Ты принадлежишь мне - Ноэми Конте
После смерти моего отца, на которого я был очень похож, неврозы начали разъедать мозги моей матери. Так же сильно, как она ненавидела его, она демонстрирует то же чувство ненависти ко мне, вероятно, потому, что своими глазами она видит только моего отца. Но, в конце концов, как возможно по-настоящему влюбиться в человека, за которого тебя заставили выйти замуж?
В этом и заключается главная проблема. Да, именно из-за этого сегодня моя мать так сильно меня ненавидит. Я как две капли воды похож на своего отца или на мужчину, за которого её насильно выдали замуж. Но в то время у него тоже не было выбора. Его родители заставили его подчиниться, наши семейные традиции требовали всего этого. Тем не менее, это не помешало ему всегда жертвовать собой, чтобы удовлетворить все потребности моей матери. Каждую из её потребностей. Эта тупая шлюха просто переполнена неблагодарностью.
Папа был влиятельным человеком в мире денег и власти. Слишком строгий, он тем не менее оставался достойным и респектабельным. Благодаря ему мы никогда ни в чём не нуждались. Даже больше, наша семья — одна из самых богатых во всем штате Невада. Мы живём на огромной вилле, построенной примерно в 1980-х годах. Здесь есть всё, что нужно для размещения целой колонии. Несмотря на то, что я пережил здесь ужасные вещи и скоро совершу здесь худшее, я знаю, что никогда не покину её.
Действительно, даже после смерти моего отца — кстати, более чем сомнительной, изобилие всё ещё присутствует. Даже сегодня его дела приносят астрономические суммы, которые моя прародительница не стесняется тратить. Это именно то, что всегда заставляло меня раздражаться.
Когда мне было десять лет, я подслушал один из их разговоров. Последний произошёл всего за три дня до того, как мой отец покинул нас. Они говорили о деньгах, папа только что забрал у неё её банковскую карту. Она тратила слишком много, но даже если бы могла, мой отец хотел дать ей понять, что он не просто денежный насос.
А потом, семьдесят два часа спустя... он умер. Сердечный приступ, сказали врачи. Я никогда не верил в этот вердикт. У меня нет никаких доказательств, но я знаю, лучше, я убеждён, что эта сука отравила его. Я слышал, как закончился их последний разговор:
— В один прекрасный прекрасный день я добавлю мышьяк в твой чёртов кофе!
В детстве я не знал, что это такое, потом, повзрослев, я наконец понял. С тех пор, как она начала действовать... поэтому мы вынуждены жить рядом с ней, без него, чтобы защитить себя.
По правде говоря, если забыть о садистских наказаниях, таких как удары плетью, моя мама проявляет довольно большую любовь к Оли и Гаррету. Им никогда не приходилось проводить целые часы в подвале, который находится прямо подо мной. Им никогда не приходилось терпеть побои. Оскорбления — это да, но это всё. У них нет физического сходства с папой, вот в чём разница.
Она ненавидит меня, она никогда не любила меня, и именно поэтому сегодня вечером я решил положить конец всему этому дерьму. Да, я спокойно терплю, ожидая, что таблетки и алкоголь, которые моя мать употребляет каждый день, подействуют, сделав её совершенно вялой.
Когда Гаррет засыпает, слишком измученный плачем, я знаю, что наконец смогу действовать. Наконец-то прекратить все страдания, которые эта сука причиняла столько лет. Да, потому что сегодня вечером эта шлюха умрёт. Она никогда больше не причинит мне вреда и, самое главное, она не уничтожит моего младшего брата, как могла уничтожить меня. Потому что в глубине души я знаю, что если я не буду действовать немедленно, Гаррет, в свою очередь, пострадает от её жестокого обращения. В какой-то момент меня здесь больше не будет, так что ей придётся излить всю свою ненависть на кого-то, кроме меня.
Я готов, я сделаю это, и, чёрт возьми, у меня не будет никаких угрызений совести. Никогда.
НЫНЕШНЕЕ ВРЕМЯ
(REGENADE — AARYAN SHAH)
Позже ночью, я сижу в своём широком кожаном кресле, и только экраны, транслирующие изображения из каждой комнаты в доме, освещают моё лицо. Вот уже три дня я наблюдаю за брюнеткой через них, но до сегодняшнего вечера, и если забыть о смерти Дэна, она ещё никогда не делала ничего очень увлекательного. В данном случае, там... чёрт возьми, эта сучка мастурбирует.
Неужели она сомневается, что даже в полной темноте я могу её видеть? И потом… о чём она думает, делая это? Лёгкая улыбка растягивает уголки моих губ. Для меня в этом нет никаких сомнений.
Да, вот уже около трёх минут Руби прикасается к себе, стонет и извивается во все стороны, к большому разочарованию моего члена, который угрожает взорваться под моими джинсами. Блядь… Сокровище, как тебе удаётся оказывать на меня такое сильное влияние?
Я мог бы вмешаться гораздо раньше, тем не менее... мне не только нравится то, что я слышу, но, кроме того, мой план уже составлен. Впрочем, мне было бы лучше поторопиться, чтобы довести его до совершенства. Преисполненный решимости, я подавляю желание расслабиться, отталкиваюсь ладонями от плоской поверхности стола и покидаю это проклятое кресло.
Торопливыми шагами, доставая телефон из заднего кармана, я направляюсь к выходу. Я открываю приложение безопасности, затем нажимаю на значок, который сразу переводит меня в прямую трансляцию с видом на подвал. Таким образом, я могу продолжать наблюдать за её действиями, спускаясь в ту же комнату. Тихо, не издавая ни звука, я спускаюсь по ступенькам, моя цель — оставаться незаметным.
На своём мобильном телефоне я обнаруживаю, что Руби находится всего в нескольких секундах от оргазма. Пять, четыре, три… Без лишних слов я нажимаю на значок, который включает свет, и сразу же открываю дверь, чтобы войти в неё.
Она пугается. Её рука выскальзывает из её трусиков, в то время как её бёдра с силой сжимаются, как будто она пыталась подавить своё разочарование.
Довольный собой, я прислоняюсь к дверному косяку и улыбаюсь:
— Извини, что побеспокоил тебя, сокровище, — саркастически говорю я. — Но мне немного не по себе от мысли, что ты развлекаешься без меня.
Я небрежно отрываюсь от стены и убираю свой телефон, чтобы сделать шаг вперёд. Её глаза широко раскрыты, и она, кажется, сходит с ума от ярости.
И, чёрт возьми, ради того, чтобы
