Мятежная вдова. Хозяйка швейной фабрики [Первая часть] - Яна Смолина

Хотелось остаться в этом моменте, раствориться в нём, никуда не спешить и позволить себе грех. Да что там, я и так уже согрешила, дав ему поцеловать себя в первый раз. Теперь он знал, как меня обуздать, но я не желала сдаваться. С большим трудом, уперев руки ему в грудь, я вырвалась из сладостного беспамятства.

— Умоляю, остановись, — простонала я. — Так нельзя. У меня же траур по мужу.

— И когда он закончится?

— Это не имеет значения!

Диего усмехнулся.

— Значит, я подожду.

Едва успела вспыхнуть негодованием. В ту же секунду корсар натянул поводья, заставляя лошадь остановиться, а меня, вжаться ему в грудь.

— Приехали, — сообщил он, нависая надо мной.

Мужчина легко соскочил на землю и, самодовольно улыбаясь, протянул руки, чтобы помочь мне спуститься.

Одарив его недовольным взглядом, я попыталась сама слезть с лошади, и даже не запуталась в стременах. Но помощь его всё же приняла. Потому что иначе просто свалилась бы с лошади кубарем и дала бы Борджесу повод снова себя потискать, ловя на лету.

Он не отпускал меня, даже когда мои ноги обрели опору. Теперь, стоя возле калитки моего дома в объятиях самого опасного и самого влиятельного человека в Тальдаро, я остро осознала, насколько слаба и бесправна рядом с ним. Почему-то в горах, где все мы равны перед силами природы, эти мысли меня не посещали. В городе же многое виделось иначе.

Я всё же осмелилась отстранить его от себя и, гордо вскинув голову, развернулась и зашагала к дому, в части окон которого ещё горел скудный свет.

— Марлен, — окликнули меня, не дав сделать и пары шагов по направлению к калитке. Обернувшись, послала Диего хмурый взгляд. — В горах не водятся медведи. С чего ты взяла?

— Не медведи, так волки.

— Их там тоже нет.

— Но кто-то ведь рычал.

— Ах это, — мужчина хмыкнул. — Мне пришлось немного вспомнить партизанское прошлое и попугать тебя.

— Что?! Ты врёшь!

— Спроси любого. В скалах из хищников только рыси, и те размером с лису.

— Но зачем ты это сделал?!

Вскочив на лошадь, мужчина сверкнул на меня своим фирменным взглядом.

— Затем, что иначе ты бы не пошла со мной, строптивая и дерзкая сеньора. Но! — Он стеганул животное по спине, а я вздрогнула, будто это меня огрели плетью. Рассылая мысленные проклятия удаляющемуся всаднику, зашагала к дому.

Что за невыносимый тип?! С прискорбием осознала, что мне не грозит перестать думать о нём ближайшие дни. И факт сей одновременно злил и дурманил.

Полагая, что для одного дня приключений было достаточно, я миновала двор и вошла в дом, где намеревалась, наконец, умыться, поужинать и лечь в свою тёплую постель. Но как только поднялась по лестнице, услышала голоса. Один из них громко ругался, а другой всхлипывал. Когда же, пройдя на звук, я оказалась в выделенной для недавней беглянки комнате, то застала странное зрелище. На диване лежал и стонал молодой человек, у него в ногах, поглаживая бедолагу по коленке, сидела Анжела и со слезами глядела на несчастного, чья штанина была испачкана, разодрана, а на голой коленке зияла гематома с запёкшейся кровью. Нарушала идиллическую картину только Рита, которая металась из угла в угол и ругалась на чём свет стоит.

— Что здесь происходит? — спросила я.

Все трое уставились на меня. Женщина умолкла, и даже молодой человек затих. Округлив глаза в изумлении, я поняла, что знаю его.

— Горацио?! — воскликнула я, хватаясь за сердце. Ну уж нет, злой рок, с меня хватит.

Глава 34

Рита кинулась ко мне.

— Марлен! — вскричала она, хватая меня за плечи и с волнением осматривая. — Почему так долго? Я думала, с ума сойду!

— Прости, — попыталась я её успокоить. — Искала обратный путь. Лучше скажи, что тут творится? Почему Горацио Сартаро лежит на моём диване с разбитой коленкой?!

Я возмущённо уставилась на парочку. Резким движением стащив с себя перепачканный землёй сюртук, швырнула его в дальний угол и, уперев руки в боки, стала ждать. Парень с девушкой испуганно переглянулись.

— О, Марлен, дорогая, — ответила за них Рита. — Зря ты привела сюда эту девчонку! Она воспользовалась нашей добротой, и посмотри, что из этого вышло?

— Сеньора! — Анжела со слезами на глазах кинулась мне в ноги. — Простите меня, сеньора! Рита права, я поступила гнусно! Но я не могу без Горацио, понимаете? Мы сбежим! Сбежим и больше не доставим никому хлопот. Только прошу, не выдавайте нас!

Она молитвенно сжала ладони, не переставая плакать. А моё раздражение мгновенно рассеялось.

— Анжела, прошу тебя, тише, нас услышат, — я подхватила её под руки, намереваясь поднять. Не хватало ещё из меня идола делать. — Давайте мы сейчас успокоимся, и вы всё мне расскажете. Рита, прошу, принеси чаю и перекусить что-нибудь. Я ужасно голодная.

Женщина демонстративно оправила фартук, чепец и, не забыв одарить всех нас осуждающим взглядом, развернулась на каблуках, чтобы удалиться. Когда же она покинула комнату, я усадила бледную Анжелу в кресло, а сама опустилась за стол и тяжело вздохнула.

— Рассказывайте, — попросила я, когда девушка окончательно успокоилась.

— Сеньора, это моя вина. Я такой неуклюжий, — заговорил вдруг парень и попытался присесть на диване, но боль в ноге заставила его скривиться.

— Дело в том, сеньора Салес, — продолжила за него девушка, кидая на возлюбленного жалостливые взгляды, — что мне безумно хотелось рассказать всё Горацио. Он ведь мог не узнать сразу о том, что я так и не вышла замуж. А что, если бы он наложил на себя руки от горя?! Он ведь может! Горацио так меня любит! И я его люблю!

— Так что же ты сделала? — попыталась я вернуться к теме, ожидая чего угодно.

— Я написала письмо и попросила Риту передать его через посыльного лично в руки моего возлюбленного. Она не соглашалась, но я сказала, что это вопрос жизни и смерти, что человек может умереть, и, в общем-то, я не обманула её. О, Горацио, мой бедный Горацио!

Она снова прижала руки к лицу. Я видела, с каким волнением смотрел на неё несчастный и как тяжело ему было осознавать свою немощь. Превозмогая боль, он всё же принял сидячее положение и, отдышавшись, продолжил:

— Когда мне доставили письмо, я не поверил глазам. Нам ещё не сообщили о побеге Анжелы, и я всерьёз думал, что она потеряна для меня. Никто не знает, а я ведь был там в день церемонии, и вас, мадам Салас, я тоже видел. Но когда Анжела