Царская гавань, или Складские истории - Екатерина Леснова
Помимо трех обязательных свиданий, устроенных мачехой, мне не возбранялось и самой посещать званые мероприятия, я ведь совершеннолетняя, самостоятельная девица. Правда, за все время, что я здесь, мне не пришло ни одно приглашение.
А что это значило? Правильно, меня остерегаются приглашать после скандала. А вдруг я решу на каком-нибудь светском рауте сплясать на столе? Этаких особ стоит остерегаться!
Но, есть и положительный момент в затеянной тяжбе с Клариссой Лисерской и Григорием Ушатовым – время! Законодательством отмерян срок между «свиданиями», не чаще чем раз в два месяца, а это полгода. Плюс, я сама имею право на раздумья не меньше шести месяцев. Итого, в течение года мне нужно успеть выйти замуж. Перспектива так себе, но уж что имеем.
Завтра я постараюсь быть предельно милой, скромной, но при этом уверенной в себе, чтобы чего доброго мачеха с сыночком не решили, что на мне можно прокатиться. Главное, чтобы другие гости увидели, что я абсолютно нормальная, не скандалистка и не вертихвостка, что меня можно приглашать в гости. К тому же это отличное подспорье для моего дела, лишних знакомств не бывает. А там наверняка будут друзья отца, он много с кем дружил.
Дом встретил меня гневной тирадой Гаяны, которая на кухне распекала Таисию.
– Девица не может так выражаться…
Я закатила глаза от нравоучительного тона моей няни.
Подозреваю, что и наша найденка тоже.
– Да, что здесь такого, – протянула еще гундосившая девушка.
– Баронесса сделала для тебя благое дело, приютила, взяла под опеку, будь благодарна и хотя бы в доме не выражайся.
– И как связана моя благодарность и крепкое слово, вырвавшееся случайно? Я ударилась, а синяки на руках еще не сошли.
– Нужно сдерживаться.
– Я и так сдержалась!
Похоже, диалог начал переходить на новый круг, и я поспешила прервать спор:
– Добрый вечер! Что у нас на ужин?
Няня тут же отвернулась от Таисии, та с облегчением опустилась на стул. Гаяна же с улыбкой принялась накрывать на стол, попутно рассказывая, как прошел их день. При этом няня не забывала вставлять жалобы на девушку, которая смиренно слушала, сидя на кухне.
Таисия не была такой уж взбалмошной, скорее, среда, в которой девушка обитала последние годы, сделала свое дело. Было заметно, что не всю жизнь она прожила на улице. Пока Таисия не рассказала мне ничего о своем прошлом, но думаю, что это не за горами.
Девушке было трудно на улице, здесь за эти несколько дней ей стало легче. И пусть она ругалась с няней, шепталась о чем-то с Алкимом и опасливо молчала рядом со мной, но ей явно было лучше тут, чем на улице или в порту.
На время ужина в кухне царила спокойная и мирная атмосфера. Все спокойно ели, никто не переругивался, хотя Гаяна пару раз строго поджимала губы, когда Таисия делала что-то не так, на ее взгляд, но и девушке было неловко. Надо бы поговорить с няней. Пусть не отчитывает, а поправляет, не третирует, а учит. Глядишь, и исчезнут дворовые замашки девушки.
За чаем я решила объявить о своем решении касательно Таисии. Алким уже поел, поэтому тетка отправила его готовить постель. А мы втроем остались за столом, допивая горячий чай.
– Таисия, тебе уже значительно лучше.
Я заметила, как девушка напряглась при этих словах.
– Поэтому, думаю, через пару дней ты сможешь выезжать со мной.
– Для чего? – с подозрением спросила девушка.
– Будешь меня сопровождать. Гаяне тяжело целый день разъезжать по делам. А ты можешь не только меня сопровождать, но и учиться вести дела, станешь записывать то, что мне нужно запомнить. Станешь моей помощницей, секретарем. Да и в дальнейшем сможешь этим зарабатывать. У тебя есть образование?
– Читать, писать умею, считаю неплохо, это каждый на улице умеет.
– Ты в школе училась? – задала вопрос няня, но уже без претензии.
Скорее, она вдруг вспомнила, что Таисия ненамного старше Алкима, который, вообще-то, тоже сирота.
– Училась, пока мамка с папкой живы были. – Девушка опустила голову, пряча глаза. – После еще пыталась, пока дом не отняли и на улицу не выставили.
– А документы у тебя есть? Где ты жила? Что вообще с тобой случилось, что ты на улице мальчишкой притворялась?
История Таисии Карсовой оказалась простой. Родилась она в семье рабочих, отец был моряком на корабле, мать горничной в каком-то доме. Почти до десяти лет девочка спокойно жила, ни в чем не нуждаясь, но и не шикуя. А потом отец не вернулся из плавания. Бывает, такова доля моряков. Мать еще какое-то время жила как раньше, однако после пришлось отказаться от их дома и переехать в жилье попроще. Казалось бы, ничего такого в этом не было. Но маленькую Таю ждал новый удар: мать заболела. Пыталась работать, но получалось плохо, а через несколько месяцев она и вовсе слегла. Таисия стала подворовывать. Сначала пыталась устроиться хоть куда-то, но не получилось. Худенькая десятилетняя девочка не подходила для работы ни в одном работном доме. Так Тая и оказалась на улице. А вскоре мама умерла, из жилья выселили. Свои вещи Таисия разменяла на еду и ночлег. А после прибилась к мальчишкам в бедных кварталах, обрезав волосы и легко сойдя за свою.
В порту Таисия оказалась недавно. Там совсем другие правила, но жизнь бродяг и воров куда лучше, чем в городских трущобах. Мальчишки подросли и подались к портовым, ну и она потянулась за ними, что еще делать.
– Ох, горемычная, – сочувственно протянула Гаяна и впервые ласково провела по кучерявым волосам девушки.
– Выходит, документов у тебя нет?
Тая кивнула.
– Но ты же помнишь дату рождения, место, фамилию и имена родителей?
– Да. Я как-то хотела сделать удостоверение, но парни засмеяли, сказали: «На что оно уличному мальчишке?».
– Значит, этим займемся в первую очередь. Ты согласна остаться со мной и стать моей помощницей? Платить буду десять серебряных в неделю, с деньгами делай что хочешь. Но есть условие…
– Какое? – быстро спросила девушка.
– Ты стараешься контролировать свои замашки. Ты все-таки девушка. Учишься говорить правильно и вообще учишься всему, что я скажу. Слушаешься Гаяну.
В этот момент обе посмотрели на меня с укором.
– Она добра желает. Слушаешь меня и сначала слушаешь, а потом высказываешься.
– Идет.
– Не идет, а хорошо, Анна Аркадьевн, или госпожа баронесса, все-таки я твоя наставница, а ты моя компаньонка. – Я решила сразу обозначить наши отношения.
Мы не подружки. Я хочу помочь, но отношения у нас будут как у опекуна и опекаемого. Иначе из уличной девчонки
