Взгляд зверя: его истинная - Сумеречная Грёза
Я резко обернулся. Перед глазами возник образ какой-то мелкой девчонки с красными от интенсивной ходьбы щеками и с двумя абсолютно белыми косичками на плечах. Она была одета в клетчатую рубашку, джинсы и ковбойскую шляпу… а в руках держала ружье… и уже целилась. Вот черт!
– Не бойся меня, ты же хороший мальчик? Все будет хорошо, малыш! – пропищало мелкое недоразумение.
Не понял… что за… я оскалился, с осторожностью сделав шаг назад. Но там лежал олень, и я в него упёрся. Вид моих окровавленных клыков и явная агрессия должны были напугать малявку, и я ждал, пока она побежит, как и любой человек – обычная реакция на вид разъяренного, опасного зверя. Неправильная, губительная реакция, но в этот раз за девчонкой никто не погонится, потому что ей повезло – я волк, но разум у меня человеческий. Почти… пока что…
Ветер выл, мешая прислушиваться к шорохам. Нет, это не ее запах, от нее пахнет опасностью, ведь в этих хрупких руках, похожих на птичьи косточки – ружье.
– Не нужно упираться, ты такой злой, потому что боишься? Я не причиню тебе вреда! – снова проверещало это недоразумение.
Смотри на мои клыки! Смотри! Они могут разорвать тебя в клочья, если ты не уберешься отсюда сию же секунду! Беги, мелочь, иначе я больше не буду пугать тебя… Даже раненый я остаюсь очень опасен! Беги!
– Рррр… – зарычал я, напрягая лапы.
Выстрел.
Меня пронзила жгучая боль в боку, а вернее – в задней ноге. Ветер отклонил пулю, со жжением вонзив металл в мою задницу. Металл? Но ведь оглушительного звука выстрела я так и не услышал… И кровь… я должен был почувствовать запах собственной крови, но его почему-то не было. И кроме жгучего укола больше ничего не почувствовал, ни как расходится кожа, ни как рвутся мышцы и жилы. Я хотел зарычать, завыть, оскалиться и броситься вперёд, но волчье тело отяжелело, стало ватным, и реальность поплыла перед глазами. Голосовые связки стали тряпичными, и вместо грозного рыка из моего нутра вырвалось унизительное «Ммррру?»
Не в силах сопротивляться расслаблению, я свалился на бок, прямо рядом с убитым мною оленем. Перед тем, как провалиться в тяжёлое, темное забытье, я услышал у себя над ухом:
– Бедненький, совсем не понимаешь, как тебе повезло, что ты меня встретил. Теперь твоя жизнь полностью изменится, обещаю!
Вот дура.
ГЛАВА 3. Конор. У ветеринара
Ударился головой о камень, немного пришел себя.
– Потерпи еще чуть-чуть, малыш, просто ты такой тяжёлый, мне совсем трудно тебя тащить. Сейчас доберёмся до доктора, потом осмотримся и все у тебя будет хорошо, – донеслось писклявое сквозь пелену забытья. – Пусть папа хоть что говорит, теперь у меня будет собака!
Доктор? К какому доктору она меня потащила? Подо мной что-то неистово скрипело и лязгало, я подпрыгивал на кочках, не в силах пошевелиться, металл впивался в кожу, бил по костям, голова безжизненно свисала вниз, ударяясь о все препятствия, что встречала по пути. К утру мое тело будет в синяках, если, конечно, по пути не растеряю все мозги. Все к этому шло: после такого путешествия я рисковал остаться умственно отсталым. С трудом приоткрыл глаза, на задворках сознания слыша свой жалобный скулеж. Меня водрузили на какую-то странную металлическую конструкцию с колёсиками, и мелкая тиранша, усиленно пыхтя, тащила меня вверх по склону.
Пошевелиться… хоть лапой, хоть хвостом… чувствовал, как транквилизатор в крови расслаблял мышцы и обездвиживал меня, путал мысли, борясь с ними, как со своим врагом: видно, всадили в меня конскую дозу. Даже не хочу думать, для кого она предназначалась… кровь ликантропа боролась с ядом в крови, не давая полностью отключиться сознанию, но тело было бессильно. Давай, Конор, борись… ты должен встать… меня ждёт Озеро Лунных Слез!
– Да ты весь в ранах! – услышал я над головой. – Бедненький, а я не сразу и заметила. Просто ты такой шерстистый, что ничего не было видно. Потерпи немного, дружок. Сколько же ты натерпелся? Кто тебя так, милый?
Конечно я весь в ранах, потому что вожак! Это была моя чистая победа! Все это заживёт само, без каких-либо «докторов» и лекарств, потому что я оборотень, и гораздо сильнее любого человека, гораздо выносливей, чем обычный волк. Сила моей регенерации колоссальна. Отпусти…
Моя голова встретилась с очередным камнем, и на какое-то время я погрузился во тьму.
Вж… вж… тррр… тарахтел мотор надрывно, захлебываясь собственным бензином – явно какая-то развалюха, которая двигалась в пространстве исключительно на силе удачи.
Наполовину разлепил глаза уже на заднем сидении древнего пикапа, трясло на кочках не меньше, чем в предыдущем «транспорте». Быстрей бы уже отмучиться… все тело – словно растекшееся безвольное желе: обоняние исчезло, уничтожилось, пропало без следа, я не чувствовал запахов, звуки сливались воедино, я путал их, как самый зелёный, только что родившейся щенок. Все плыло, вертелось и плясало. Хорошо, хоть могу дышать, не задыхаясь… опять темнота…
– Грейси, опять ты? – послышался голос какого-то мужика, словно далёкое глухое эхо.
– Господин Корнвуд, у меня тут раненая собака. Нам бы на осмотр и анализы сдать…
Анализы?
– Скоро ты притащишь сюда всех животных мира… ладно, давай сюда свою собаку, посмотрим, что там у нее. Повезло тебе, что сегодня небольшая очередь.
– Не могли бы вы мне помочь? Пёсик очень тяжёлый.
– Такая большая собака?
– Угу.
– Эй, Смолли! Бросай свою швабру и помоги девочке, – пауза. – Жду вас в кабинете. Давайте только быстрей, иначе все решат, что ты моя родственница и я принимаю без очереди по исключительному блату.
– Но ведь это действительно так, господин Корнвуд. Все это знают.
– Грейси, есть моменты, когда нужно помолчать.
– Простите, Господин Корнвуд.
Какая воспитанная… в голове не укладывалось. Будто это исчадие ада в одно мгновение превратилось в примерную девочку. Кто будет меня винить, что я не верю ни единому ее слову?
Почувствовал, как меня поднимает кто-то очень сильный, в нос ударила острая вонь дезинфекции, которая пробивалась даже сквозь путаницу запахов. Путаница… она было просто безумная. Животные запахи ударяли по рецепторам: мокрая шерсть, жуткий страх, болезнь и любопытство… вокруг замяукали кошки, залаяли собаки, заверещали попугаи… почувствовали зверя… испугались, мелкие шавки, начав паниковать. В пространстве расплылось терпкое зловоние мочи – кто-то описался от страха, почуяв рядом с собой волка. Их животный ужас
