Нуждаясь в надежде - Роза Аркейн
Хоть у Кирсана и были планы на вечер, я не могу не вернуться домой. Говоря миссис Кейн, что я чувствую себя плохо, я направляюсь в его кабинет.
– Входите, – слышу я его грубый голос, когда стучу в стеклянную дверь.
Осторожно заглядываю, чтобы убедиться, что он один, а затем быстро захожу, закрывая за собой дверь.
– Так ты умеешь стучаться? – не отрываясь от работы на планшете, ехидно заявляет он, напоминая о событиях вчерашнего дня.
– Не хочется ещё раз прервать… – не зная, как назвать то, свидетелем чего я чуть не стала, я машу рукой в воздухе, – чего бы там не было.
– Ты имеешь в виду минет?
От его игры со мной я закатываю глаза, напоминая себе, зачем я пришла. Подойдя к его столу вплотную, я упираюсь обеими руками в тяжёлую древесину и немного наклоняюсь к нему. Небольшая дрожь сотрясает моё тело, когда нежелательные воспоминания наведываются ко мне. Я старательно прогоняю их и перехожу к делу.
– Мне нужно домой.
От моих слов он кладёт планшет на стол и поднимает голову ко мне, пронзая меня своим недовольным взглядом.
– Зачем?
– Зачем мне нужно домой? – почти что смеюсь я.
– У нас были планы.
– Я знаю, только отец написал, что ждёт меня дома. На самом деле мне нужно уйти прямо сейчас.
Мои слова не устраивают его. Он поднимает руку, кладет её на мой затылок и притягивает меня к себе, сливая наши губы в злом поцелуе.
– Кирсан, – шиплю я, мне не совсем комфортно, хотя его язык в моём рту творит великолепные вещи.
– Да, моя маленькая луна. Я слышу тебя, только не хочу соглашаться с тобой. Мой член болезненно пульсирует у меня в штанах, пока я пытаюсь дотерпеть до вечера. А ты приходишь сюда и говоришь, что ему ничего не светит.
Он недоволен, я чувствую его жгучее дыхание и то, как его рука сжимает мои волосы на затылке. Мне хочется послать всё к черту и попросить его взять меня здесь и сейчас.
Только вот я не могу. Болезненность последствий отрезвляет, и я делаю то, что чувствую. Нежно целую его.
– Я обещаю, что потом он получит всё, что пожелает, – снова целую, поглаживая рукой его щёку. – И даже больше.
Высовывая язык, я провожу им по его щеке вниз по шее, пока не упираюсь в ворот рубашки.
Он стонет, но сдаётся, отпуская меня.
Пользуясь моментом, я выпрямляюсь и двигаюсь к выходу.
– Тебе лучше быть готовой выполнить своё обещание, – слышу я его слова, когда открываю дверь и не оборачиваясь выхожу.
***
Всю дорогу до дома я не могу избавиться от чувства тревоги. Для того, чтобы немного отвлечься, я начала думать о Кирсане. Вспоминая то, что было между нами вчера, я ощущала тёплое и такое чуждое мне чувство. Может, это счастье?
Подумав об этом, я улыбаюсь. Действительно улыбаюсь, ощущая небольшую толику счастья. Всего один небольшой проблеск возможности, которая открывает мне мир, где я свободна и, возможно, любима. В эту часть я стараюсь не углубляться. Слишком больно будет, если я ошибаюсь.
– Афина! – Отец вышел из своего кабинета и ухмыльнулся, увидев меня у лифта.
Тяжесть сразу упала камнем внизу живота.
– Зайди в мой кабинет.
Не дожидаясь моего ответа, он развернулся из исчез за дверью. Снова я пыталась прокрутить последние события, но так ничего и не приходило в голову. Пытаясь заранее не паниковать, я прошла за ним в кабинет.
Он сидел за своим столом и курил одну из сигар. Сев на стул перед ним, я сложила свои трясущиеся руки на коленях и опустила голову.
Всё в этой комнате было моим кошмаром. Этот ковёр, впитавший литры моей крови. Этот стол, на котором я неоднократно подвергалась избиению. Этот запах, который душит меня. Потому что он неоднократно выдыхал его на меня, заставляя задыхаться.
Зная, что он сразу во всём меня обвинит, если я не буду смотреть на него, я подняла голову и встретилась с его карающим взглядом.
– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – Он снова затянулся и выдохнул, а затем начал пить свой скотч, смакуя каждый глоток.
От этого зрелища было тошно, и я лишь надеялась, что он не пьян.
Он встал и подошеёл к камину, где в очаге трещала древесина. Взяв кочергу, он медленно передвигал поленья, как будто играя с ними. Но я знала, что он испытывает меня. Ждёт, пока я сломаюсь в тишине.
Только вот я давно была сломана и у меня не осталось слов. Мне нечего ему сказать. Я знаю только то, что он не знает про «Стар Индастрис». Иначе его реакция была бы другой.
– Подойди сюда, – приказал он.
Я подчинилась и направилась к нему медленными шагами. Он остановился и свободной рукой взял мою левую руку. Вернувшись утром за своими вещами для учёбы, я сняла подаренный Колтом браслет и надела один из своих кожаных. Моё сердцебиение перешло в стаккато.
Сдвинув браслет, он увидел мою маленькую чёрную звезду на запястье, точно зная, что найдёт.
– Скажи мне, Афина, когда я разрешил тебе сделать татуировку? А то я не припомню, чтобы позволял тебе портить своё тело. – Он смотрит на неё так, как будто она оскорбляет его.
Я не знаю, что ответить. Его интонация, эта ухмылка и спокойствие были самым обманчивым проявлением. Лучше было тогда, когда он открыто злился.
Вчера вечером я старалась, чтобы Колт не увидел её, только вот этот засранец не только узнал об этом, но и успел сообщить моему отцу. Я уверенна в этом. Кто бы ещё мог доложить ему?
Вместо гнева страх сковал мои конечности и мои мысли. Вокруг появился пузырь, без воздуха, без света, без жизни.
Он сжимал моё предплечье так сильно, что его костяшки побелели. Только вот я не смела произнести и единого звука.
Опустив кочергу, конец которой был всё ещё в огне, он вернулся к своему столу. Взял стакан и налил скотч до краёв.
– А ещё говорят, что я не милосердный человек, – ухмыляется он, возвращаясь ко мне.
Он протягивает мне стакан, и я аккуратно беру его в руки.
– Пей, – приказывает он. – И чтобы ни капли не оставила.
Желчь подкатывает к горлу, но я поднимаю алкоголь и пытаюсь выпить
