След Чайки - Броня Сопилка
– О чем вы? И кто вы?
– А ты открой глаза, – предложил ехидный глюк.
Лина послушно открыла глаза и ошарашено заморгала. Видение прекрасного леса никуда не девалось. Её осточертевший ложемент стоял посреди лесной полянки, в лучах закатного солнца щебетали птицы… но потом к ним добавился рев птицы-сирены, а через мгновение рывком распахнулась дверь бокса – совсем не щадят тут инерционные механизмы – и видение рассыпалось.
– Притворись спящей, – дал ценный совет глюк.
Не менее послушно Лина закрыла глаза и постаралась дышать ровнее, но понимая, что спокойный сон ей не изобразить, – стала двигать глазами под сомкнутыми веками, изредка подергивая кистями рук, как при просмотре тревожного сновидения.
Внутрь бокса кто-то вошел, приблизился к ней – девушка слышала сдерживаемое поверхностное дыхание только что очень быстро бежавшего человека. Из коридора, через так и не закрывшуюся дверь (доломали-таки) доносился топот ног и встревоженные голоса, а затем кто-то прошептал: «Ну что там?»
Посетитель шикнул, и добавил тихим голосом Злого спеца:
– Пусть спит. Надо будет серьёзно поговорить, сыворотка скоро полностью выведется. Начинаю подозревать, она не врала…
Лина скрыла довольную ухмылку, чтобы не выдавать бодрствования. Прежде чем начинать обещанный спецом серьёзный разговор, надо поговорить с глюками. Глюков, кстати, Лина не рассмотрела, но в её воспаленном мозгу начали зарождаться смутные догадки.
«Тоже правильно, – заметил голос Ли, слышный, по всей видимости, только ей, а спец тихо вышел и прикрыл дверь бокса, отсекая лишние звуки. Вскоре стихла и тревожная сирена. – Отлично! А теперь, не открывая глаз, – вставай!» – бодро скомандовал Ли.
И Лина встала – вернее села в постели, и только потом задумалась, как же это вышло. Открыла глаза, и увидела привычный и осточертевший потолок. Правильно, не могла она сесть или встать, будучи прикованной.
– Ну, вот все старания коту под хвост, ой, прости Тань…
– Ай, это лишь временная форма. Хотя она мне нрравится. Только ты неправильно учишь, так что бррысь от моей подопечной!
– Сама такая! Брысь в смысле! И ты на случай не полагалась, так что нечего вмешиваться! Нормально я учу!
– А давайте вы меня учить потом будете, а сначала всё расскажете. И главное – ответите на мой первый вопрос.
– Какой? – насторожился Ли, так и не показываясь.
– Кто? Кто может умереть?
– Хм, а второй тебя уже не интересует?
– Я тебя умоляю, не тяни Тани за хвост!
Ли смущенно хмыкнул, Тани что-то проворчала.
– На самом деле… не стоит тебе об этом думать, пока ты совсем ничего не умеешь. К тому же со своим кризисом ты справилась, так что и моему… сейчас уже полегче должно быть…
– Блин, Лиссс, в ступку тебя и пестиком – в порошок! Ты о Филиппе?
– Ну, да, о нём… о половинке твоей ненаглядной и моем подопечном придурошном. Как же он меня достал!! Кстати, прикольно ругаешься, неужели припомнила свою ведьминскую бытность?
– Какую ещё ведьминскую бытность?
– Ясно… не припомнила. И это, пожалуй, хорошо. Посмотри на дверь! – резко скомандовал Лисс, и девушка повиновалась, уставившись на закрытую дверь бокса.
– И что? – не поняла она смысла требования.
– Тебя ничего не удивляет? – голос наглого и рыжего лучился подозрительным довольством.
Ракурс был очень непривычным, девушка посмотрела вниз, на свои прикованные руки и ноги, оглянулась назад, и обнаружила себя всё так же лежащей на ложементе, вроде бы спящей.
– Отлично, теперь встань и иди.
– Но…
– Без но, будь добра! Давай, не думай! Отлично, выгляни через дверь!
– Открыть? – Лина развела отсутствующими руками, не понимая, что должна сделать.
– Просто выгляни. Для тебя сейчас нет преград.
Она выглянула в пустой коридор прямо сквозь дверь, и восхищенно присвистнула.
– Ошалеть! Но, я так не загнусь? Это же магия, а у меня сил кот напла…
– Быстро в тело! – резко перебил её Лисс.
Лина метнулась обратно к ложементу, под аккомпанемент тревожного визга сирены, чувствуя, как темнеет вокруг. Она ещё успела чуть приоткрыть глаза, увидев мутно потолок, и потеряла сознание.
– А я говорила, что ты них-хр-рена не умеешь учить!
– Молчи, хвостатая, ты бы вообще сидела и ждала пока она дойдет своим умом. Слишком укороченным, между прочим.
– Она начала вспоминать…
– Ага, и приняла всё за бред и галлюцинации.
– Постепенно поверила бы, обратила же она внимание на твой трёп.
– Постепенно! – передразнил Лисс. – У нас нет времени на постепенно, там мой между прочим уже уйму времени в отключке, жив пока, хвала Каверзному, но я не поручусь, что его надолго хватит. К тому же время там бежит быстрее, и каждая минута промедления здесь там в полторы выливается.
– Ох, если не больше, Ли, – сокрушённо вздохнула Тани.
– Если не больше, – согласно повторил Лисс с беспокойной сварливостью. – Э я ещё не уверен, что ему стоит приходить в себя.
– Почему?
– Да он вены вскроет!
– Не замечала за ним склонности к суициду, вон как бодро боролся с предыдущей напастью.
– Там она рядом была. А сейчас – ни её, ни Дара, бесталанный и бесполезный, ещё и невезучий. Особенно, если Каверзный обратит на него внимание. Да ему даже вены вскрывать не придется – просто свернет шею на ступеньках.
– Не выдумывай, что за дело Каверзному до нас мелких…
– Ну-ну, мелких. Забыла, к чему мой изначально стремился? Его отнюдь не «легендарная любовь» манила. Только сила творца.
– Но он же изменился.
– Лишь на то и надежда, что такой кретин, каким он стал сейчас, Каверзному до звёздочки.
– Ты уж определись, хорошо это или плохо.
– Ай! Не тревожь мне рану, соль.
Разговор хранителей утих – то ли выдохлись, то ли догадались, что Лина их подслушивает. Хотя скорей всего, концерт для неё и предназначался.
– Так, друзья хвостатые, или правильней говорить пернатые? Колитесь уже!
– А что колоться, сама давай, думай, – невозмутимо ответил Лисс. Похоже, Тани всё-таки уступила ему право строгого учителя. – Чем больше ты сама поймешь – тем больше шансов, что всё получится.
Лина чуть растерялась.
– Хм. И с чего начинать?
– А с чего хочешь. Как говорится, что в голову придёт.
Разговор вёлся там же, в
