Обманчивые клятвы - AJ Wolf
Она улыбается, открывая рот, чтобы что-то сказать, когда голос моей матери заставляет нас обоих подпрыгнуть.
"Беверли Хантер! Что на тебе надето?". Я закатываю глаза к небу на комментарий моей матери и чувствую, как ее рука берет мою, чтобы повернуть меня лицом к ней.
Ее руки лежат на бедрах, губы сжаты, а ее ореховые глаза смотрят на мои кроссовки. "Привет, мам, всегда так приятно".
Она предупреждающе указывает на меня, и, делая шаг вперед, дергает за завязки моего топа, пытаясь затянуть их так, чтобы было видно меньше декольте. Я легонько отшлепываю ее руки, поправляя грудь, пока она недовольно хмурится. "Тебе лучше завязать его вдвое. То, как ты бегаешь, может привести к тому, что он расстегнется, и, видит Бог, мое сердце не выдержит такого напряжения".
"В этом-то и состоит план", — бормочу я под нос, скрещивая руки под грудью и ухмыляясь тихому хихиканью Лейни.
"Ты — невоспитанный ребенок". Я снова закатываю глаза и качаю головой, обходя ее и направляясь во двор.
Смеясь над ней, я кричу через плечо: "Я тоже тебя люблю, мама". Бросив свой пустой стакан на поднос проходящего мимо официанта, я бездумно бреду, оглядываясь назад, чтобы увидеть маму и Лэйни, идущих позади меня. Я не слышу, что она ей говорит, но могу предположить, что это что-то нелепое о том, как не надо вести себя со мной. Глаза Лейни ненадолго находят мои, когда она улыбается и кивает вместе с маминой речью.
Повернувшись вперед, я прижимаюсь лицом к теплой груди, покрытой хлопком, вокруг меня витают ароматы бергамота и ванили. Большие руки обхватывают меня за плечи, чтобы поймать мое падение, а мои глаза задерживаются на чернилах, нацарапанных на одной из протянутых конечностей. Выпрямившись, я улыбаюсь Реми, мои глаза сливаются с медовыми карими, тающими на моей коже. На нас опускается тишина, заглушая окружающих, невидимый пузырь, блокирующий все остальные звуки, кроме моего неглубокого дыхания. Я почти чувствую его потребность что-то сказать, чувствую вибрацию гула, который он хранит в своей груди.
Я не знаю, сколько времени мы стоим и смотрим друг на друга, но Реми нарушает тишину. Глаза скользят по каждому сантиметру открытой кожи в слишком интимной манере для компании, в которой мы находимся. "Я думаю, мы должны пойти куда-нибудь и..." Его глаза переходят на мою маму и обратно. "Поговорить".
Из меня вырывается смех, и Реми опускает руки. Я скрещиваю руки на груди, чувствуя на себе взгляды всех, кто нас окружает. "О, привет, Беверли, давно не виделись. Хочешь пойти куда-нибудь и поговорить?" Я поджала губы, глядя на Реми. "Нормальный человек начал бы разговор именно так".
Его глаза сканируют толпу, прежде чем вернуться ко мне. "Ты больше расстроена тем, что я не поздоровался, или тем, что я не навещал тебя?" Он облизнул губы в ответ на вопрос, на его левой щеке появилась маленькая ямочка.
"Я..." На самом деле, я не знаю. Я пожимаю плечами вместо того, чтобы дать ему какой-либо реальный ответ. — Я расстроена, что мне вообще приходится тебя видеть. Его улыбка расширяется от моей лжи.
— Привет, Бев. Его глубокий баритон заставляет мое сердце биться в незнакомом ритме. "Может, тогда поговорим здесь?" Он придвигается еще ближе, почти сжимая пространство между нами, и моя рука поспешно поднимается к его груди, пальцы непроизвольно погружаются в его тепло, пока я держу его на расстоянии, соответствующем нашей обстановке. Он хихикает в ответ на мое прикосновение, и этот звук проделывает путь вниз по моей руке и замирает в районе сердца.
"Я не думаю, что это было бы уместно", — пробормотала я, следя глазами за движением его языка по губам, моя грудь поднимается и опускается в ускоряющемся темпе, когда он подносит мою руку ко рту, мягко целует мою ладонь, фиксируя меня под своим взглядом.
"Sei la mia futura moglie. Posso fare come mi pare quando mi pare. "Ты моя будущая жена. Я могу делать все, что захочу, когда захочу". Его губы касаются моей руки при этих словах, маленькие толчки раскаленной молнии сжимают мое нутро.
Я открываю рот, чтобы ответить, сердце подкатывает к горлу, но меня прерывает мама. "О! Как здорово, что вы хоть раз поладили".
Словно ведро холодной воды вылили мне на голову, я отстраняюсь от Реми, его пальцы проводят по моей ладони в легком прикосновении, пока его рука не опускается на бок. Медовый взгляд Реми исчезает с моих глаз и переходит на маму. "Миссис Эспозито, приятно видеть вас снова".
Моя мама сияет, спина слегка выпрямляется. — И тебя тоже, Реми. Ты не так часто появлялся в последнее время.
Реми высунул язык, чтобы смочить губы, на его щеке появилась маленькая ямочка, глаза перебегают на меня и обратно. "Я прошу прощения, если мое отсутствие заставило кого-то почувствовать себя обделенным вниманием. Мне придется поработать над своим поведением".
В моей груди теплеет от его извинений, а мама машет рукой в знак отказа. "Конечно, нет, мы все знаем, какой может быть семья". Она легонько похлопывает его по руке, обходя его. — Вы оба посидите немного со мной и вашей мамой, прежде чем уйти. Я уверена, что Франческа хотела бы увидеть, насколько хорошо вы ладите. Она не поверит мне, если я просто расскажу ей.
"Мам", — ругаю я ее в ответ, но мои глаза находят улыбающегося Реми.
Он тянется ко мне, его рука откидывает мои волосы на плечо, ладонь обнимает мою голову, а большой палец проводит по татуировке в виде пера. Он снова притягивает меня ближе, на этот раз к себе, губы ненадолго прижимаются к моим волосам. — Давай сначала покончим с этим, с нашими матерями, а потом мы сможем поговорить.
Глава 8
— Почему ты так улыбаешься? Ты хорошо себя чувствуешь? Джулиан пытается положить свою ладонь мне на лоб, а я отбиваю его руку, улыбка все еще на моем лице.
Мы находимся на подпольном бойцовском турнире под названием "Кровавая свинья". Есть только два правила, которые они строго соблюдают: никакого внешнего оружия и никаких нокаутов. На самом деле мы здесь, чтобы увидеть Донателло, поскольку он — главное событие вечера. Благодаря тому, что Реми заставил меня брать уроки бокса, я сама стала неплохим боксером. И знать, что Донателло — один из лучших и именно он изначально тренировал меня, просто очень круто".
— Да, я в
