Король Вечности - Л. Дж. Эндрюс
– Ты всегда обвиняешь меня в обмане, но и сам наговорил немало.
– Только дважды, и одна ложь была частью нашей игры в твоей комнате – я неосторожен в использовании своей магии, вот в чем она состояла.
– Уверена, что смогу вспомнить еще несколько случаев, начиная с того момента, когда ты запустил руки мне под платье. – Боже мой. Я моргнула, немного удивленная собственным легкомысленным тоном.
– Та же сладкая ложь, что и прошлой ночью, когда ты душила меня своим языком. – Широкая и угрожающая улыбка расплылась на лице Кровавого певца.
Эти острые клыки не походили на волчьи, но все равно выглядели весьма жутко. Он отправил в рот очередной кусочек рыбы и откинулся на спинку стула.
Еще один взгляд на еду, и все мои внутренности скрутило в толстый узел. Рот наполнился неприятной жидкостью, и пришлось дважды сглотнуть, останавливая рвотные позывы.
– Зачем все это? Кормить, одевать, приводить свою целительницу-ткачиху костей?
– Поппи проклянет твой язык за такое. – Эрик сделал продолжительный глоток из кубка. – Она ничья ткачиха костей, свободная душа, как она любит всем говорить. Считает, что это делает ее плетения многогранными и увлекательными.
Я, больше не стараясь сдержать в голосе нарастающее напряжение, произнесла:
– И все же, ты… ты мог бы заставить меня страдать прошлой ночью, как поклялся. Видел мое состояние… – Боги, щеки опалило адским жаром, но мне удалось заставить себя продолжить: – Если бы отдал меня в руки своей команды, я стала бы податливой и покладистой. А вместо этого упустил настоящую возможность причинить мне мучения.
Блеск в красных глазах сменился глубокой раскаленной яростью. По моей спине пробежала колющая дрожь, я практически ощутила привкус насилия, исходящий от него.
– Может, ты и права. Следовало бы так и поступить.
Его гнев продиктован не сожалением об упущенной кровожадной возможности. Он адресовался непосредственно мне. Словно Бладсингер рассердился за высказанную только что мысль.
Он на одном дыхании угрожал, а потом впивался в меня глазами так, будто готов вырвать глотку любому, кто приблизится.
Я не осознавала, было ли это последствие транса, но голова закружилась, и все случившееся со мной уже переполнило чашу терпения.
– Что тебе от меня нужно? – Сказанное хлынуло наружу, словно мольба. – Ты оберегаешь меня, но при этом заставляешь предвкушать смерть, страдания и боль. Все твои действия разнятся с планируемыми для меня, по твоим же словам, зверскими пытками, в них нет никакого смысла.
– Скажи мне, где кроется недоразумение, чтобы я мог прояснить ситуацию.
Я скрестила руки на груди, словно щит. А может, это походило больше на вызов.
– Если бы тебя так заботило желание пролить нашу кровь, я бы уже была мертва, и ты точно не стал бы раздумывать, оставлять в живых моего брата или нет.
Он покрутил бокал в руках.
– Ты хочешь знать правду, любовь моя?
– Да.
Челюсть Эрика нервно дернулась раз, потом два, прежде чем он обратил на меня взгляд.
– Твой народ заслуживает страданий за содеянное им неоднократно по отношению к людям Королевства Вечности. Но ты? – Король сделал паузу. – Возможно, у меня на тебя другие планы.
Мой желудок болезненно сжался.
– И я буду… посвящена в эти планы?
– Да. Ты просила откровенности, и я тебе ее дам. Неважно, насколько она окажется жестокой.
Верно, именно я потребовала чистой правды. Какой смысл щадить чувства? Лучше быть готовой.
– Продолжай.
– После событий прошлой ночи я пришел к выводу, что мое королевство слишком непривычно для земных фейри, чтобы свободно разгуливать по его территории.
Проклятье. Он намеревается держать меня в клетке, возможно, связанной или закованной в цепи, в своей маленькой каморке на корабле. Я потерла еще одну веточку листика сирены между пальцами, ничего удивительного в сказанном нет, так что не стоит предаваться унынию.
– Я больше не собираюсь рисковать тем, что твою прелестную шейку проткнут кинжалом или отнимут у меня раньше времени. – Эрик сделал еще один глоток из своего кубка. – Поэтому я буду претендовать на тебя.
Мои брови в недоумении сошлись на переносице.
– Претендовать на меня? Ты уже забрал меня…
– Требовать награду с рейда – это гораздо больше, чем просто заявить, что ты принадлежишь мне. Такое происходит довольно редко, только если член экипажа чувствует особую связь с предметом.
Вещь. Я презрительно усмехнулась.
– Предмет.
Кровавый певец наклонил голову и оскалился.
– А как бы ты хотела, чтобы я называл тебя, Певчая птичка? Питомцем?
– Ливия. – Мое имя четко и резко вырвалось сквозь зубы. Я сжала кулаки. – Я бы хотела, чтобы ты называл меня Ливией Ферус, дочерью Валена и Элизы, родом из Ночного народа, чья плоть и кровь не достанется тебе в качестве трофея.
– А ведь ты можешь быть моим самым большим сокровищем. – Эрик внимательно наблюдал за мной, его пальцы покручивали кубок, а жеманная полуулыбка не сходила с лица. – И что же в этом плохого? Титул, который ты с гордостью носишь, слишком длинный.
– Ублюдок. – Я покачала головой и отвела глаза.
Король сцепил свои длинные пальцы и наклонился вперед, опираясь локтями на стол.
– С того самого мгновения, как я забрал тебя, Ливия, ты должна зарубить себе на носу, что любой, кто прикоснется к тебе, будет приговорен к незамедлительной смерти.
– Всю жизнь мечтала стать трофеем для тирана. Скажи мне, Бладсингер, скольких женщин ты уже завоевал?
– Ни одной, – поспешно ответил он. – Это определенный риск. Ты станешь моей, то есть перейдешь в мое владение. Всегда будешь рядом со мной, в моем дворце, в моих покоях. Нам не очень-то удается побыть наедине, любовь моя.
– Думаешь, я не зарежу тебя ночью?
Он заколебался с ответом.
– Нет. Тебе не удастся это сделать.
– А, так значит, этот нелепый ритуал претендентства охраняет твою жизнь от меня?
– Нет. – Он сунул руку в тунику и вытащил висевшую на бечевке серебряную ласточку. – Вот для чего.
– Эта безделушка ничего не значит.
– Напротив, она имеет смысл.
Эрик наклонил голову в сторону, а после продолжил:
– Из всех земных фейри только одна девчонка пришла, чтобы позаботиться о благополучии своего врага. В первую ночь, увидев тебя, я решил, что ты будешь бросать в меня камни или гнилые объедки. А теперь представь мое удивление, когда вместо этого ты села и начала читать.
Мне не хотелось обсуждать прошлое, не хотелось вспоминать войну, пролитую кровь и пережитые кошмары. Не хотелось помнить, что он до сих пор полагает, что его золотой диск спрятан у нас. Что станет с каждым из нас, если правитель Королевства Вечности узнает, что когда-то давно я разбила его вдребезги?
