Любовь на Полынной улице - Анна Дарвага

Пробормотав название магазинчика, я двинулся следом за Эйри, невольно ухмыляясь. Ее вкус, конечно, вызывал вопросы, но что-то такое в этой щенячьей радости было. Однако, когда мы распрощались у главного корпуса — к счастью, прилипалы Дроя благополучно исчезли, — я мысленно пообещал себе держаться от Эйри подальше, как и раньше. Дружелюбие или нет, а сближаться нам ни к чему.

Благополучно подсунув в деканат заявление с просьбой разрешить Слэнни Айхо отсутствовать максимально допустимые по семейным обстоятельствам три недели — проблем с учебой мне потом не хотелось, — я спустился в столовую на первом этаже. Обычно все обедали у себя на факультетах, сюда же ходили административные сотрудники и иногда студенты, желающие провести время с друзьями с других направлений. Чаще всего мы пересекались с Тэем именно здесь.

Вот и сейчас я заметил в очереди на раздачу массивный силуэт друга.

Тэй «Лэнни» обрадовался и даже галантно пропустил вперед, ну а я решил не отказываться — после нервного утра есть хотелось до ужаса.

— Насчет Слэнни… В общем, он уехал на время домой, там… возникли дела, — сообщил я Тэю, и он мгновенно напрягся.

— Да? А что?.. Он в порядке? Может, надо было поехать с ним?

От его участия в горле появился комок, и я с трудом произнес:

— Да нет, он сам разберется, это… чтобы решить его проблему.

Мне не нравилось обманывать друга, однако единственное, что хоть как-то объясняло мое отсутствие, была поездка домой. Но, видят аэры, теперь он будет переживать за меня еще больше. Дом уже давно перестал быть для меня хорошим местом.

— Кхм… — оторвал меня от мыслей Тэй и осторожно уточнил: — Ты правда это все съешь?

— А? — Опустив глаза на поднос, я едва не выругался. Забыв, что нахожусь в теле заморыша, по привычке набрал кучу еды. Пришлось с равнодушным видом пожать плечами: — Тебе отдам, если что.

Кажется, Тэй от такого слегка опешил, но потом добродушно усмехнулся — видимо, списал все на то, что «Лэнни» — сестра его друга. Я же дал себе мысленный подзатыльник: надо быть осторожнее, иначе вызову ненужные подозрения, а с учетом того, что рассказать ничего не могу, это породит лишние проблемы.

Какое-то время мы спокойно обедали — Тэй, похоже, вполне освоился в обществе «Лэнни», — но ровно до того момента, как к нам подлетела Ласка:

— Привет, Тэй! А где?.. — Она резко остановилась, только сейчас увидев, что за декоративным деревцем скрываюсь я. На ее лице появилось угрожающее выражение. — А это кто?

Я тут же вспомнил, почему слегка недолюбливал Ласку.

Если кто-то, глядя на легкомысленные кудряшки и миловидное личико, считал, что прозвище Ласса́ндры То́рвелл было призвано отражать ее нежный характер, то он жестоко ошибался: уж скорее оно соответствовало хищному зверьку. Мы подружились с Лаской случайно: на первом курсе попали в одну тройку на допзанятиях по вторичным стихиям. У нас с Тэем оказалась довольно неплохая вода, и нас прикрепили к такой же первокурснице-воднице, которая выступала нашим неофициальным куратором. Но если Тэй, отсмущавшись, стал общаться с Лаской более-менее нормально, то у меня с ней с самого начала сложилась взаимная неприязнь: мне не нравилась ее прямолинейность и некоторая диковатость, она же не уставала высмеивать мою внешность, стиль одежды и даже моих девушек. Какое-то время я размышлял, не является ли такое поведение знаком скрытой симпатии, но нет: Ласка провела между нами довольно четкую границу, а стоило, забывшись, ее хоть немного пересечь, как она показывала зубы. Поэтому вскоре я начал воспринимать Ласку скорее как парня, чем девушку, и у нас воцарилось шаткое равновесие.

К тому же чего у Ласки не отнять, так это способности все доходчиво объяснить — благодаря ей мы с Тэем всегда набирали на практике высшие баллы. А после того как она незаметно вошла в наш круг, я по достоинству оценил отсутствие попыток с ее стороны вбить между нами с Тэем клин. Что нельзя сказать про Наяллу.

Единственное, что изредка нарушало нашу странноватую дружбу, — несдержанность Ласки, стоило мне появиться в обществе девушки. Тогда эта язва тут же интересовалась, куда подевалась предыдущая, комментировала мои привычки и вспоминала глупые промахи. А замолкала лишь под укоризненным взглядом Тэя. Однажды, выйдя из себя, я припер ее к стенке:

— Чего ты этим добиваешься?

Почти полминуты она громко фыркала, потом выдала:

— Ты подаешь Тэю дурной пример.

Я не нашел, что ответить на это абсурднейшее заявление, и просто перестал показываться с девушками в присутствии Ласки. И вот сейчас, увидев ее убийственный взгляд, осознал, что она посчитала «Лэнни» очередной пассией своего непутевого товарища. Даже не знаю, что хуже: чтобы она оставалась в неведении или же узнала правду?..

— Это двоюродная сестра Слэнни, — пришел мне на помощь Тэй.

— Хмпф, а у него разве есть? — недружелюбно спросила Ласка, усаживаясь за стол так, чтобы отгородить меня от друга.

— Лэнира… э… Лэнни, из Травницы, — громко представил меня тот и шепотом добавил: — Слэнни о ней рассказывал. И ты же видишь — они похожи!

Ласка хмыкнула уже чуть тише, а я вновь удивился памяти Тэя: моя реальная двоюродная сестра жила в далеком Загорье, упоминал я о ней Тэю вскользь, виделся с ней и вовсе единственный раз в нежном возрасте, а похожи мы были разве что козявками, которые с торжественным видом друг другу продемонстрировали, стоило взрослым оставить нас одних. Но об этой странице семейной истории я, естественно, умолчал.

— А брат-то твой где? С Наяллой мирится? — не удержалась Ласка.

Хмуро покосившись на нее, я повторил историю с отъездом и не мог не заметить, что Ласка тут же посерьезнела и бросила на Тэя встревоженный взгляд. Ладно Тэй, а она-то чего?..

Пока меня не закидали ненужными вопросами, я натолкал в рот еды и мрачно слушал, как друзья вполголоса обсуждают предстоящее совместное занятие. Я привык в нашем треугольнике быть основанием, тем, к кому все притягивается, и теперь чувствовал себя лишним.

Ласка посмеялась над каким-то замечанием Тэя, и я скрипнул зубами. Вот насколько было бы все проще, если бы между этими двумя возникла симпатия, — не пришлось бы мне тащиться к лаэдне и не сидел бы сейчас как дурак, притворяясь собственной двоюродной сестрой. Но толку от Ласки в этом деле нет — хоть она и относится к Тэю гораздо лучше, чем ко мне, обращается с ним по-панибратски, а не как девушка. Так что придется приводить свой план в исполнение без нее.

После обеда я собирался увязаться за ребятами — все равно мне тоже к водникам, — однако не успел я об этом сказать, как Тэй вежливо попрощался, заявив, что им нужно идти, а Ласка просто махнула рукой. И я остался сидеть, глядя на то, как они уходят вдвоем.

Что-то до боли сдавило сердце, и, выждав целую минуту, я покинул главный корпус, но направился не к водному факультету, а на выход.

Хватит на сегодня впечатлений. Даже перебор.

— Тила́на? — Голубоглазая блондинка смерила меня недоумевающим взглядом, но, не дав ей времени отправить меня гулять дальше по кампусу, я торопливо проговорил: — Я двоюродная сестра Слэнни Айхо. У меня к тебе разговор.

Глаза Тиланы заблестели, а ухоженное лицо тут же расплылось в дружелюбной улыбке, и я понял, что обратился по адресу.

Задачка «Помоги Тэйису Берланду найти девушку» не зря изначально потребовала от меня кардинальных мер. Если не считать трепетной дружбы Тэя с одноклассницей, то начиная с первого курса он прочно закрепил за собой статус одиночки.

Вокруг меня всегда вилось много девушек, но если я и надеялся, что кто-нибудь из них да прилипнет к Тэю, то увы. Парочка пыталась, однако патологическая робость друга не давала им никаких шансов. Единственным исключением, с кем он смог просто нормально общаться, стала Ласка (и вот теперь «Лэнни», ха). Все же мои попытки научить его премудростям обращения с женским полом Тэй мягко игнорировал.

Именно из-за этого мы и поссорились