Оборотень из Кривого леса - Антонина Штир
— Как уж получилось. Ферран, вообще-то я летел позвать тебя на мамин день рождения, но увидел толпу у опушки Кривого леса. Почти все охотники, с ружьями, кинжалами и даже собаками. Это по твою или по ее душу?
Ферран выразительно посмотрел на Майю, потом снова на дракона.
— Это по нам обоим. Кстати, ты не видел в лесу охотника в кожаной куртке, красавчика с холодными злобными глазами?
— Неа, – покачал головой Ферран. – А чего мы тут стоим, вы же убегаете? Так бежим вместе! Куда, кстати?
— Ты – никуда, – строго сказал оборотень, – а вот мы – в Нейтральные земли.
— В Нейтральные так в Нейтральные, – заявил юный дракон и проворно зашагал на север. – Нам же в ту сторону, правильно?
— Амброс! Ты, конечно, подрос с нашего знакомства, но все-таки еще не настолько взрослый, чтобы по лесам с оборотнями мотаться. Шел бы ты домой, а?
Ферран грозно хмурился, но видно было, что мальчишку он любит и жалеет.
Амброс не отреагировал, лишь пошел быстрее.
— Ну вы чего там? Будете стоять, охотники вас голыми руками возьмут.
Ферран укоризненно покачал головой и двинулся следом за драконом. Майя последовала их примеру.
Следующие несколько часов они шли по лесу молча. Ферран обогнал Амброса и шел впереди, прислушиваясь и принюхиваясь. Майя замыкала цепь, стараясь ступать след в след.
Молодой дракон беспечно крутил головой по сторонам и, хотя языком зря не трепал, чувствовалось, что ему как-то слишком весело. Может, из-за возраста, вот только Майя в его годы такой жизнерадостной не была. Вовсе не весело, когда ты вынуждена постоянно скрываться и жить в страхе. Глупый он, этот дракон. Все для него приключения, все для него легко. Смотрит на поверхность воды, а того, что в глубине, не видит.
Солнце приближалось к полудню, когда Ферран объявил привал. Вообще-то никто еще не устал, но оборотень объяснил, что хочет разведать обстановку, поменяв облик.
— Давай я сбегаю, – предложила Майя. – Твой зверь крупнее, его легче заметить.
— А твоя волчица выделяется цветом шерсти, – справедливо отметил Ферран. – Ты как белая клякса на грифельной доске.
— Клякса, тоже мне! – фыркнула оборотница, но не настаивала.
Зато дракон предложил взлететь над лесом и посмотреть сверху.
— Ага, и распугаешь нам всех охотников! – отказался Ферран. – Нет, лучше я сам.
Он перекинулся и скрылся в густой траве. Майя и Амброс остались ждать, сидя на поваленной бурей сосне.
Дракон зыркал глазами направо и налево, ерзая на одном месте, а руки теребили пуговицу у ворота рубашки. Нетерпеливый и неусидчивый к тому же, с неудовольствием подумала девушка.
— Откуда ты знаешь Феррана, Майя? Он не говорил, что у него есть подружка.
— Я и не подружка, – спокойно сказала волчица. – Я его истинная.
Рука с пуговицей замерла, а потом начала крутить пуговицу еще энергичнее.
— Истинная, говоришь? – хмыкнул он, не глядя на Майю. – И когда вы это поняли?
— Оборотень еще не понял, вернее, не поверил. А я знаю, просто знаю. Я его загадала в День длинного солнца какому-то духу.
Дракон все же взглянул на нее – зрачок несколько раз поменял форму с круглой на щелевидную и обратно. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Майя приложила палец к губам, призывая к тишине.
Теперь, кажется, и он услышал мягкую, обволакивающую поступь и легкий хруст веток, когда на них наступали.
Волчица подобрала с земли палку поувесистее и встала на изготовку: согнутые руки с орудием за головой, одна нога впереди, другая сзади.
Через несколько томительных минут кусты расступились, и из них появился Ферран, уже в облике человека.
Он оценивающе скользнул по волчице взглядом.
— Неужели ты не отличаешь мои шаги от шагов чужака? Если уж ты истинная.
Майя опустила палку, пиннула носком сапога сосновую шишку.
— Слышал, значит? Ну ты ведь не веришь, что я – твоя истинная. И, честно говоря, мне самой не верится, что дух обещал мне тебя. Очень уж ты... своеобразный, Фер.
Дракон, до этого старательно делавший вид, что его здесь нет и стоявший к ним спиной, закашлялся, подавившись слюной.
— Как ты его назвала? Фер?
— Ну да. Он не против, правда, оборотень?
— Да... Дела... – протянул дракон и лукаво подмигнул Майе. – Наверное, ты его правда зацепила, раз он разрешил коверкать свое имя.
Ферран недовольно нахмурился, сведя брови к переносице, и хлопнул Амброса по плечу.
— Хватит болтать, нужно идти дальше. Погони за нами пока нет, но животные беспокоятся. Что-то происходит. Привал сделаем после заката, на границе с магическим лесом.
Майе очень хотелось спросить, что там за лес такой, но она видела, что расспросы оборотню не понравятся. Поэтому просто перекинула косу за спину – она все время норовила упасть на грудь – и отправилась вдогонку. Дракон на этот раз не стал обгонять Майю, а пошел сзади, прикрывая спину.
И вновь они шли, пока ночь не опустилась на землю, а впереди показался впитавший магию лес. Пропустить его было невозможно: граница выделялась четко и ясно. Густая чаща обрывалась внезапно, а далее простиралась черная, безжизненная земля с искривленными стволами деревьев на ней. Ни травы, ни кустов, ни тропинок.
Конечно, Майя слышала о Войне магов и о том, что лес принял на себя основной удар, но никогда не видела это место. И вот она стоит здесь и озадаченно смотрит на черную, слишком темную даже с учетом времени суток, землю.
— Что это? – спросила она, обращаясь к Феррану.
И присела на корточки, щупая ладонью непонятный покров.
— Прах и пепел. Маги, участвовавшие в войне, навсегда остались здесь.
Майя отдернула руку, вздрогнув от отвращения. Черный магический пепел не уносил даже ветер, он так и остался лежать здесь с тех времен.
Деревья здесь тоже были не такие, как в остальной части леса. Искривленные стволы то изгибались у самого основания, то росли прямо, а ближе к вершине отклонялись в сторону. Причудливое нагромождение древесных скульптур, словно творение какого-то сумасшедшего художника. Даже смотреть на них было жутко, а уж тем более идти рядом с ними.
— Мы пересечем эту часть Кривого леса днем, – успокоил волчицу Ферран. – А пока устроимся здесь.
Ферран показал на высокую и раскидистую ель толщиной в три обхвата. Места под ней хватило
