Незваные гости - Светлана Воропаева

– Ну, это и я не могу, – успокоил заяц. – А в другую сторону можешь?

– Могу.

– Так что ж ты мне врёшь, что тебя в ловушку заманили? Ты совершенно свободное существо. К тому же божественную личность зря оклеветал. Осторожнее с такими высказываниями, не любят боги этого.

Заяц был явно недоволен волком, но больше ничего говорить не стал и поскакал прочь.

– Заяц, постой! – вдруг опомнился Никита-волк, наконец-таки осознав, что зверёк может стать его спасением, то есть проводником по этому миру. Казалось, зайчик здесь уже давно и много знает.

Заяц остановился.

– Ты прости меня, запутался я совсем. Понимаешь, мне очень нужно мужа Бабы-яги найти. А я этих мест не знаю, законов не ведаю, но самое страшное, что я даже не догадываюсь, кто это такой и как он выглядит, – честно признался Селивёрстов.

– Это ж что за зверьё нынче в лесах водится, что основ мироздания не знает?! – оторопел заяц.

– Не зверь я, человек. Меня Яга только этой ночью в волка превратила, а утром вход в загробный мир указала.

– То-то я думаю, отчего у тебя шерсть такая хорошая, шерстинка к шерстинке. Так она тебе такой подарок сделала, без отработки в лесах прямо сюда отправила, а ты недоволен ей. Нехорошо так с волшебницей поступать, – покачал головой заяц.

– Мне рано ещё отрабатывать. Я живой человек, она меня сюда специально отправила, чтоб я мужа её нашёл и напомнил ему о ней. За это Яга обещала мою невесту из белочки в человека обратить.

– О-о-о, о таком я даже и не слышал, – не на шутку удивился заяц. – Получается, ты ничего о Нави не знаешь, да и о богах тоже, потому как в современной Яви слишком много лишнего люди друг для друга напридумывали, а суть главного позабыли.

– Может быть, позабыли, а может, и нет, я не знаю, – печально произнёс волк. – Но, если можешь, помоги мне, пожалуйста.

– Помогу чем смогу. Если так искренне просишь, как не помочь. Во-первых, я отвечу на твой вопрос, кто муж Ягавы. Это Велес – бог мудрости и покровитель достатка. Очень влиятельный товарищ, кстати, разузнай о нём на досуге, когда в Явь вернёшься. Во-вторых, расскажу, где живёт Велес, – это каждому жителю нашего мира известно. Живёт он в деревянном тереме. Те, кто видел, говорят: неописуемой красоты хоромы, с резными украшениями на окнах и фасадах. Забора вокруг нет, но пройти к терему можно лишь через ворота, что стоят за тридцать метров от крыльца. Только вот беда: точного адреса никто не знает – терем то в одном месте появится, то в другом. И в ворота ты в шкуре волка точно не пройдёшь: тому, кто образ зверя на образ человека ещё не сменил, нет туда хода. Но ты не огорчайся сразу, чувствую, что к Сиде тебя нужно отвести. Она новичков в Нави оберегает, первым проводником является. Стоит спросить у неё совета.

Вот так волк и заяц отправились в путь. Шли они сначала по лесу, очень похожему на лес в мире живых, только немного прозрачному и еле-еле светящемуся спокойным синеватым светом. Потом поднимались по горной тропе, а после и спускались по ней. Вышли на большую дорогу, увидели перекрёсток пяти дорог с покосившимся указателем, но свернули на тропку, а тропка опять привела их в лес и вывела на брусничную пустошь. Там и остановился заяц.

– Мы пришли. Теперь подождать придётся, пока Сида явится, – пояснил заяц. Он подошёл к нескольким старым, уже потрескавшимся пенькам и присел на один из них.

– Долго ждать? – нетерпеливо спросил Никита-волк. Он устал и немного озлобился на неожиданно долгий путь.

– Не знаю, – развёл лапами заяц. – Только Сида знает, когда ей самое время появиться.

– Бывало, что она не появлялась? – озабоченно уточнил зверь.

– Слышал, что бывало, если мучил новичка несерьёзный вопрос. Но ко мне всегда выходила. Ты не гоняй в голове своей мысли тёмные, а наоборот, думай о том, что привело тебя сюда, и жди. Это же Навь – мир мёртвых, здесь никто никуда не спешит и всё происходит в своё время.

Сначала у волка не получалось последовать совету зайца. Разные мысли терзали его. То Никита переживал, что время уходит, ведь всего три дня ему на выполнение задания отпущено, а богиня Сида никак не появляется. То боялся, что она никогда не покажется. Затем страшился проснуться и узнать, что это лишь сон и надежды на спасение Катюши нет. А когда начало смеркаться, и вовсе стал подозревать, что Баба-яга и зайца подослала с недобрыми намерениями: одурачить его и потянуть время.

Но тут заяц внезапно заговорил:

– Как звать тебя, серость? – Всё-таки решил познакомиться.

– Никита, – представился волк. – Никита Селивёрстов.

– Хм, так и моя фамилия при последней жизни была Селивёрстов, – призадумался заяц, а потом поспешно спросил: – А отчество у тебя какое?

– Сергеевич.

– Сергеем сына моего звали. Может, ты мой внук, а? – повеселел зайчик.

– Когда ты умер? – недоверчиво спросил Селивёрстов.

– Тридцать восемь лет назад, – немедля ответил заяц.

– Сходится, – кивнул волк. – Звали тебя как?

– Наяву меня Дмитрием величали, Дмитрием Васильевичем.

– И это сходится, – осторожно подтвердил Никита, но чувствовалось, что теперь он доверяет зайцу ещё меньше, чем раньше.

Селивёрстов засы́пал зайца ещё десятком вопросов, и на все заяц отвечал правильно. Сдался Никита, впустил веру в своё сердце и даже извинился перед дедом Дмитрием за своё недоверие, а потом и обнял от всей души. Не довелось ему встретить деда в земной жизни, умер он ещё до его рождения. Но бабушка много о нём рассказывала, хорошо рассказывала. Любила Никитина бабушка всю жизнь только его одного. И после смерти деда очень тёплые чувства к нему сохранила.

Рассказал Никита коротко про жизнь свою, про отца с матерью, порадовал зайца вестями с другого света, а после дед Дмитрий откровенничать начал:

– Я ж Ягаве служил восемнадцать лет, перед тем как сюда попасть. Расположилась она ко мне, в помощники взяла. Я даже просил несколько раз мне срок пребывания на земле продлить, но потом всё же пришлось перейти на эту сторону, в Навь. Эх, хорошая она женщина! А Велеса как ждала! Честно говоря, я иногда завидовал такой любви неземной, – мечтательно отвёл глаза в сторону заяц.

– Как же так, дедушка, мне бабушка рассказывала, что ты однолюбом был: как в неё со школьной скамьи влюбился, так до конца жизни её одну и любил. Тебе-то чему завидовать? – удивился волк.

– Не спорю, только её любил. И очень сильно, – согласился заяц. – Но закончился срок и моей жизни, и моих