Дикса. Второй шанс… или истинная для пятерых? - Ирайра Конири
Я достала из кошелечка серебряный и отдала парню. Он покрутил его в пальцах и, повернув голову через плечо, крикнул: — Ганс, оставь за леди коня!
Этот самый Ганс бросил на меня мимолетный взгляд и кивнул мужчине с сережками.
— Остальную сумму завтра можешь отдать Гансу. Не опаздывай.
Я молча развернулась и пошла прочь. Надеюсь, не дрожала все это время.
Итак, всего два серебряника за проезд. Можно и немного потратиться. Нужно купить что-то вроде рюкзака и одежду поудобнее. А то мне еще месяц жить на остаток денег в столице. Надеюсь, хватит. Там лучше не использовать целительство. Слишком рискованно. Нужно вообще забыть, что оно у меня есть, иначе влипну в неприятности.
Я направилась на площадь. Мимо магазинов с женской одеждой прошла, не останавливаясь. Даже не хотелось заходить. Спортивной одежды для женщин почти не было. В основном платья на любой вкус, что и неудивительно. Редко я видела женщин в брюках, а в шортах — вообще ни разу. А ведь на дворе лето.
Проходя мимо прилавков, я увидела именно то, что искала. Одежда была очень похожа на земную мужскую. Зашла внутрь и начала рыться в полках. Продавец был слегка удивлен тем, что я примеряю мужскую одежду, но когда я заплатила, от его недовольства не осталось и следа.
Я купила серые штаны, чем-то напоминающие спортивные. Пришлось взять на два размера меньше, чтобы они не висели мешком. Так они стали почти в обтяжку. И две рубашки, больше похожие на толстовки, оверсайз — синюю и черную. А еще отыскала две футболки. Обувь брать не стала. Ничего не приглянулось, да и мои старенькие кроссовки казались удобнее всего остального. Проблему с рюкзаком решить не удалось. Ничего похожего тут не было, поэтому пришлось взять обычный передвижной мешок на завязках. У меня не так много вещей, думаю, не порвется.
С новыми покупками я вернулась в дом тетушки Лаврии, где принялась перебирать свое имущество. Помимо новых вещей, у меня все еще были кожаная куртка и джинсы, которые я тщательно отстирала. Сложив все в мешок, сверху положила вяленое мясо и сыр, которыми меня угощали во время походов по городу, а также фляжку, которую «подарил» мне Жан перед отъездом из деревни. Ну, я просто ему ее не вернула. На том мои приготовления закончились.
Нужно вечером попрощаться с мальчиками и их семьей. Около шести вечера я пошла в книжный, но Вольки там не было. Был какой-то другой парень. Поэтому я отправилась к ним домой. Открыл он сам. — О, мы бы и сами за тобой зашли около семи.
— Сегодня все отменяется. Мне нужно отоспаться, завтра с караваном уезжаю в столицу.
От его лучезарной улыбки не осталось и следа. Мы прошли на кухню, сели пить чай. Тут к нам присоединились его родные, а потом и Ричард с работы вернулся.
Краем уха я услышала от его матушки, что обычно Ричард так рано не приходит. Видимо, из-за меня срывался с работы… Надеюсь, его не уволят. Когда я рассказала, почему так рано пришла, все немного загрустили, но потом предложили остаться у них на ночь. Я, конечно, согласилась. Весь вечер я провели в кругу этой замечательной семьи, я слушала их истории, а потом все легли спать.
Я, Ричард и Волька проснулись около трех ночи. Нужно было сходить за моей дорожной сумкой и переодеться. Что мы, собственно, и сделали. Меня проводили до каравана, показали моего коня. Мальчики взвалили и привязали к нему мою сумку, а потом нам сообщили, что пора отправляться.
Начали прощаться.
Первым подошел Волька. Он обнял меня и, словно невесомое перышко, коснулся щеки губами, желая доброго пути. Но сердце молчало, не отзывалось на этот жест теплом. Это было как прощание с родным человеком, не более.
Затем… Ричард. От одного его взгляда по телу разлилась обжигающая волна. Его объятия были долгими, крепкими, словно он хотел впечатать меня в свою память. А потом его губы накрыли мои. Не щека, а губы! Внутри все перевернулось, сердце забилось оглушительно, а внизу живота разлилось сладкое, томное тепло. Что со мной? Всего лишь поцелуй, но в нем — целый мир! Я из последних сил сдерживала себя, чтобы не углубить его, не потеряться в этом первом, таком желанном прикосновении. Когда он отстранился, во мне разгорелся неутолимый огонь, жаждавший вновь ощутить его мягкие губы.
Но тут тронулся караван. Меня спешно усадили в седло, и мой конь, будто чувствуя мое смятение, поплелся вперед вместе со всеми.
* * *
— Ехать нам около недели, с остановками. Если повезет, будем ночевать в селениях, — протараторил рыжий парень, оказавшийся рядом. Хьюго. И он не умолкал. Часы напролет его голос, словно назойливая муха, жужжал у моего уха. Казалось, голова вот-вот расколется от его непрекращающейся болтовни. Язык без костей!
После очередной остановки я бежала от рыжей макушки, словно от чумы, лишь бы обрести хоть каплю душевного покоя. Примкнула к стражам. Они, хоть и одаривали меня косыми взглядами, полными немого удивления, молчали. И мне было спокойно.
Скука, словно темная вуаль, окутала меня в пути. Я попыталась обуздать магию ветра, но тщетно.
Неужели мой ранг так низок, что я не могу даже по-настоящему почувствовать силу стихии?
Спустя час мне удалось создать лишь легкие порывы ветерка вокруг руки. Пыль сдуть — и то стыдно.
Почти всю дорогу я упрямо тренировалась, ловя на себе странные взгляды. Неужели здесь так мало магов? Или я чего-то не понимаю?
Я отмахивалась от их любопытства. Не трогают — и ладно. А чужие взгляды не должны меня волновать.
На ночь мы остановились на полянке. Рыжий снова появился рядом, словно тень, и не отходил ни на шаг. Спасибо, в туалет за мной не пошел.
Долго не могла уснуть на жесткой траве. А когда наконец провалилась в сон, мне привиделся Ричард. Наш поцелуй, но уже не такой невинный, как на площади.
Проснулась в поту, с влагой между ног. Сон развеял остатки покоя. Я больше не могла сомкнуть глаз, лежала и смотрела на звезды, думая о Ричи. Кто он для меня? Если бы я осталась, что было бы? Завязались бы отношения? А что потом? Вечное скрытие одной магии и попытки обуздать другую? Мне нужна крыша над головой, работа, свое место в этом мире.
