Искушение Озеда - Виктория Эвелин
Почему во имя Богини она сделала это прямо перед тем, как он бросился в бой? Пыталась ли она убить их обоих, отвлекая его таким образом?
Сефа бросилась в его сторону, её жёлтый гребень бесполезно болтался у основания черепа. Зед увернулся, разрезав её бок, пока металлический запах крови не ударил ему в нос и тёплая жидкость не покрыла его руки.
Она поцеловала его. Выполнила ту странную игру с ртом, которую, казалось, люди так любят с их партнёрами. Когда он проскользнул мимо сефы, сосредоточив внимание на поцелуе, её хвост выстрелил, обхватил его лодыжку и сбил его с ног. Нож Зеда вылетел, когда сефа использовала свой мощный хвост, чтобы бросить его о большой ствол дерева.
Зед поднялся на ноги, задумавшись, не сломано ли что-то, или ему только так кажется. Она собирается убить нас обоих! Именно из-за этого у него возникли такие проблемы с контролем над мужчинами в его команде в последнее время. Человеческие женщины были просто сбивали с толку.
Хотя он никогда раньше не сталкивался с сефой, он определённо сражался с худшими существами. У него не должно уйти много времени, чтобы расправиться с этим существом. И ему нужно было убить её быстро, чтобы они смогли бежать. Теперь, когда они находились на территории Сауэн, убийство сефы было незаконным, эти существа почитались жителями лесного города.
Он сжал кулаки, встал лицом к сефе, оглядывая землю в поисках своего оружия. Он заметил его в нескольких футах под бледным белым цветком. Сефа бросилась к нему, издавая свой ужасный пульсирующий рёв, который останавливал большинство добычи на месте. Прикрыв уши, он сделал ложный выпад вправо, но на этот раз зверь был умнее. Он последовал за ним, царапая рядами зубов его спину и бок, как раз когда он отскочил в сторону, неуклюже перекатившись по земле. Длинный лоскут ткани упал с его плеча, и он понял, что сефа сорвала его рюкзак.
Извергся слабый вздох из верхушек деревьев. Она действительно думала, что он не справится с этим животным? Поэтому она его поцеловала? Как прощальный подарок, предназначенный для утешения в его последние моменты жизни? Это было оскорбительно.
Он вскочил и развернулся, не обращая внимания на острую боль в боку, и наклонился, чтобы поднять свой нож. Топот ног раздался прямо за его спиной. Зловонное дыхание сефы обдало его шею. Согнув ноги в коленях, Зед сделал сальто назад и приземлился, оседлав зверя. Не дав ему времени на реакцию, он наклонился вперёд и вонзил нож глубоко в его средний глаз. Другие два глаза мигали не синхронно, пока его мозг медленно умирал.
Зед соскользнул с боковой части обрушивающейся сефы и попытался схватить свой рюкзак, но было уже слишком поздно. Огромное существо обрушилось на него. С тяжёлым вздохом он вытер лезвие о штаны, затем вложил его в ножны. Он выпрямился и наблюдал, как тело сефы борется со смертью. Завораживающая финальная песня, за которую эти существа были знамениты, должна была начаться с минуты на минуту.
Как он и предсказывал, большие лёгкие сефы наполнились воздухом, и она выпустила последний выдох вместе с возвышенной мелодией. Мягкая и спокойная, песня разливалась с ее последним дыханием, нежная мелодия заструилась по его коже и проникала в кости, пока мелодия совсем не оборвалась. Зед почувствовал, что у него невольно сжимается грудь.
Он склонил голову перед сефой и закрыл глаза на мгновение в знак уважения. Эти существа были одними из немногих, перевезённых на эту планету из их старого мира, и были последними в своём роде. Осторожно он положил руку на торс сефы и тихим голосом произнёс что-то, что однажды услышал от своего отца, сказанное умирающему солдату можаку далеко от дома:
— Ты проделал такой долгий путь, и всё же твоё путешествие только начинается.
После ещё одного вдоха Зед отвернулся. Он посмотрел туда, где оставил Александру, и увидел её на коленях. Её тёмные брови были сдвинуты, а тихие слёзы прокладывали дорожки по её покрытым грязью щекам.
Глубоко вздохнув, он подошёл, чтобы встать под ней. Липкая кровь сочилась из его пульсирующих ран и покрывала внутреннюю сторону его руки. Она была слишком высоко, чтобы он мог до неё допрыгнуть без костюма и с полученными травмами. Элегантный спидер, на котором он приехал сюда, теперь был заперт в его рюкзаке под тяжёлым существом, и не мог ему помочь. Понадобилось бы как минимум трое здоровых мужчин, чтобы поднять сефу.
— Прыгай вниз. Я поймаю тебя, — он поднял руки, но, вместо того чтобы сделать, как он попросил, она выглядела шокированной.
— Я… должна прыгать? — Она выразительно посмотрела на красную жидкость, стекающую с его бицепса, и чётко произнесла слова: — Ты истекаешь кровью.
Он опустил руки и попытался скрыть раздражение на лице. Он не был настолько ранен, чтобы не поймать её лёгкое тело. Он положил руки на бёдра, продолжая смотреть на неё. Значит, она думала, что он умрёт. Эта мысль почему-то раздражала.
— Я не могу сейчас запрыгнуть туда, но я могу тебя поймать. Если ты не хочешь прыгать, можешь попробовать забраться наверх. — Он говорил ровным голосом, хотя ему хотелось приказать ей выполнять его указания так же, как он делал это каждый день с охранниками, за которых отвечал. Озед, или Зед для друзей — ну, скорее для семьи, так как у него не было много друзей, — был главой стражи в Храме Жемчужины. Титул был престижным, к которому стремился каждый солдат-тремантианец. Он и другие стражи под его руководством защищали небольшое количество женщин, которые всё ещё существовали в их городе и жили в Храме Жемчужины. Таким образом, Алехандра теперь тоже была под его защитой.
— Забраться? Ты с ума сошёл? Здесь не за что ухватиться. Это, похоже, единственная ветка, — возразила она.
Зед почувствовал, как его гнев нарастает, и боролся с ним. Он был уставшим, раненым и стыдился того, что сегодня нарушил не только один закон, войдя на территорию Сауэн без приглашения, но и второй, убив сефу.
Последние две недели различные группы солдат или охранников Храма прочёсывали леса в поисках двух женщин, сбежавших из объекта Повстанцев и исчезнувших в лесу. Сначала они искали в лесу Манты, а затем ниже в густом лесу Сауэн. Королева согласилась, что когда они
