Кольцо отравителя - Келли Армстронг

— Хорошо, — отвечаю я, склонив голову. — Раз они в безопасности…

— Будут.

— Значит, вы сделали свой выбор.

— И я единственная, кому придется с этим жить. — Она снова смотрит мне в глаза. — Прощайте, мисс Митчелл.

Когда я выхожу из комнаты для посетителей, Айлы и МакКриди уже нет.

— Миссис Баллантайн забрали на допрос, — сообщает констебль, сопровождавший меня.

— Что?

Он пожимает плечами.

— Она травница, и детектив Крайтон думает, что она могла дать сестре яд. Логично же, нет?

— Мне нужно… — я осекаюсь прежде, чем сказать, что мне нужно к ней. Я не коп. У меня нет таких полномочий, а как у женщины — и подавно. Вместо этого спрашиваю: — А детектив МакКриди?

— Пошел вместе с ними.

Хорошо. МакКриди с ней. Он со всем разберется, и мне нужно верить, что на этот раз он всё сделает правильно.

— Мне нужно поговорить с доктором Греем, — говорю я. — Проводите меня к нему?

— Разумеется.

Мы спускаемся в лазарет, но выясняется, что раны охранника потребовали дополнительных медикаментов, за которыми Грей и отправился. Он уехал домой всего пару минут назад.

— Я поймаю кэб и встречу его там, — говорю я констеблю. — Благодарю за помощь.

Глава Сорок Седьмая

Эта чертова поездка в карете кажется бесконечной. На Принсес-стрит мы попадаем в затор. Ага, в викторианской Шотландии тоже есть часы пик. Я плачу кучеру и говорю, что дойду пешком. Дальше я буквально лечу по тротуару, терзаясь мыслью, что из-за этой задержки разминусь с Греем и что мне следовало подождать у тюрьмы.

Я добираюсь до дома. Никаких следов Саймона или кареты. Черт возьми, я опоздала.

Я всё равно иду к задней двери. Она не заперта; я решительно вхожу, собираясь позвать миссис Уоллес, и тут осознаю, насколько в доме тихо и неподвижно. Это неестественно. Здесь всегда шумно, хотя бы из-за того, что миссис Уоллес гремит посудой на кухне. Но свет везде погашен, а в воздухе стоит холод, будто угольные печи никто и не разжигал.

Что-то не так. Что-то…

В памяти всплывает фрагмент. Миссис Янг сегодня утром рассказывала, что джин принесли, когда все якобы были в церкви. Другими словами, Сара выбрала то самое время, когда шотландские дома гарантированно пустуют.

Сегодня воскресенье? Мне приходится на секунду замереть и призадуматься, прежде чем я вспоминаю, как мы торопились этим утром, и как Айла что-то говорила миссис Уоллес о том, что не присоединится к ней и Алисе. Она, должно быть, говорила, что не пойдет с ними в церковь. Вот почему в доме никого нет.

И раз миссис Уоллес нет на месте, как, черт возьми, я должна узнать, заезжал ли сюда Грей? Гм, я же детектив, верно?

Я проверяю заднюю дверь на наличие характерных комьев грязи, которые Грей непременно притащил бы на сапогах. Ничего. Он мог войти через парадную, заставив Саймона ждать у обочины. Там тоже нет грязи, а значит, Грей еще не приезжал.

Я возвращаюсь к задней двери. Он войдет именно здесь, потому что миссис Уоллес заперла парадную, оставив черную дверь открытой на случай, если Грей и Айла в суматохе забудут ключ.

Направляясь к двери, я включаю освещение в коридоре. Еще шаг — и я замираю. От задней двери ведут следы. Не комья грязи, но отчетливые контуры отпечатков на чистом полу. Маленькие следы. Похоже на женские ботинки.

Ну да, ведь я только что здесь прошла. В женских ботинках. Верно, но я шла посередине, а эти — сбоку.

Следы Алисы? Миссис Уоллес? Они должны были быть в своих лучших воскресных нарядах и уходить уже после того, как пол вымыли. Да, эти следы ведут внутрь… может, они за чем-то возвращались?

Я снимаю свои ботинки и иду по следу в одних чулках. Следы ведут прямиком вверх по лестнице. Это могла быть Алиса — побежала к себе в комнату что-то забрать. Я наклоняюсь. Для Алисы отпечатки великоваты. И каблук маленький. Это изящный женский ботинок, а не туфли девочки-подростка для похода в церковь.

Я поднимаюсь на второй этаж, где расположены основные залы. Пыльный отпечаток на ступеньках говорит о том, что незваная гостья пошла выше. На этаж спален Грея и Айлы? Нет, следы ведут мимо. Значит, всё-таки Алиса. На четвертом этаже нет ничего, кроме наших комнат и…

И лаборатории Айлы.

Я вспоминаю лицо Эннис, когда упомянула её брата и сестру. Её твердое обещание, что с ними всё будет в порядке. Это означало, что Сара им угрожала.

Вчера вечером Крайтон предположил, что Айла замешана, но ничего не предпринял. А сегодня утром её забрали на допрос.

Я иду по следу, и он приводит меня прямо к лаборатории Айлы. Я распахиваю дверь, держа нож наготове, но комната пуста. Я всё равно вхожу; ноги в чулках ступают бесшумно, пока я проверяю пространство за лабораторным столом. Пусто. Я хватаю фонарь, зажигаю его и приседаю. Теперь следы разглядеть труднее — грязь с подошв осыпалась, — но я нахожу один у книжного шкафа.

Нужную книгу я нахожу без труда. В легком слое пыли на полке виден след. Слава богу, что Айла настаивает на том, чтобы убираться здесь самой… а это значит, что пыль не вытирали неделями.

Я открываю книгу. Внутренние страницы вырезаны посередине, образуя тайник. А в тайнике? Флакон с таллием.

Я опускаю флакон в бездонный провал своего кармана и возвращаюсь в коридор. С Сарой я разминулась, но нашла таллий, который она подбросила. Теперь мне остается только ждать Грея…

В моей спальне закрывается ящик. Этот звук заставляет меня замереть на полушаге. Я разворачиваюсь на пятках. Моя дверь приоткрыта. Я не заметила этого раньше, потому что мне плевать, если Алиса туда заглядывает. Я даже показывала ей свои тайники и знаю, что она никогда у меня ничего не украдет. Что касается миссис Уоллес — сомневаюсь, что она станет воровать, а незапертая дверь доказывает, что мне нечего скрывать. Я ведь не веду дневник о своих приключениях путешественницы во времени.

Я подхожу к двери и прижимаю ладонь к дереву. Дверь приоткрывается на четверть дюйма. Щелчок — кто-то роется в моем ящике с туалетными принадлежностями.

Я заглядываю внутрь. Спиной ко мне стоит фигура и перебирает вещи Катрионы. Она хрупкого сложения, но волосы у неё темные.

Джек? Неужели таллий подбросила Джек?

У меня всё внутри сжимается. Мы ведь задавались вопросом, не могла ли она спрятать таллий в комнате Фишера, но потом увлеклись круговоротом более вероятных подозреваемых: Фишер, затем Эннис, теперь Сара.