Визитёр - brinar1992
Конечно, само зрелище того, как ей нагло перечат, то и дело отрываясь от плохо замаскированной насмешки ради того, чтобы поцеловать, один за другим, каждый пальчик на ее ножке, имело под собой еще ту пикантную, полную редчайших специй подоплеку. Если бы только остальные присутствующие тоже это понимали, а не воспринимали происходящее абсолютной нормой - ведь в их глазах падал авторитет не лижущей ноги Верховной Ловчей, а самой Меллисары, сначала начавшей диалог, потом выставившей необъяснимо невыгодные условия и, казалось, искренне удивившейся тому, что ее предложение отклонили с долей наглой насмешки. Потому что не могли не отклонить, как не могли и проигнорировать подобный выпад.
Сплошное разочарование: иметь такую власть, быть способной поставить на колени хоть матриарха, хоть вообще весь Город, но не более. Стоит ли удивляться тому, что Меллисара день за днем все чаще и чаще пользовалась знанием, чтобы сорвать раздражение? И как-то незаметно получалось, что эти ласки доставляли ей все больше и больше удовольствия, начав, без малейшей ее помощи, доводить до пика. А со временем она стала все меньше и меньше интересоваться иными способами получения удовольствия, ведь на них не распространялся эффект способности. Все реже она позволяла губам, пальцам или иным частям тела своих любовников или игрушек касаться ее соцветия или любой другой части ее совершенного тела. Все чаще ей хватало только ласк чувствительных и чувственных стоп, нежных поцелуев, касаний мелькающего языка, общего осознания своей власти, чтобы достигнуть наслаждения и больше ничего интимного не хотеть.
Это ведь казалось совершенно нормальным и правильным, не вызывающим вопросов.
Орчанки
Всю свою жизнь Грлгра считала, что духи одарили ее не только мощью, но и умной башкой, благодаря которой она и дожила до своих лет, а также умудрилась не стать кормом для червей, пищей для хищного зверя, сукой для сломавшего ее бугая или товаром на рабском базаре. Умение в башку не только жрать, но и думать ею, важность этого умения, она осознала еще совсем мелкой, а потом только оттачивала свое умение думать думалкой подобно тому, как нормальный воин или охотник ухаживает за своим копьем, топором, луком и щитом. Мозги, та серая жижа в башке, не показываются наружу, но без регулярной нагрузки усыхают не хуже мышц у лежачего раненного, месяцами не встававшего с топчана. И потому Грглра тратила каждую свободную минуту не только на то, чтобы стать сильнее, но и чтобы умнее тоже быть.
Не прогадала, как оказалось, сумев сначала завоевать право быть охотницей на испытании духов, загнав в ловушку и прибив простой заточенной палкой непобедимого даже для иных мужиков матерого варга, а потом попав в ряды горлорезов-пластунов при боевой банде малого вождя. И уже там, умеющая быть тихой, неслышной, а еще точно знающей, что притащить для разговора с шаманами полезно будет не ближайшего ополченца, первого попавшегося на глаза, а чуть заморочиться, да и умыкнуть пошедшего отлить упитого брагой сотника. К тому дню, когда все пошло по пизде орочья воительница уже командовала своим малым кагалом в семь рыл и с ней восьмой. Она умудрилась научиться читать шаманские записи, выучила несуразно сложные буквы срединцев, умела болтать на четырех языках, а еще спокойно ходила в дальние рейды и возвращалась вместе с группой, не сильно уменьшившейся в числе после оного рейда.
А потом их банда влилась в племя вождя Гроктбра, что казалось главарю умным решением, ведь большой и удачливый же вождь, шаманы сильные, стойбище большое, пригожее да укрепленное. Вон, даже с последнего рейда привез себе ушастую эльку, уже и шаманы своими узорами ее сковали, это ли не знак духов на удачу, а? Справедливости ради, даже умная и всегда осторожная Грлгра тогда нихера не заподозрила, только покивала уважительно. А уже через неделю элька зарезала своего несложившегося мужика, предварительно оскопив, шамана с молодыми учениками всем кагалом отравили прямо в заклятом могучими духами шатре, стойбище сгорело чуть ли не дотла, а посланные за беглой рабыней лучшие воины и старшие ученики старого шамана вернулись в количестве меньшем, чем у нее пальцев, причем только на руках.
Вот тебе и удача, вот тебе и пригляд духов.
Малого вождя и парочку перебежавших из ее кагала горлорезов там и кончили ушастые лучники, а сама орчиха, которую вообще оставили на стреме в стойбище стоять только из-за ссоры с одним из сынков покойного вождя, причем тупой ссоры, едва не кончившейся поножовщиной, выжила. Они тогда кое-как организовались, даже иерархию установили, новым вождем выбрали одного из старых, но еще сильных мужиков, тоже старым вождем не любимых, да и сдриснули в ужасе. Нет, вслух она так не говорила, нехер на вызов нарываться, но сам факт был ясен даже последнему гоблу-прислужнику. Большую часть варгов пожгло пламя, а кого не пожгло, насадили на ножи и копья сами орки, потому что обезумившие от крови и ужаса звери, да еще и без пригляда шаманов, взбесились окончательно. Воины сдохли, шаманов не осталось, стойбище сгорело - тут и смелым будучи в ужасе обосраться не долго.
Увы, но пусть не зря в погоню за беглой элькой послали лучших, да только теперь лучшие кончились. Смешная вышла ватага, пусть большая ватага, да все равно не племя, даже малое. Мало мужиков, много баб, калечных и стариков, причем бабы именно бабы, чьи-то суки, а не воительницы, давно сменившие копье на очаг, если вообще когда-то то копье в руки бравшие. Не ватага, а смех один, что тоже понимали все, быстро разбиваясь на отдельные куски, расходясь по другим ватагам, бандам и племенам. Кто-то вообще откалывался сразу отдельным кагалом - новому вождю, слишком старому и туповатому, не хватало авторитета и тех самых мозгов.
Грлгра не была бы собой, не умей она хорошо запоминать увиденное, услышанное или даже прочитанное - без того в прознатчики нет тропки, так что она сразу вспомнила слова старого шамана ее первого племени: "Что дурню пиздец, то башковитому охуенно". Много баб? Так это же прямо знак того, чтобы побольше их к себе пригнать и повязать. Были среди девок и полноценные бугайки, сильные и злобные, сильнее самой Грлгры, но башковитых не было, а сила не сильно поможет набить пустое брюхо и решить те вопросы, какие не ухерачить дубиной по башке или топором по хребтине. Зато у опытной пластунки были навыки охотницы и следопытки, а значит найти пропитание или провести малую банду она могла уверенно,
