Кирилл. И сунул мне в руку карточку: «А еще купи себе колготки и что там еще нужно для девушки, сама посмотри…»

Потом мы отправились в супермаркет и купили самых разных продуктов: курицу, овощи-фрукты, зелень, рис, кофе, пачку чая, зефир и пирожные. Я подумала, что со стороны мы выглядим так, будто уже много лет живем вместе.

А ведь между нами еще ничего не было…

И у меня заколотилось сердце.

Я поняла, что скоро всё случится. И я хочу этого, и жду этого, и беспокоюсь, будто я не взрослая женщина, а невеста на выданье.

Но я ни с кем не ложилась в постель, кроме Егора.

А с Егором у меня давно ничего хорошего не было.

«А как будет сейчас?» — подумала я и залилась краской, словно мне снова семнадцать лет.

Глава 34. Красавица

Мы приехали в квартиру, положили пакеты с покупками на стол. Сунули в холодильник творожки, йогурты и прочие свежие продукты — и, не сговариваясь, шагнули к балкону. Так манила голубая красивая даль, украшенная ажурными золотыми листьями.

Мы дышали прохладным вечерним воздухом, пахнущим листьями и водой, смотрели на открывающиеся пейзажи и разговаривали так просто, будто знали друг друга много лет. Вот словно выросли на одной улице.

Наша беседа началась еще в ресторанчике со смешным названием "Рыбка, говори!", а продолжилась в квартире, которой суждено было на некоторое время стать нашим домом. В ресторане было замечательно: уютно, душевно и очень вкусно. Но здесь было еще лучше.

Сейчас, глядя на темнеющий речной простор, я рассказывала истории про давнюю дружбу с Лариской, говорила о наших учителях и школьных приключениях. Кирилл тоже вспоминал разные забавные случаи, и мы, словно дети, смеялись, забыв про все сложности и проблемы.

Кирилл сообщил, что его родители живут в большом городе на Волге, а он в юности уехал, чтобы учиться в Москве, да так в столице и остался. И мне отчего-то стало спокойнее — по крайней мере, никто не скажет, как моя свекровь Елена Ивановна, что я понаехавшая, прицепилась к москвичу ради прописки и жилплощади. Да и своей жилплощади у Кирилла, кстати, тоже нет.

— А почему ты в юности выбрал для поступления Москву? — поинтересовалась я. — В твоем городе, я знаю, тоже есть хорошие вузы.

Кирилл вздохнул, помедлил и нехотя признался:

— На самом деле, это Настя меня уговорила. Я действительно хотел поступить в университет недалеко от дома. Но… Настя считала, что всё это так мелко, так скучно, нужно обязательно ехать в столицу. Мы учились в одной школе, только в параллельных классах. Дружили с восьмого класса. Так и сложилось.

— А в юности Настя была… ну, такой же? — ревниво поинтересовалась я, вспомнив ее рыжие дреды и татуировки, громкий голос и пристальный взгляд.

— Ну да, — сразу понял меня Кирилл. — Она всегда была такой, как сейчас. Импульсивной. Взбалмошной. В общем-то, странной немного.

«…Просто ненормальной!» — язвительно подумала я, но вслух не сказала.

— Ну, я тогда и подумал: Настя же пропадет без меня в Москве. Вот мы и поехали вместе. Поступили учиться, повезло. И на этой волне как-то сразу и поженились.

— Значит, первая любовь… — проговорила я, стараясь скрыть нотки ревности.

— Вот даже не знаю, любовь это была или какая-то болезненная зависимость, — задумчиво сказал Кирилл. — Мне казалось, что я за нее отвечаю. За ее безопасность, за здоровье, наконец. Она же то покурит что-то не то, то напьется с первыми встречными, то среди ночи соберется и укатит куда-нибудь с какими-нибудь рокерами на мотоциклах. Мы и жить-то решили вместе, потому что я за нее